Сибирский некромант (СИ)
— Вы велели мне охранять дом, хозяин, — отозвался мехаскелет, у которого вместо правой руки был огнемёт. Красные глаза светились из-под капюшона. — В подвале охранять сложно, вот я и вышел.
Эти скелеты поразумнее прочих, но иногда слишком разумны. Надо следить, что говоришь и какие им даёшь поручения. А ещё у каждого были зачатки личности. Этот, например, ненавидел всех людей, кроме меня. Другой поливал цветок, сняв эту обязанность с Инги.
Их у меня было немного, но пока это основа моей армии тьмы. Почти гвардия.
— Из дома не выходить, — приказал я. — Если увидят люди, делаешь вид, что здесь в первый раз и меня не знаешь. Если что, я тебя не некрил.
— Да, хозяин.
Загнал его в подполье, к остальным. Когда открыл люк, на меня с надеждой посмотрели девять пар красных глаз, но я никого не выпустил. Когда закрыл, они ещё долго там гремели косточками и механизмами.
— Инга, — сказал я, накладывая ей паштет из куриной печени. — Завтра станешь человеком и поедешь мне за мебелью.
— Ох, ёпт. Ну ладно.
* * *
Утром, когда я вошёл в класс, меня ждал сюрприз. На учительском столе лежала… голова…
Нет, не обычная голова, а голова скелета, того самого муляжа, который я купил недавно. Кто-то сорвал голову с него и притащил ко мне. Я пошёл в кабинет биологии, захватив черепушку.
Как и думал. Шрека ещё нет, а на полу валялись пластиковые кости. Зато на старом месте восседал мой хорошо знакомый скелет, которого я сам и притащил. Угрожает мне, костяная гадина, вот и притащил мне голову в класс. А сейчас делает вид, что мёртв.
— Ты нарвался, — пообещал я.
Быстро изгнал из него дух, а остатки муляжа запихал ногой под шкафы с оборудованием. Притащу другого, а этого, раз он не уехал в саркофаге, куда-нибудь закопаю.
Но сейчас было никогда.
— Виталий Иваныч! — окликнула меня улыбающаяся Надя, Надежда Павловна, она же Арбузик. — Титанов совещание срочное собирает среди учителей. Вам тоже надо там быть.
Ну что ещё ему там понадобилось? Я погрозил скелету кулаком и пошёл в учительскую.
* * *
Тем временем, мебельная фабрика в Антипихе.
— Вы знаете, — говорила Инга в человеческой форме. — Мы хотим купить у вас мебель на заказ. Уже определились, надо только обсудить нюансы, ёпт.
— Что именно? — молодой консультант достал записную книжку. — Мы можем изготовить… Здравствуйте, Антон Антонович! А у меня клиент.
Директор мебельной фабрики Антон Васильев замер, увидев перед собой ту женщину, которая играла с ним в казино.
— Это ты! — сказал он.
— Нет, вы меня с кем-то спутали, ёпт, — нашлась Инга.
Но поздно, Васильев решительным и быстрым шагом направился к ней.
— Я тебя запомнил, — объявил он. — И сделаю то, что собирался.
Глава 26
Уроки призыва
Давно заметил, что в таких местах, где учатся трудные подростки, каждый получает себе кличку, от учеников до учителей и охраны. Как даются эти прозвища — понять сложно, но иногда они будто прилипают к носителю.
Мне досталось прозвище Могила, которое меня устраивало. Директора Титанова называли Дубиной, что соотносилось с его характером, а покойного Мурзина называли Матрасом, с этой кличкой он и отправился на тот свет… немало попив мне перед этим крови.
И вот, пока я сидел в учительской, оглядывал остальных «коллег», думая, что их прозвища я помню лучше, чем имена и отчества. Я сел в углу, на диванчик, слева от меня уселась Арбузик, извинившись, что чуть задела попой, а справа внезапно села Анна Андреевна Фалейчик, закутанная в свои одежды, как монахиня. Нет бы ей ходить как тогда, когда я видел её в баре. Не зря ученики и называли её Монахиней.
Во главе большого стола уселся дисциплинарный комитет в лице Сотникова и Чумаковой. Сотников — похожий на ботаника парень в больших очках и в свитере, под которым носил рубашку с галстуком-бабочкой. Владимира Романовича все называли Вовочкой и не ставили ни во что.
Его напарницу называли Чумой. Я с ней не общался, знаю только, что она поглощает кофе литрами, и это видно по бледному цвета лица и странным движениям.
— Начали! — рявкнул Титанов, входя в кабинет.
Он бросил на стол пачку журналов. Вечно нервная и дёрганная из-за кофеина Чума вздрогнула.
— Отчёт за месяц, — сказал Титанов. — Посещаемость, успеваемость, дисциплина и физическая подготовка!
Бам! Он стукнул кулаком по столу. Лапердин едва поймал скатившийся карандаш, но он всё равно упал на пол. Кажется, Лапердин немного наклюкался в перерыве.
— Начнём с дисциплины! Варвара Леонидовна!
Начались нудные отчёты, но я немного послушал, потому что мой класс хвалили. Шаман так вообще ни разу не попадался в поле зрения комитета после того, как сжёг тачку покойного Матраса (она до сих сиротливо стояла под окнами школы).
Его даже похвалили, что он работает и ведёт себя хорошо. Годзилла также добавила, что Шаман не болтает на уроках и всё слушает.
У остальных было понемногу косяков, но самый крупный был связан с Пилой, когда Титанов чуть не отправил его на зону, тогда его едва отмазали. Ну и конечно прошлись по Занозе и её приключениям, но в последние дни она уже не отсвечивала.
В других классах было хуже — куча драк, один парень попал в больницу, ещё один кидался на соседа с ножом. Одного Титанов так вообще отчислил, и парень, попавшийся на уличном ограблении, загремит на зону, когда инквизиция лишит его магических сил.
Можно сказать, первое время я пережил удачно.
— И не забываем про соревнования!
Титанов снова бухнул кулаком по столу, и Чума снова вздрогнула.
Точно, соревнования. Пока длилась эпопея с Чингисханом, о которой даже никто в городе и не знал, я не занимался учениками. Придётся ускорить их прогресс.
— И последнее, — сказал Дубина. — У нас новый преподаватель. Прошу любить и жаловать — Иванов Виктор Иванович.
В учительскую вкатилась кресло-коляска. Восседал на ней лысый пожилой мужик, будущий «любимец» Инги. На руках чёрные кожаные перчатки, одет в чёрный костюм, почти траурный. Он подкатил кресло к столу, и слегка в него врезался. Чума вздрогнула в третий раз.
— Рад вас видеть, коллеги, — произнёс он, улыбаясь. Акцент странный, не местный. — Меня направили к вам, как учителя защитной магии, вспомогательной магии и магии призыва.
— И вовремя, — добавил Титанов. — А то у нас все эти дисциплины идут в нагрузку к остальным. Но вам будет непросто, эти дети…
— Я знаю к ним подход, — старикан улыбнулся и поднял обе руки в кожаных перчатках.
Между ними протянулась красная дрожащая дуга, которая немного потрескивала. Паралич, причём неприятный, потому что после него сильная боль, которая не проходит несколько часов. Второй Круг Преграды, но если заклинатель высокого уровня, само заклинание ещё сильнее. И больнее.
— Помогает всем, — он достал из какого-то кармашка в кресле маленькую палочку и постучал ей по столу. — Сразу понимают, кто здесь главный.
Титанову новый учитель пришёлся по вкусу. Ну а мне же с ним могилы не копать, так что я даже не подошёл знакомиться. Да и не понравился он мне, какой-то он злой.
Провёл несколько уроков, предотвратил одну драку. Последний урок будет у моего класса, после этого собирался отправить их на стадион, чтобы побегали и потренировались. Но сегодня там будет изюминка.
Но пока длилась большая перемена, отправился купить пломбирчика. На первом этаже бегали самые младшие дети, а их пытался остановить дисциплинарный комитет.
— Ну ребята! Не делайте так! — плаксивым голосом уговаривал их Вовочка. — Ну что вы, в самом деле?
Когда это не помогло, в ход пошла тяжёлая артиллерия.
— А ну не бегать, мелкие паршивцы! — взревела Чума.
Ненадолго помогло, детишки угомонились.
На крыльце стояли двое охранника и курили, оба были крайне возмущены и сильно жестикулировали руками. У Петропалыча всё лицо красное.