Зов предков. Истинная для генерала (СИ)

— Да что с тобой такое!? Клиа! Хватит витать в облаках! — Клинок разрезал ткань рубахи, и с неглубокой раны потекла серебристая кровь. Моя левая рука сразу же прижалась к ране. Наставник снова нанёс удар, клинок рассёк ткань брюк и кожи на ноге. — Подними. Свой. Меч. Клиа!
— Я не могу сейчас заниматься… — Тихо просипела, направляясь спиной к выходу, и вскоре вовсе отвернулась от пронзающего взгляда наставника.
Моя рука уже держала медную дверную ручку, когда наставник прорычал вслед:
— Клиа, а ну вернись обратно! — Взревел на всю тренировочную залу грозный голос Морана.
Все происходило как в тумане, поэтому не понимала как лучше поступить. Дыхание стало прерывистым, а ноги понесли неведомо куда. Оказавшись во внутреннем дворе, в надежде успокоить свой разум, я присела на маленькую скамейку близ плетистых роз, за которым меня наверняка не было видно.
Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
В воздухе витал приятный сладчайший аромат роз и других цветущих в саду растений. Такая атмосфера вдоволь расслабляла, но казалась нереальной… Глаза следили за летающим над жёлтыми цветками мотыльком, когда услышала строгий голос Глории.
— Мы не можем вам помочь! Нас и так мало осталось! Это не наша битва!
— Но… Они нуждаются в вашей помощи, им больше некому обратиться!
— В последний раз… — Решительно сказала Глория, но потом остановила свой пыл. — Многие погибли. Многие из детей звёзд погибли! — С горечью произнесла женщина. — Одиннадцать лет назад на наш зов не откликнулся ни один из народов фейри! Я никому в замке не позволю рисковать своей жизнью! Мы и так на грани вымирания.
Я любопытно выглянула из своего убежища, чтобы посмотреть, кто мог так расстроить духовную наставницу, которая зачастую держала грусть при себе. Часто приходилось видеть тоску в её глазах, но сама же она пыталась её скрывать. Гонец, как я поняла в обшарпанной одежде, схватился за рукав фиолетовой рясы Глории, когда взмолился ей:
— Светило… Если не вы, то кто?
— Не проси меня об этом! — Произнесла Глория, пытаясь придать голосу резкости.
Выйдя из своего укрытия, я обратилась к гонцу:
— Что случилось? — Я не могу так просто сидеть и бездействовать. Если бы мне когда-то помогли… Поселениям, где жила я, или Флейт, или Тэер… Возможно они ещё оставались в живых…
— Ничего, дитя! Ступай к себе в покои! — Наставница быстро подхватила меня под руку. Она что-то скрывает от меня. Женщина выводила меня из сада, а я озиралась назад, на гонца, ожидая его ответа.
— На соседнее селение напали, им нужна помощь. — Я вырвалась из хватки Глории, чтобы дослушать. — Но там низшие и средние фейри, они не справятся, им нужна помощь высших фейри.
— Кто напал? — Серьезно спросила гонца.
— Ты никуда не уйдешь! Незачем тебе это знать! — Строго и властно произнесла Светило.
Я до сих пор ожидала ответа от гонца, не обращая внимание на свою духовную наставницу.
— Высшие фейри, дети льда и ветра.
— Подожди. — Я сорвалась на бег в свою комнату, чтобы забрать своё оружие.
Требовалось спешить. В таких нападениях важна каждая минута, поэтому решила не терять даже лишней секунды.
— Ты не можешь уйти, дитя! Это слишком опасно! Ты даже не прошла весь курс! И посмотри, у тебя кровь! — Взмолилась Глориа, преследуя меня.
Глория догнала меня у наших с Брен покоев, которой там слава Богине не оказалось. Не хватало мне ещё одной противницы моих действий…
— Я могу! И сделаю! Зачем мне сила, если не буду помогать другим!? — Это был риторический вопрос.
Лицо Глории исказилось гримасой боли.
— Дитя, не делай этого, прошу! — Взгляд женщины помрачнел и её блестящие от слёз глаза, затуманились воспоминаниями прошлого, которое я не знала, конечно, и не должна была знать, ведь являлась её подопечной.
Я слышала историю от Ирис. Дочь Глории убили во время восстания детей звёзд, после моего исчезновения.
Мы сильно сблизились с Глорией. У нас с Светилос было большое количество времени, чтобы узнать друг друга. Я знала ее больше, чем любого другого наставника, как она узнала меня больше, чем любого другого ученика в замке.
 
Иногда мне казалось, что она слишком добра ко мне. Судя по всему, она отождествляла меня со своей погибшей дочерью… Даже бывали времена, когда и я её отождествляла со своей матерью, которую не помнила, которой до встречи с ней у меня не было.
Пристально взглянув в её глаза, поняла, что не могу всю жизнь прятаться, как она и бездействовать. Этот мир беспощаден, и я не хотела быть такой же.
Многие люди и фейри нуждаются в спасении. Судьба целого селения стояла на карте, и я не буду сидеть на месте, надеясь, что всё разрешиться без моего вмешательства.
Закрепив свои кожаные ножны за пояс вместе с другими клинками, выбежала из своих покоев.
— Клиа, прошу тебя! Останься! — Продолжала молить Глория.
Вбежав в конюшню, где гонец меня ожидал, легко вспорхнула на вороного коня, который фыркнул, выражая своё несогласие от такой неожиданной дерзости с моей стороны. Рука нежно чуть ласкающе погладила холку лошади, в надежде приности некое успокоение. А сама обернулась к Глории, и прошептала:
— Простите… Я должна!
Чувство сожаления накрыло меня. Я правда не могла поступить иначе, и мне совсем не хотелось вызывать неприятные воспоминание об её умершей дочери… Хотелось остаться и утешить женщину, которая безмерное количество раз успокаивала мою душу и стала спасением в момент самой большой печали и тоски по дорогим мне людям. Однако после обучения, стало ясно точно, что Флейт был всё-таки фейри… Но сейчас не время…
Гонец рванул с места на своем жеребце, и я ринулась следом за ним.
  
Глава 7
 
Два резвых сердечных огонька соединятся. Тот, кто жертвует — получает дар. Те, кто резвятся в лучах праздности — погибают.
Тёплый ласкающий ветерок обдувал лицо, а яркие солнечные лучи ослепляли взор. Я вовсе не чувствовала леденящий душу страх. С самого детства фейри ветра, оторвал меня от семьи. Теперь мне не придется бояться. Хочется защищать таких же беспомощных, которой когда-то пришлось быть самой.
Глубоко в душе поднималось чувства волнения и предвкушения. Мне не нужно было следить за гонцом, меня и так стало тянуть в селение, как только мы с ним покинули крепость. Чувство похоже на то, когда меня направляли души мёртвых к горе Вол, но теперь сильнее. Это ощущение казалось призывом моей крови. Видимо призыв был заблокирован из-за защитного заклинания на крепости, но как только я покинула её, зов тут же настиг меня.
Мы с гонцом скакали галопом на своих жеребцах, и почти сразу как покинули замок, увидели дым, и быстрее, чем услышали крики. Сноп дыма поднялся уже далеко ввысь. Требовалось спешить, ведь не хотелось опоздать и застать селение в руинах.
Жеребец не успел остановиться, как я соскочила с него, и попала в пучину хаоса. Жители селения яро сражались за свою жизнь. Налетчики резко выделялись, поэтому вовсе не было сомнений в их принадлежности. Они были в новых белых мантиях, тем временем как поселенцы одеты во всякое потертое тряпье.
Один из нападающих оскалил свои гнилые зубы, наблюдая за раненой и измождённой женщиной, когда я провернула свои кисти кругом, и применила первый атакующий приёмfrigidus.Я еще не дошла до смертоносных заклинаний. Поэтому, пришлось применить обездвиживающее заклинание, а затем, схватив кинжал из-за пояса и вонзить в его позвоночник. Мужчина сразу же мёртво повалился вперед. Не было ясно, он дитя льда или ветра.
И какая вообще разница, если они нападают на невинных…
Я метнула в рядом стоящего фейри этот же кинжал, что уже запачкан в голубой крови, и тот в мгновение ока попал ему в живот. Мужчина шокировано посмотрел на кинжал, торчащий из его тела, затем в сторону, откуда он прилетел. Найдя своим взором меня, он расширил свои яркие голубые глаза. Вскоре, из левого уголка губ потекла струйка голубой крови, и он повалился на бок, прижимая ладонь к своей ране.