Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 7 (СИ)

— Когда придёт моё письменное уведомление, предпринимать что-либо будет уже поздно, — ворчит себе под нос Сяо, который отлично понимает, что происходит. — И ты с чистой совестью прикроешь свою жопу, дескать, не было времени на реакцию.
Разумеется, перед вышестоящим начальством виноватым окажется персонал на островах.
Подобное случалось и раньше, но с другими людьми. Когда острый момент в стране пребывания заставляет считать секунды, боссы среднего уровня на материке всегда тянут время.
Потом, в случае провала, на разборах полётов всегда оказывается: письменный доклад поступил слишком поздно и у Поднебесной не было возможности своевременно вмешаться. Виноват стрелочник.
_______
Там же.
— Как говорится, "надо уметь брать ответственность на себя на местах", — вздохнул Сяо.
После чего набрал ещё один номер.
— Почему звоните сюда? — раздалось без паузы или приветствия.
— У меня не получается договориться со своим руководством по первой линии подчинения.
— Ясно. В чём дело?
— Перестраховка. Суть такая…
— … понятно. Хорошо, можете воспользоваться нашим резервом. Вам сейчас придут необходимые полномочия и контакты.
— Я обязательно подтвержу всё сказанное письменно, после работы! — эти слова Сяо договаривал уже на ходу к двери.
Происходящее было вообще не его делом, если говорить формально. Но в последние часы целые филиалы структур Поднебесной на островах, гласные и не очень, рушились на глазах.
Кроме него вмешаться в происходящее было физически некому.
— Не надо ничего писать. Просто делайте дело, — успокоил его собеседник, голограмма которого следовала за китайцам по лестнице. — Отбейте по возможности бочонок либо установите, куда его везут. Потом срочно эвакуируйтесь.
— Спасибо большое.
— Не за что. Спасибо вам за добросовестность. Можете буквально за пару секунд, на ходу, обозначить ваш план? Несрочно, но мне было бы спокойнее.
— Через нашего дублёра в диспетчерской порта сейчас узнаю, какой борт везёт бочонок.
— Это реально? — перебил говорящего чин из министерства стратегического развития.
— Да. Там явно кто-то из гражданских, судя по скорости и обстановке на акватории, тут без деталей. Затем через ваш резерв уточню обстановку на пирсе. После…
— Благодарю, достаточно. Я понял. Шансы не сильно великие?
— Использовать нужно любой шанс и всегда, — твёрдо ответил Сяо. — И добросовестно отрабатывать все варианты до конца. Извините, я сейчас выйду на улицу, не могу больше поддерживать голографический режим больше.
— Конечно, я на связи, если что. Отключаюсь; у вас счёт на секунды.
Сяо с искренней благодарностью кивнул, смахивая голограмму движением пальца.
***
— Вы кто такие? — удивляется здорово выпивший капитан. — Тут же днём с огнём никого не сыщешь!
Мы пришвартовались в секторе второй категории, где обычно крайне немного народу.
Неизвестно откуда вынырнувшие из темноты люди, числом более десятка, хлынули к нам по трапу, словно материализуясь из воздуха.
— А для вас новые правила не указ? — с едва уловимым акцентом отвечает идущий вторым. — Запрещено ловить без нашего разрешения на той акватории, откуда вы пришли. "Профсоюз" вам не указ?
Ёсиока грязно ругается. Если перевести его тираду на обычный язык, в настоящий момент имеют место тёрки между этническими диаспорами, окопавшимися в порту испокон веков.
Я уже в курсе, что такое здесь нечасто, но случается.
— Раз в три-пять лет. — Добросовестно заканчивает пояснение мне слегка пьяный капитан, затем поворачивается к гостям. — А я сегодня почти и не ловил, так, снасти ладил.
Следующие три минуты проходят в напряжении: посетители требует разблокировать им трюм и предъявить его содержимое, ссылаясь на грубую силу и время от времени работающие традиции.
Ёсиока стоит насмерть, не собираясь отступать.
Хорошо, что Цуджи и его народ ещё в море погрузились в две резиновые моторные лодки и с "уловом" ушли впереди нас, чуть другим курсом. Кое-какие блоки от поднятого аппарата они оставили на нашей палубе с указанием без затей утопить их при входе в порт. Могу только догадываться, зачем.
 
— Можем ведь и иначе спросить, — горячится тем временем главный из непрошеных посетителей.
— По мне, наглость происходящего зашкаливает, — ввинчиваюсь между типом и кэпом.
Я понятия не имею, что такого должно происходить в глобальном масштабе, чтоб даже Цуджи с его задачей крался на цыпочках, подставляя нас.
  
Глава 24
 
По большому счёту, с высоты опыта и возраста это всё было ожидаемо. Государевы люди всегда были непротив загрести жар чужими руками (по крайней мере, на его памяти). Сопутствующие по ходу действий потери — так, мелочь. Государев человек в первую очередь отвечает за результат.
Несмотря на теоретическую готовность к происходящему, Ёсиоке было слегка не по себе. Понятно, что отдельно взятый старик и шестнадцатилетний гайдзин с точки зрения интересов страны — мелочь. Но сам у себя кэп был один.
— По мне, наглость происходящего зашкаливает, — Асада-младший (а теперь уже и Асада-единственный, если не считать женщин семьи) змеёй ввинтился между ним и гостями, задвигая старика себе за спину.
— Ты кто? — хмуро уставился кто-то из визитеров на пацана.
Капитан невольно хихикнул: откровенно европейское лицо блондина, разумеется, в какие-то схемы иммигрантов не первого поколения не вписывалось. Как и его более чистый, нежели у них, японский язык.
— Х** в пальто, — невежливо ответил Масахиро.
А потом двинул в зубы стоящему ближе всех.
Визитер упал, как подрубленный.
— Я — арендатор корабля, — сообщил тем временем светловолосый замершим представителям одной из диаспор. — Попутно, в отличие от вас, я — японец. На своей земле и на своём корабле. А вот кто такие вы?
Ёсиока уже знал: хитрый нейро-концентратор Масы позволял ему писать всё происходящее, словно камера. Потом эту запись даже в суде можно было использовать, судя по опыту.
— Ты — японец?! — многозначительно осклабился старший из непрошеных гостей, подступая вплотную.
— Чистокровный, — уверенно не повёл и бровью блондин. — В отличие от вас.
— Они телевизора явно не смотрят, — заметил капитан из-за спины подростка. — Раз тебя в лицо не признали. Новости, видимо, тоже не читают в ленте — не местные, что с них взять.
— Мальчик, ты хорошо понимаешь, что сейчас сделал? — далеко не мирный "коллега", похоже, прикидывал в уме в ускоренном темпе что-то своё.
— Не надо было нам связываться с тем грузом, — подлил масла в огонь со вздохом Ёсиока. — Они сто процентов его и ищут. Улов — только предлог, вон, рожи какие уголовные.
Старик решил не обращать внимания на пристальное взгляды непрошенных гостей.
По-хорошему, проныре Цуджи надо было надавать по ушам за такое неспортивное поведение. Но кэп был японцем и ему реально хотелось войти в историю. Так же как и выиграть выборы, на которых он в роли кандидата оказался абсолютно случайно.
Маса, на мгновение развернувшись, коротко кивнул старику, словно бы морально поддерживая и подтверждая: всё нормально, всё по плану.
Другое дело что владельца "Кальмара" в те планы посвятили лишь фрагментарно.
— Надеюсь, твои гениальные пиар-менеджеры знают, что творят. И что ты творишь, — не удержался старик.
"Гости" чуть напряглись и опять залопотали по-своему.
— А теперь скажу я, — как ни в чём ни бывало продолжил Асада. — У вас есть ровно четверть минуты.
— На что? — пренебрежительно выплюнул главарь.
 
Остальные грамотно рассыпались от борта до борта, блокируя палубу и перекрывая возможность перемещаться.
— На то, чтобы выстроиться в колонну по одному и по-быстрому сойти на берег. После чего заново, с соблюдением правил, перейти с пирса к цели вашего визита, — отчеканил Масахиро. — Повторных предложений не будет. Всё то, что я говорю сейчас, для вас имеет статус серьёзного и последнего предупреждения. Дополнительно сообщаю: происходящее фиксируется с соблюдением процессуальных норм и может быть использовано против вас в суде.