Его запретная пара (СИ)

Мы с отцом как раз шли обратно, когда в голове вспыхнул вопрос:
— Пап, а братья знают?
— Мне пришлось им сказать, когда мы пошли за тобой. Мы думали, что тебя…
Папа замолчал, потому что мы уперлись взглядом в спину огненноволосого мужчины. Он стоял, скрестив руки на груди, и от него волнами шло раздражение. Взгляд его был устремлен в правую клетку, туда, где среди моих братьев как-то оказалась медоедка и показывала огромное тату на спине:
— Милый, смотри, какую я тут переводилку отхватила! Это свирепый лис, елы-палы! Ты же всегда хотел, чтобы я сделала что-то подобное?
Тут же стояли и Артур с Яром, и оба не сводили с меня внимательных взглядов, не обращая внимания на лисомедоедскую парочку.
Красноволосый заговорил, но было такое ощущение, что зарычал:
— Это медведь на тату, елы-палы, женщина, а свирепый лис сейчас перед тобой.
Я осторожно заглянула в лицо мужчины. Аленкин муж? Тот самый, от макушки до пят помеченный медоедкой лис? Ой, на лице действительно следы зубов.
Как там его зовут? Он глава лис?
— Максим. — Папа протянул ему руку. — За ненаглядной?
— Степан Александрович. — Мужчина коротко и напряженно кивнул и вновь посмотрел в сторону клетки. Аленки там уже не было!
— Влад, ты говорил, что у тебя из клетки даже мышь не выберется, — обратился он к шкафоподобному мужчине.
— Твоя оторва не в счет, Макс. Что-то мне подсказывает, что ее уже даже в здании нет.
Глава лис посмотрел на меня, коротко кивнул и ушел стремительным шагом.
Яр и Артур шагнули ко мне одновременно. В этот момент как раз выпустили братьев, и те просто смели меня в объятия, незаметно вытеснив сначала в холл, а потом на улицу.
Они смеялись, как всегда, громко, не скрываясь, но будто бы немного натянуто и показно.
— Парни! — Голос Яра заставил вздрогнуть. — Пригодится! Только что из доставки!
Яр кинул каждому из братьев пакет с чем-то черным. Оказалось, что это джемперы. Братья тут же надели их и стали напоминать сборную черного цвета. Цвета зверя Яра.
— Другого цвета не было, — коварно улыбнулся кот. Улыбнулся мне, и, хоть между нами были братья, я будто стояла с ним рядом.
Артур пожал руку Илье, самому старшему брату. Гонщику, от которого мне передалась страсть к машинам и умение засыпать в любом месте.
— Спасибо за беспокойство о Ди. Жаль, что вышло недоразумение, но когда бы мы еще вместе поучаствовали в заварушке и познакомились настолько близко? Теперь между нами нет секретов. Вы можете всегда обратиться ко мне за помощью. Вы подписали соглашение о неразглашении…
Мою руку кто-то поймал в замок, а потом переплел пальцы. Что говорил Артур, я больше не слышала. Я могла поклясться, что сейчас меня за руку держит не один из братьев.
— …Я отвезу Ди домой, можете не беспокоиться, — закончил Артур, и я так испугалась, что он сейчас застанет меня с поличным, что тут же освободила руку.
В голове была каша. В сердце — тоже.
Я не могла понять, как мне теперь относиться к Артуру. Он мне не изменял, по-своему охранял. И явно теперь рассчитывает на большее.
Но…
— Идем! — Артур обнял меня за плечи. — Ты ледяная!
— А я когда еще давал плед, дубина ты! — Яр снова накинул мне на плечи мягкую ткань.
Я видела, как Артур хотел содрать ее с меня, как столкнулся с моим внимательным взглядом и как решил в последний момент отступить.
— Идем, заедем в твою любимую круглосуточную кофейню. — Артур запахнул на мне плед, а я почему-то посмотрела поверх его плеча на Яра.
Внутри началась настоящая буря.
Я кивнула ему. Спасибо за помощь.
Он отыграл на славу.
Как села в машину Артура — не помню. Зато как от него стали исходить волны странного напряжения — отчетливо ощутила.
— Ди. — Артур вдруг свернул на обочину, затормозил, повернулся ко мне и с силой притянул для поцелуя.
Мои руки уперлись в его грудь раньше, чем я успела что-нибудь осознать, но это притормозило Артура лишь на секунду.
— Ди… не отталкивай, — вымученно выдохнул он и продолжил притягивать меня к себе за затылок, наклоняясь все ближе и ближе. — Дай мне почувствовать твой вкус. Я на пределе. Прошу.
 
Сквозь полуопущенные ресницы карие глаза казались черными, словно черная дыра. Такими же бездонными, с неизвестностью внутри.
Артур впервые ТАК просил у меня о чем-то. Обычно он был очень терпелив, даже когда я в последний момент давала задний ход. Выдыхал, принимал ледяной душ, но потом возвращался ко мне как ни в чем не бывало. Он всегда принимал мой отказ. Всегда, но не сейчас.
Какая-то дикая нужда, голод и сдержанная агрессия чувствовались в каждом движении его тела.
— Ди, — шептал он уже у самых моих губ, молил: — Поцелуй меня, милая, мне нужно успокоить зверя.
Я втянула голову поглубже в плед, который пах так приятно — дымом и вишней. И в этот момент Артур резко впился своими губами в мои, будто мой побег сорвал последний предохранитель.
Я зажмурилась, и на миг перед глазами почему-то почудился Яр. Словно это он целует меня яростно, будто доказывая и подтверждая свою победу. Запах дыма, вишни, тепло…
По мне прокатилась такая внезапная волна возбуждения, что я вздрогнула. Низ живота скрутило в узел от желания, которое жаром прокатилось по телу. Я никогда не чувствовала подобного!
У уха просвистел воздух, защекотал мочку полустон-полурык. Кожа шеи тут же покрылась мурашками. Мне чудилось, что это Яр рычит и зовет меня.
Я с сиденьем опрокинулась назад. Поцелуй стал глубоким, напористым и отдающим диким голодом. Мои губы терзали так, словно всю хотели съесть живьем, а я не понимала — хотела и не хотела одновременно. Разве так можно? Мои руки так желали почувствовать горячее мускулистое тело, но касались холодных тугих мышц под натянутым до предела пиджаком. Что-то было не то.
Я распахнула глаза и вздрогнула, чувствуя, как мигом откатывает возбуждение. Артур.
Но его, словно подожженный фитиль, уже было не остановить. Я попыталась отвернуть голову, и у меня едва это получилось. Тогда кожу шеи тут же обожгли поцелуи.
— Артур!
Он никогда не целовал меня так. Всегда касался легко, бережно, словно до хрупкой ценной вещи. От него никогда так не воняло страстью.
— Стой!
Артур содрал с меня плед, и я мигом оказалась в ледяной пещере действительности и словно увидела себя со стороны. Мужчина сжимал мою грудь одной рукой, вторая уже лежала на бедре.
Взгляд был совершенно одержимый.
— Ты меня хочешь. Наконец-то ты меня захотела. — Артур был сам не свой, будто сошел с ума. Не слышал, как я просила его остановиться.
Слетел с катушек. И он точно вознамерился подобраться к моей шее.
Я не могла его сдвинуть ни на сантиметр!
Сколько бы ни старалась, Артур был словно стена, что надвигалась на меня. Неумолимо. Неотвратимо. Невыносимо.
Не могу!
— Расслабься, Ди. Я этого ждал три года, дай мне это сделать, иначе я сойду с ума. Жар от его тела и слов заставил стекла запотеть, а меня —покрыться холодным потом осознания. Он сжал мою руку, которая упиралась в его грудь, поднес к губам, поцеловал каждый палец.
— Не хочу.
Артур никогда не был напорист. Я думала, что ему это не надо, а оказалось, он ждал, поэтому не наступал в полную силу. А его полная сила была пугающей.
— Я же чувствую — хочешь. Я так ждал этого момента, так ждал, Ди. — Дыхание Артура щекотало шею, мне уже некуда было отодвигаться. — Я так люблю тебя. Почему ты боишься?
Он уперся лбом в подголовник, губы почти касались шеи. Дышал тяжело.
— Позволь, Ди. Мне это надо. Невыносимо смотреть на след другого на тебе. Позволь. — В голосе звенела нужда.
Во мне все протестовало.
— Ты же не хочешь бросить меня из-за обмана Жанны? Я был честен с тобой настолько, насколько мог, Ди. Я терпеливо ждал эти гребаные три года. Не бойся, я не возьму тебя здесь, но мне трудно совладать со зверем, когда я почувствовал запах твоего желания. Позволь…