Правительница Д'Хары (СИ)

Ричард также ухмыльнулся в ответ на манеры брата своей жены. Он догадывался, что тот обладает своеобразным чувством такта, но эта дерзость ему даже понравилась, в отличие от Кары. Та уже сделала шаг вперед, но вдруг наткнулась на руку Рала.
— Рад наконец-то познакомиться, Кэлен о тебе очень многое рассказывала. Впечатлен твоим опытом ведения боевых действий, — морд-сит, остановленная рукой Рала, слабо брыкнулась и, наконец, сделала шаг назад. — Правда, мне пришлось немного подкорректировать некоторые практические уроки по обращению с мечом, которые ты давал Кэлен.
Ричард сверкнул искренней улыбкой веселья.
Кэлен была готова прикрыть глаза своей небольшой ладошкой, как вдруг ее остановила улыбка Гарольда в ответ на реплику Рала. Он искренне засмеялся, признав в Ричарде человека своего круга, и вместо конфликта брата с мужем она получила что-то гораздо более приятное. Она облегченно выдохнула и обменялась взглядом с Карой. Та была на грани того, чтобы взять Ричарда за локоть, напоказ закатить глаза и попытаться восстановить его престиж перед каким-то принцем. Но Кэлен, понявшая морд-сит, покачала головой и нахмурила брови.
— Кэлен, изначально я пришел, чтобы сообщить тебе новость: Цирилла приехала во дворец буквально пару минут назад, и она очень хочет встретиться с тобой.
Ричард посмотрел сверху-вниз на Кэлен, которая стояла близко-близко к его правому боку. Она подняла руку до талии мужчины, очевидно, чтобы привлечь его внимание, и слегка коснулась его спины, но потом обнаружила, что тот уже кивает ей в знак согласия.
Кэлен кивнула Гарольду и двинулась к выходу из зала, а Кара сразу же последовала за ней.
Последнее, что видела Исповедница — это Гарольд, который куда-то весело утаскивал Ричарда.
— Почему мы не можем подождать ее здесь?
Кожаный скрип одеяния Кары раздавался на каждый ее шаг. Она шла с несвойственной ей заботой о ком-либо на лице, своими голубыми глазами оглядываясь на Ричарда.
— Хочу увидеть ее в неформальной обстановке, — Кэлен положила руку на плечо Каре, чтобы унять ее беспокойство. — Не все свадьбы заканчиваются кровопролитием, поэтому будем надеяться, что ничего не случится в наше отсутствие. И ты можешь доверять Гарольду.
Исповедница прислушалась к новому чувству, что было внутри нее. Отголосок дара Ричарда не покинул ее после ритуала, и она чувствовала всю ту скрытую силу, что находилась внутри ее мужа. Она не давила, но была где-то внутри нее, и чем больше она пыталась сосредоточиться, тем отчетливее были ее ощущения. Это было что-то похожее на узы, соединявшие д’харианцев с их правителями, но это нечто было особенным, уникальным.
— Это ведь не был обычный ритуал? — Кара точно подметила то, о чем сейчас думала Кэлен. — После него вы с лордом Ралом вели себя… странно.
Уголки губ Кэлен невольно приподнялись. Кара боялась магии оттого, что не понимала ее и не всегда видела, но теперь она оказалась одной из немногих неодаренных, кто догадался о сути церемонии.
— Нет, все было сделано не просто так. Зедд и Натан вели церемонию как два одаренных. Их и наши с Ричардом клятвы имели определенное значение — они вели нас к тому ритуалу, с помощью которого мы связали мой дар Исповедницы и дар Ричарда.
— Но зачем? Разве это не опасно?
— Затем, чтобы все одаренные, присутствующие здесь, увидели полноправность этого брака и в дальнейшем не оспаривали его. Если бы клятвы были прознесены не от чистого сердца, магия бы убила нас обоих. К тому же, благодаря этому ритуалу мы можем быть уверены в том, что от нашего союза на свет не появится первозданный неодаренный наследник.
Еще перед первой церемонией Ричард и Кэлен приняли совместной решение не использовать подобные ритуалы, поскольку они не имели бы значения. Но теперь, когда их отношение друг к другу так сильно изменилось, идея соблюдения д’харианских традиций показалась обоим даже приятной.
Кара посмотрела на Кэлен убийственным взглядом, который был предназначен для прожигания дыры в голове, как вдруг темноволосая выдала совершенно невинное и беззаботное «но ведь мы все еще живы!». Угроза получения наставлений оказалась благополучно устранена.
 
Женщины вышли на лестницу, ведущую на первый этаж. Они едва успели разминуться с толпой беззаботных весело галдящих детей, как вдруг чуть не столкнулись с их родителями, которые без излишнего придворного такта практически бежали за своими отпрысками.
В самом низу лестницы, которая спускалась в Большой тронный зал, Кэлен увидела Цириллу. Та стояла, положив руку на подлокотник резного кресла, стоявшего с левой стороны — кресла Кэлен. Исповедница улыбнулась, узнав эти знакомые ей локоны цвета ржаного колоса, которые сейчас были прикрыты дорожным плащом. Из-под длинной накидки виднелись широкие рукава черного с серебряной вышивкой платья, которое сразу бросалось в глаза своей простотой и изысканностью.
Женщина, увидев сводную сестру, раскрыла приветственные объятия. Кэлен спешно подошла к ней и, получив по поцелую в каждую щеку, угодила прямо в руки родственницы.
— Кэлен, о духи, как ты изменилась! — Цирилла наконец отпустила Мать-Исповедницу и, отойдя на расстояние вытянутых рук, ласково и покровительственно улыбнулась. — Белые платья тебе всегда к лицу.
Кэлен, которая была искренне рада ее появлению, теперь сама заключила сестру в объятия, оценивая странную ее худобу.
— Я очень рада тебя видеть.
— И я тебя. И Вас, Госпожа Кара, тоже. — Цирилла дружелюбно и практически по-сестрински кивнула Каре. Морд-сит очень хорошо относилась к королеве Галеи, поскольку та была с Кэлен первые дни ее болезни. Она чувствовала, что этому человеку можно доверять, и относилась к ней практически как к равной.
— Я боялась, что ты не приедешь из-за этого ужасного бурана.
Кэлен взяла сестру под локоть, ведя ту к лестнице. Цирилла промолчала в ответ на эту реплику, просто одарив ее странно печальным взглядом и такой же улыбкой, так сильно не подходящим ее ярким волосам и обычно жизнерадостному лицу.
Исповедница заподозрила неладное, и это чувство хорошо соотносилось с тем, что происходило с ней весь этот такой же неладный день.
Цирилла спросила, который сейчас час, и Кара неопределенно покачала головой. Кэлен напряглась и подсчитала, что время клонится уже к ночи, и королева прибыла к самому концу второго дня. Цирилла кивнула, немного неопределенно поглядывая то на Кэлен, то на Кару. Морд-сит подметила это ее поведение и, на удивление Кэлен, спросила:
— Что-то случилось?
— Не думаю. — Цирилла из радостно-оживленного окончательно ушла в состояние мрачного сосредоточения. — Ты не оставишь нас с Кэлен наедине, Кара?
Морд-сит на мгновение поколебалась, но, получив утвердительный кивок от Кэлен, оставила их и направилась в зал к Ричарду. Исповедница настороженно поглядывала на родственницу, выискивая причины ее мрачного настроения.
— Ты не хочешь заглянуть на празднование? Я думаю, что вы с Гарольдом тоже давно не общались, как брат и сестра.
— Нет, нет, — в замечательных изумрудных глазах, таких же, как у Кэлен, сверкнула искра трудно скрываемой боли, которой кто-то, помимо Кэлен, мог и не заметить, — я уже успела поговорить с ним.
— Цирилла, — Кэлен всерьез насторожилась, — что с тобой? Тебе нехорошо?
— Нет, нет, не волнуйся обо мне, — женщина слабо улыбнулась ей, —тебе сначала нужно пойти в зал, и вместе с Ричардом закрыть церемонию, верно? После этого я выполню то, о чем ты меня просила.
По традиции, перед брачной ночью рядом невестой должна была остаться ближайшая родственница, которая уже находилась замужем. Именно она готовила девушку к полноправному вступлению в замужество, используя собственный опыт; но поскольку Цирилла была единственной родственницей женского пола, которая осталась у Кэлен, именно она должна была готовить Исповедницу к брачной ночи.
Кэлен кивнула, и, попросив служанок, стоявших в ближайшем конце коридора показать королеве ее покои, пошла в зал. Она беспокойно оглянулась на Цириллу, но не заметила ничего выбивавшегося из общей картины и продолжила путь, пока ее виски стискивало непонятное, леденящее чувство.