Логофет Базилевса (СИ)

И уже громко крикнул:
-Давай правь к берегу, кашеварить будем. 
После обеда, все окружили меня и разглядывали мой трофей, сабля была, конечно, класс, серо-голубой клинок с разводами, изящные кожаные ножны,рукоятка, обтянутая кожаным шнуром и заканчивающаяся навершием в виде головы льва с открытой пастью в которой сидел большой сапфир.
Никандр уставился на саблю с открытым ртом:
-Продай!- Выдохнул он.
Егорий за его спиной усмехнулся и покачал головой.
-Нет, Никандр¸ ты уж извиняй, но такая добыча не продается. 
Купец попытался набавлять цену, но я был непреклонен. Про кошель с золотыми монетами, я вообще благоразумно промолчал. Но эта сабля и золото наводили на нехорошие мысли, наверняка не у каждого хана с кургана, есть такие драгоценности. Как бы не пришлось, потом расплачиваться за такую удачу.
Егорий потом подошел ко мне:
-Ох, не знаю, правильно тебе посоветовал, оно, конечно, такая сабля хорошего дома в Киеве стоит вместе с холопами, но каждый, у кого сила есть, захочет ее у тебя отнять, не получится простому вою такой драгоценностью владеть. Так, что или прячь ее куда, или в воеводы выходи, тогда и носить будешь.
Я поспешил последовать совету Егория и замотал саблю так, что она напоминала грязную палку с болтающимися обрывками кожи. Завтра мы прибывали в Киев, и мне надо было думать, чем заняться, и как устраиваться в жизни. Хотя понятно было, то быть мне по любому воином. Вечером на стоянке мы долго перетирали эту тему с моим старшим, с которым здорово подружились за время пути, он видимо инстинктивно чувствовал во мне опытного вояку, несмотря на мою внешнюю молодость. 
-Слушай Костяй, чего тебе в дружину идти, я вижу, ты вой самостоятельный, сейчас у нас торговых гостей из Царьграда полно, они любят наших дружинников в охрану брать, здесь мы все знаем им удобно, а там, в Царьграде наоборот никого и ничего не знаем, им тоже удобно, перекупить нас труднее.Вот как придем в Киев, так этим делом и займемся. Да, вот вчера с ладьи встречной крикнули, что князь наш Владимир Мономах силу великую собирает ромеев воевать. И хоть Царьградских купцов трогать князь не даст, но они все сейчас домой засобираются так, что на охрану и цена вырастет.
На следующий день к вечеру мы подошли к Киеву. Да, после все деревень и мелких городков, обнесенных невысокими деревянными стенами, красивый город с золотым куполом Софийского собора выглядел на закате прекрасным призраком будущего. Было до слез жаль, что пройдет всего сто с небольшим лет, и эта красота будет разрушена.
Тумены хана Батыя сожгут все.
На следующий день, получив за работу расчет, я с Егорием, которого казалось, знал весь Киев прошел на торг, где тот быстро нашел мне нанимателя. Пожилой грек Стратигопулос отправлялся завтра вместе с несколькими купцами в Константинополь. Услышав мою коверканную греческую речь (спасибо Яровиду), мое имя, а главное мои габариты, Стратигопулос, после небольшой беседы, взял меня на время плавания до Константинополя, ну, а там, как получится. Благодаря Егорию, мой найм оплачивался довольно неплохо, для такого неопытного воина, каким я пока еще считал себя. Но говорить об этом купцу конечно не собирался. Я обнялся с Егорием, пожелал ему удачи и пошел с купцом в постоялый двор, где тот остановился. Там меня познакомили с остальными охранниками. Надо сказать, что по большей части это был самый настоящий сброд, хотя командир охраны, как с гордостью сказал мне Стратигопулос, был когда-то целым лохагосом, хотя для меня это был все равно темный лес, что лохагос, что просто лох. А когда я спросил купца, а почему у него такая фамилия, то тот ответил, что, по-видимому, его давний предок был, когда-то стратигом.
С бывшим лохагосом Ираклием мы быстро сошлись, и я выяснил, что оказывается, Ираклий действительно командовал лохом, который представлял собой отряд пехотинцев из нескольких десятков человек. Но после ранения ноги не смог продолжать службу и устроился начальником охраны у навикулария Стратегопулоса. По поводу лоха, я посмеялся про себя, и попытался понять сочетания лоха21 и лоха 12 века, но никакой логической связи обнаружить не смог.
 
С Ираклием мы пошли на торг, где я по его рекомендации приобрел, все, что нужно было мне для дальнего путешествия.
Придя на постоялый двор, мы поужинали, и я без задних ног рухнул на топчан, первый раз, за месяц, заснув в помещении.
Судно у навикулария Стратигопулоса очень напоминало нашу ладью, но были и небольшие отличия в конструкции, которые меня не заинтересовали потому, что и здесь надо было спать на палубе, открытой всем ветрам и дождям.
Но для вещей были сделаны специальные ящики, можно сказать даже водонепроницаемые, куда я, и сложил свой скарб. Прошло пара часов и наш корабль, вместе с десятком других отошел от мостков Киева. Впереди лежал опасный путь по Днепру, а затем вдоль берега Черного моря в Босфор и, наконец, Константинополь, упрямо называемый моими земляками Царьградом.
Наш корабль заходил в Константинопольскую гавань. Вокруг стоял невероятный шум, кричали со всех кораблей, юркие лодчонки быстро шныряли вокруг и смуглые продавцы предлагали все, что можно на всех языках мира. Генуэзцы, евреи, греки, все они были тут, пахло жареной рыбой и оливковым маслом. Но мы неуклонно пробивались вперед к личному причалу купца.
Путешествие у нас сложилось удачно. Мы без проблем прошли днепровские пороги, на которых очень часто караулили корабли половецкие шайки. Потом было комфортное плавание по Черному морю, вдоль берега, синеющегося вдали. И вот мы у цели нашего путешествия и мне снова надо определяться с будущим. 
Ираклий не разделял моего плохого настроения:
-Ты парень попал в центр мира. У тебя есть молодость, здоровье и воинские умения. Если ты не хочешь работать на Стратигопулоса, ты можешь попытаться стать воином императора, такие здоровяки, как ты всегда нужны.
Но пока я оставался охранником у купца, и бдительно охранял вместе с другими место выгрузки товаров и доставку их на склад. После окончания выгрузки Стратигопулос рассчитался с грузчиками, дал указания капитану судна и в нашем сопровождении отправился домой.
Я был в недоумении, что мы идем пешим ходом, но Ираклий улыбаясь, шепнул мне на ухо:
-Наш хозяин не настолько скуп, но простоживет почти рядом, и нужды в экипаже нет.
И действительно вскоре мы подошли к воротам дома, ничем не отличавшегося от остальных стоявших по этой улице. Высокий кирпичный забор закрывал его, так, что с улицы была видна только часть плоской крыши. 
Стратегопулос по-хозяйски застучал и через минуту ворота заскрипели, открытые старым привратником. Мы все зашли во двор вслед за хозяином. 
Во дворе было очень неплохо. Небольшой водоем в центре с окружающими его деревьями, казался райским уголком после уличной пыли и грязи. Навстречу купцу выскочили несколько женщин, и начался шумный разговор. 
Неожиданно, одна из них посмотрела на меня внимательным взглядом, и это неприятно отозвалось в моей душе.
Это была очень красивая женщина средних лет с властным выражением лица, одетая в отличие от остальных в черную одежду, напоминающую монашескую.
Но она, посмотрев на меня, отвернулась и снова приняла участие в разговоре.
Нас, между тем, Ираклий повел в казарму охраны, где уже ждал ужин и постель.
Когда я уже разобрался со своим устройством и уложил свой нехитрый скарб в рундук под койкой, меня неожиданно позвал привратник.
-Эй ты, варвар, тебя хочет видеть хозяйка!
-Я не варвар, у меня есть имя Константин, и если тебе дорога твоя шкура больше не называй меня так, понял?
Старик испуганно посмотрел на меня и пролепетал:
-Прости Константин, я не думал, что ты христианин.
Когда мы зашли в дом, жена купца оказавшаяся премиленькой женщиной, еще довольно молодой, беседовала с монашкой, которая выделила меня из толпы час назад.
-Госпожа Марфа я привел вам этого воина. Его зовут Константин.- Сообщил привратник.