Женщин обижать не рекомендуется (СИ)

А вот Егор напрягся. А что я могу сделать? Он же родственник Арины. И при этом я ловила на себе взгляды Баслыка, который с неприязнью смотрел на Барышникова младшего, а тот в свою очередь сверлил меня взглядом. Прям треугольник, мать твою. Это заметила как раз Арина, которая начала пинать меня под столом. Ну, и естественно, уволокла в туалет, где дала хорошую взбучку. Как будто бы я в этом виновата. 
А когда мы вернулись, Егор о чем-то беседовал с раздражённой Боженой, доказывающей ему что-то. А он отвечал ей с абсолютно каменным выражением. Кажется, они ругались, или просто выясняли отношения. И естественно, меня в подробности посвящать никто не станет. А может, ей тоже морду лица подправить? А что? Принцесса Полин уже начинала просыпаться! 
— Все в порядке? — уточнила я, обозначив себя рядом с ними. 
— Да, — натянул Баслык улыбку, тогда как у Божены настроение было менее радужным. 
— У меня послезавтра вручение, так что приглашаю всех на это большое событие, — огласила я, немного разряжая обстановку потому, что все пялились как раз на эту парочку. 
— А ещё, — вступил Егор, многозначительно глядя на меня, — Полина почему-то скрывает, видимо, готовит сюрприз. 
Господи, я так и знала, что перед Олегом Егор не пренебрежет сверкнуть доспехами, как рыцарь, завоевавший сердце дамы. 
— Да, — улыбаюсь я. — Через три недели, мы женимся, — озвучиваю я новость. 
Сразу слышу довольные возгласы, кучу поздравлений, объятия от подруг. 
— Мне казалось, что когда делают предложение, у девушки на пальце остаётся кольцо, — хмыкает Барышников-младший, обращая внимание на мою руку. 
— Спасибо, Олег, что напомнил. Хотел сделать это вечером дома, но раз здесь твои подруги, — обращается он уже ко мне. — Думаю, будет уместно сделать это сейчас, — он извлекает из кармана брюк коробочку, где сверкает очень элегантное колечко с небольшим бриллиантом. 
Вот Баслык, вот Жук! Он ведь понимает, что из этой битвы выходит полнейшим победителем. Если сейчас ещё раз сделает предложение, будет перебор. Но, это же Джокер. 
— Так как ты свое согласие дала, спрошу у твоих подруг, доверят ли они мне тебя. 
— Одевай уже кольцо! — лыбится Аринка. 
— Нашел что спрашивать, со всеми потрохами забирай — в тон ей отвечает Алиса. Ну и естественно, громогласно «Горько» не заставляет себя долго ждать, а вот на пальчике непривычно сидит колечко — символ бесконечности, которым теперь я связана с ним навсегда. 
— Я думаю, если мужик не сбежал, когда у тебя были тяжёлые времена, вытащил тебя из депрессии, то это о многом говорит — пока Рома и Егор катали шары в бильярдной, мы втроём сидели на веранде у Барышниковых, наслаждаясь ночью и вином. Время близилось к полуночи, я безумно сильно зевала, но когда речь зашла о Баслык даже немного оживилась. 
— Вот именно! Ещё с тем учетом, что вы на тот момент были не в очень хороших отношениях. 
— Если честно, я сама ещё не совсем разобралась с этим. 
— Но красивый зараза, — сделала вывод Аринка. 
— И даже шрам его не портит, — поддержала ее Алиса. 
— Ой, вы сейчас ещё до всех частей тела доберётесь, — смеюсь я, делая глоток вина. 
Мнение их для меня было очень важно, хотя, наверное, если бы они были против, я бы все равно была с ним. Но мне было безумно легко, что моего будущего мужа приняли все мои близкие. 
Конечно, дома выслушала кучу возмущений по поводу поведения Барышникова, которые сказаны были хоть и не в мой адрес, но все же. 
А вечером следующего дня дома меня ждал сюрприз — платье для выпускного с запиской, что он сегодня задержится, и чтобы я его не ждала. И что бы я без него делала? 
С утра разбудил меня посторонний шум со стороны кухни. 
— Эй, какого хрена ты делаешь в моем холодильнике? — вышла я из комнаты, потирая сонные глаза. До будильника оставалось ещё минут двадцать, но задница Путейцев, торчащая из охладительной прибора, привлекала меня больше, чем сон. 
— Леший, я же просил потише быть, — из ванной комнаты вышел Егор, вытирая мокрую голову — Доброе утро, Принцесса — он чмокнул меня в губы — извини, что разбудили. 
 
— Ты только приехал что ли? — уточнила я. 
— Ага, — достал из холодильника голову Лешка. — И мы опять уезжаем. 
— А его ты зачем притащил? — указала я на этого малохольного, который жевал кусок колбасы. 
— Помощник мой, я без него никуда. Обещаю, что на вручении буду. 
— Кстати, за платье огромное спасибо, мне безумно понравилось. 
— Не за что. К вам в больницу к часикам двум тётка придет одна, поколдует с твоей головой, — ещё один лёгкий поцелуй. 
— Фу, хватит лизаться, голубки, — возмутился Лешка. 
— Ты и это предусмотрел? — проигнорировала я своего одноклассника. 
— Ну, я просто понял, каково это жить с врачом. Если тебе заявление в ЗАГС подавать некогда, то обо всем остальном я вообще молчу. 
— Что бы я без тебя делала? — я крепче его обняла. 
— Встала бы посреди города и создала бы пробку, а ещё на работу опоздала. 
— И это означает, что и машину ты заправил, — заключила я. 
— Хвали меня! — довольно улыбнулся он. А мне было безумно стыдно за свою безответственность. 
— А спать ты когда собираешься? 
— Пока ты на дежурстве будешь сегодня, я высплюсь, — пообещал Егор. 
Слишком грустные глаза, слишком грустная улыбка, слишком уставший голос. 
— Точно все в порядке? 
— Конечно! Были проблемы, но мы разобрались. Осталось кое-что разгрести, так что не заморачивайся. 
Но почему-то я не верила. 
На операции сегодня Порошин меня не ставил, дав отгул после обеда. А дежурство свое плановое я решила не переносить. Он должен видеть, насколько для меня важна работа. А у меня она теперь имелась, и наставник был самый лучший. И благодаря ему, мне уже не нужно было проходить курсов, а сертификат специалиста я получала автоматически. Наверное, не зря я столько выстрадала, практикуясь у него. 
В зале были почти все, кого я хотела видеть. У Римы и Веры были уважительные причины, конечно. Пришел даже отец, который восседал рядом с ректором в первом ряду. Кажется, они были знакомы. Хотя что я удивляюсь? Это ко мне только сейчас дошло, что Воеводин является одним из спонсоров ВУЗа, а раньше я этому не придавала значения. 
А вот ректор меня поздравил лично после небольшого концерта и слов наставления от наших педагогов. 
— Вы действительно его заслужили, — указал он на мой диплом. — И главное, скромно умолчали о своем отце. 
— А Вы думаете, расскажи я все, мне бы диплом какого-то особенного цвета дали? — уточнила я. — Порой, родство это не так важно. 
Уходила я из зала с огромной охапкой цветов, словно звезда. Конечно, кольцо на пальце и наличие рядом Баслыка, не остались без внимания моих однокурсников. Я услышала очень много вопросов по поводу предстоящего события, на которые совсем отвечать не хотела. Видимо, долго мне ещё перемывали кости потом. 
— А шеф тут что делает? — кивнул Лешка в сторону Воеводина, когда мы все уже выходили на улицу для последней фотосессии. 
— Леший, — оборвал его Егор, но уже было поздно. Путейцев приосанился, изменился в лице, а потом уже стукнул себя по лбу. 
— Шеф? — переспросила я у Баслыка. — В смысле, ты работаешь на него? 
— Поль, я только сегодня об этом узнал, честно. Утром мы ездили к нему на разговор. 
Не знаю, что меня больше бесило в этой истории, надменность Воеводина, который решил поиграть в любящего папочку, или постоянна скрытность Егора. 
— Сколько у тебя ещё секретов в загашничке? — возмутилась я. — Так, сейчас ты едешь отсыпаться. А когда проснешься, я хочу знать о тебе абсолютно все. Пока я этого не услышу, я буду жить в своей квартире.
А я ведь тогда не знала, насколько для него это решение трудное, и сколько долгих вечеров смотрел он на окна нашей с Верой квартиры, собираясь с храбростью. А я верила в то, что смогу это принять, смогу все простить. Надеялась, что это было не прощание.