Создатель Миров 6: Единство (СИ)

Птица могла развивать сверхзвуковую скорость.
Дракон — его Александр сделал длинным, азиатским, — своим рёвом вызывал оползни.
Тигр рубил когтями алмазы так, будто они были сделаны из тофу.
Черепаха могла приподнять на спине целый остров.
Всё это были невероятные силы. Силы Третьего ранга, на котором живое существо может уничтожить армию или многолюдный город. Но всего этого было недостаточно. Именно поэтому в самом конце Александр приписал каждому титану особенное сердце.
Красное, огненное.
Из лазурного дерева, пропитанное энергией жизни.
Железное.
И ледяное.
Сперва каждое сердце представляло собой маленький шарик. Однако со временем, по мере того, как Священные звери будут расти (и кушать), они тоже будут разрастаться, излучая всё более густую «Энергию Четырёх Элементов». Тогда и сами звери перейдут границу Четвёртого ранга, и прочие связанные с ними народы будут становиться сильнее.
Именно так. Народы.
Мир, единственными обитателями которого были огромные монстры, хотя и был бы довольно оригинальным, но скучным. Поэтому Александр добавил четыре народа, которые, собственно, и будут считать своих зверей Священными.
Крылатый народ представлял собой людей с крыльями.
Народ леса, который поклонялся дракону, состоял из людей с лосиными рогами, — собственно, у китайского и японского дракона обыкновенно были именно такие рога, а лоси, в понимания Александра, представляли собой символ леса и чащи.
Народом тигра… Были просто люди с тигриными головами. Здесь Александр ничего не придумал. Разве что под самый конец добавил им четыре руки, чтобы они сильнее отличались от зверолюдов.
Наконец народом моря были русалы. Но необычные. Александр здраво рассудил, что делать почитателями черепахи людей-рыб было бы немного странно, ведь черепахи, собственно, питались рыбой, — как бы зверь сожрал всю свою паству, — а потому нарисовал им человеческие ноги, но добавил хвосты и жабры, чтобы они могли долгое время, — хотя и не постоянно, — находится под водой, а сами жили на островах.
Наконец, когда дело было сделано, он свалился на кресло, выпил чашку кофе, которая появилась совершенно внезапно, — по всей видимости принесли Маргулы… А он и не заметил в процессе работы… Перевёл дух и перешёл к созданию облика самого мира…
  
Глава 12
 
Мир
 
Теперь пришло время создать мир для этих удивительных созданий.
И снова Александру потребовалась некоторое вдохновение.
Ему хотелось сделать что-нибудь уникальное, а не просто очередную планету, разделённую на определённые климатические зоны. Вообще у него давно уже было ощущение, что пейзажи в его мирах слишком… Заурядные. Простые. И хотя ему не хотелось делать ничего слишком вычурного, — в этом не было особого смысла, когда существовал Мир Снов, — у него всё равно было желание добавить немного красоты.
Эпичности.
Монументальности.
С этой целью он полез в интернет и битый час листал картинки, которые поисковик выдал ему по запросу: «фэнтезийные пейзажи».
Наконец, напитав своё воображение, точно губку, Александр взялся за работу.
Она предстояла монументальная. Ведь мир, над которым он работал, должен был делиться на четыре совершенно уникальных участка.
Сперва Александр стал работать над обителью лазурного дракона. В данном случае источником его вдохновения были огромные первозданные леса. Деревья, которые возвышаются на сотни метров, как небоскрёбы, и диаметр которых настолько велик, что даже тридцать человек, держась за руки, не в состоянии обхватить их ствол; заросли, огромные кусты, лианы и так далее, и тому подобное — не джунгли, но густая северная чаща.
Лес делился на великое множество уровней. На земле, плотно укутанной тенью широких листьев, росли одни растения; немного выше, среди лиан, другие; в размашистых древесных кронах, на которых, при желании, можно было разместить целую плантацию, — третьи.
В этих землях мох был гуще, чем звериная шерсть. Птицы вили себе огромные гнёзда. Колонии муравьёв и термитов насчитывали многие тысячи ульев, в которых обитали миллионы особей. Да и сами муравьи встречались как простые, так и размером с человека.
 
Это не был лес великанов, хотя временами здесь встречались представители гигантской фауны. Нет, вернее будет сказать, что это был лес, помноженный стократ, на фоне которого древние европейские пущи были всё равно что ухоженные грядки.
Местная живность тоже была очень разной. Встречались как самые обыкновенные звери, так и странные, гротескные создания. Огромные улитки, которые перемещались стаями и валили стометровые деревья у себя на пути, крылатые пиявки, живые болота, плотоядные деревья и прочие самые разнообразные создания, которые вместе создавали образ ужасной и дремучей чащи, в которую проникало меньше солнечного света, чем даже в сердце океанической бездны.
И среди всего этого мира, мира мрака и торжества природы, время от времени проносился, извиваясь между деревьями, лазурный дракон, длина которого достигала нескольких километров. Ослепительное сияние, которой волнами испускали его чешуйки, проникало даже в самые укромные уголки тёмной чащи. Казалось, дракон не летает, но плывёт среди огромных древесных крон как рыба среди водорослей…
Александр с минуту наблюдал за его полётом, сидя на кресле и попивая из чашки прохладного чая, после чего вернулся к работе.
Следующей он сотворил обитель Красной птицы. Для её народа он создал огромную пустыню, над которой, в небесах, проносились, как облака, островки-оазисы. Большие и малые, они представляли собой пёстрые джунгли, через которые протекали быстрые реки, — и разливались в пустыню, поднимая песчаные бури, — где, на пальмах и прочих тропических деревьях, росли сочные плоды и вили свои гнёзда чудесные радужные птицы. Часто, они мигрировали между разными летающими островами в поисках пропитания, и тогда в чистом беловато-голубом небе, рассыпая перья, мелькали радужные стаи…
Некоторые острова были совсем небольшие; другие представляли собой архипелаги протяжённостью в несколько десятков тысяч квадратных километров.
На одном из таких возвышался огромный, выше любой земной горы вулкан. В нём обитала птица с алыми перьями, которая могла накрыть тенью своих крыльев целый остров… Если бы у её крыльев была тень, разумеется, но её не было, и каждое её перышко переливалось ослепительным рубиновым светом, на фоне которого солнце казалось тусклым и невзрачным.
Закончив с этим регионом, Александр взялся за следующий.
Теперь предстояло обустроить обитель Белого тигра. Стихийным элементом последнего был метал. Сперва Александр намеревался сделать весь мир металлическим, но вовремя понял, что смотреться это будет слишком неказисто и странно. Тогда он стал рисовать горы. Большие, маленькие, огромные каменные глыбы с заострёнными пиками. Вскоре, разглядывая последние, он словил вдохновение и стал припоминать пейзажи Тибета и таинственную страну Шан-грила.
Некоторые горы были засыпаны снегом; другие стояли серыми глыбами. Между ними тянулись низины, на которых прыгучие козлики щипали травку. В сиянии заходящего солнца ровный слой травы на пространных изогнутых лугах казался призрачным, а белые одуванчики напоминали мыльные шарики.
Обитали в этом краю и более удивительные создания: мамонты и саблезубые тигры. Небо здесь было ясное, и приподняв голову можно было запросто ослепнуть от сияния побелённых снегом горных вершин, которые казались алебастровыми в лучах отдалённого солнечного диска.
Иной раз можно было заметить тень великого тигра, которая запросто перепрыгивала с одной горной вершины на другую, даже если расстояние между ними достигало сотен километров.
Наконец Александр приступил к работе над последним, водным регионом, в котором должна была обитать Чёрная черепаха. Сперва он сделал пространный океан, а потом стал добавлять к нему всевозможные занятные детали…