Полководец и Охотница (ЛП)

— Хорошо. — она скрестила руки на груди, смотря как Эратеанцы хлынули через Первые ворота. — Но любой, кто попытается причинить тебе вред, получит нож в шею.
— Меня это полностью устраивает.
Когда Эратеанцы достигли процессии Акуны, вторые все бросили и побежали, оставив гроб. Лошади, везущие повозку, вздрогнули и убежали, волоча за собой гроб. Это, казалось, воодушевило Эратеанцев, которые начали штурмовать крепость.
Мало кто знал, что Акуна, которые, притворившись бегущими, обошли крепость и взобрались на ее стены с другого конца, готовые атаковать вторгшихся в крепость Эратеанцев.
— Терпение, сейчас. — Дартан не двигался, наблюдая за сценой внизу.
Эратеанская армия заполонила передний двор крепости Ларион и нашла его пустым. Дартан затащил Рину обратно в тень своих покоев, и они наблюдали через окно, как все больше и больше людей входят в крепость.
Горло Рины пересохло. Было даже хуже знать, что их ждёт. Близится резня.
Дартан ждал, пока последний из Эратеанцев не войдет в крепость. Рина узнала Джерина Гарула на вершине серого боевого коня с самодовольным выражением на широком лице.
Эратеанец дал знак своим войскам построиться, и они выстроились в строй, с мечами и щитами наготове.
— Похоже, — воскликнул Гарул, и его хриплый голос эхом раздавался по всей крепости, — Акуна — ничто без своего военачальника. Отруби голову змеи, и что останется? Дикари, ничего больше.
В неподвижном утреннем воздухе раздался грубый смех. Гарул поднял кулак над головой.
— За Эратею!
— За Эратею! — солдаты закричали в унисон. Гарул открыл рот, чтобы заговорить, но остановился, когда с горной стороны раздался глубокий, громкий звук.
Звук эхом раздался снова, ритмичный и гулкий.
— Барабаны войны Акун, — прошептал Дартан. Звук потряс Рину до костей.
Джерин Гарул застыл, дико озираясь по сторонам.
— Стой здесь. — Дартан предупредил Рину. Затем, спокойно вышел на балкон.
Когда Дартан появился на солнце, тысяча голов повернулась в его сторону. Рина услышала, как натянулись тетивы.
— В первый раз, — крикнул он, и его глубокий голос заполнил тишину, — я позволил вам и вашим людям уйти невредимыми. Условие было в том, чтобы вы отступили в свою собственную страну. Какую часть этого ты не понял, Джерин?
Рина заметила, что у некоторых из них были арбалеты, направленные на Дартана. Она сопротивлялась желанию вернуть его в тень.
Мясистое лицо Гарула покраснело. Он смотрел на Дартана в полном ужасе. Затем удивление и шок превратились в ярость.
— Эта сучка-Инуи предала меня, Акуна? Я должен был знать. Вы, дикари, все одинаковые. Трусы. — он плюнул на твердую каменную землю.
— Я бы не стал так говорить о ней, будь я на твоем месте Гарул. Только за это ты умрешь.
Рина почувствовала нервный ритм кви Эратеанских солдат. Он мерцал и дрожал, проносился сквозь призму страха.
— Давай попробуй, Акуновская мразь. Десять тысяч солдат уже в пути, маршируют из Адалана, пока я говорю. Если вы сейчас отступите, я подумаю о милосердной смерти. Что касается сучки, ее сестра будет гнить в зараженном болезнями борделе до конца своей короткой жизни.
— За это второе оскорбление, — ответил Дартан, — я дарую тебе мучительную смерть.
Гарул указал на Дартана.
— Пристрелите его!
Когда Эретеанцы приготовили свои арбалеты, Дартан запрыгнул в окно и отвел Рину в сторону, за каменную стену.
— Не беспокойся о своей сестре, — пробормотал он. — Кайтеш ее вытащит.
— Ты очень веришь в этого человека. — Рина моргнула, когда несколько арбалетных болтов просвистели через открытое окно, стуча по твердому каменному полу. Снаружи раздались металлические звуки, когда болты ударились о стену.
— Ты не знаешь Кайтеша. — Дартан вытащил свой багровый длинный меч, лезвие блеснуло красным в утренних лучах. Он выглядел неземным, почти демоническим. Дартан ухмыльнулся, и на мгновение Рина почувствовала, как от него исходит жажда убийства — мощная и ужасающая.
Вдалеке барабаны Акуны продолжали безжалостно звучать.
Рина рискнула встать, чтобы мельком взглянуть в окно. Оттуда она смогла видеть одетых в чёрное Акун, которые перелезали через стены крепости, прыгая с верхушек деревьев, как из воздуха. Эратеанцы отчаянно вытягивали луки. Когда они стреляли, воины Акуны бросились вперед, обнажив лезвия.
 
Из двора раздавались крики, раздававшиеся во время столкновения мечей и страшных криков.
Рина больше не решилась смотреть.
Рядом с ней выражение лица Дартана стало резким. Опять, его глаза приобрели тусклый красный цвет, едва заметный, и человек мог его пропустить. Но Рина начала узнавать признаки растущей жажды крови.
— Оставайся здесь, — приказал он во второй раз, наградив ее глубоким, диким поцелуем. Затем спрыгнул с балкона и пошел в атаку.
  
Глава 17
 
Дартан пересек передний двор, который стал полем битвы. Акуна вышли из укрытия и окружили Эратеанцев. Звуки яростной борьбы эхом отражались в прохладном утреннем воздухе, сопровождаемые криками умирающих. В дальнем конце двора он увидел Джерина Гарула, пытающегося повернуть лошадь и направиться к воротам.
Дартан побежал, мощные ноги двигали его вперед. Он уклонился от стрелы некоего Эратеанского лучника и обезглавил солдата, который бросился к нему, оставив брызги крови на плитах.
Он проткнул одного из нападавших длинным мечом, затем повернул и ударил другого солдата в грудь. Человек упал на землю, и Дартан пробежал мимо, уклоняясь от другого врага, который пытался атаковать его копьем с шипами. Дартан схватил конец копья и сломал его, вонзая острие мужчине в горло.
Пятно яркой артериальной крови окрасило его руку.
Дартан побежал к лошадям. Акуна их спугнули. По мере того, как их коллективное намерение убивать росло, атмосфера становилась гнетущей, и даже лошади почувствовали это. С горы слышались военные барабаны.
Они бились в такт с его сердцем. Они бились в такт сердца каждого Акуны на поле боя.
Его люди были созданы для войны.
Дартан добрался до лошадей, которые столпились у ворот. Когда он добрался до Джерина Гарула, пестрый конь, несущий командира Эратеи, вздрогнул, и Джерин упал на жёсткие флагштоки внизу.
Дартан добрался до мужчины, пока тот пытался встать на ноги.
— Ко мне, — отчаянно кричал он, ища защиты. — Ко мне, люди!
Он с ужасом смотрел на Дартана, неуклюже обнажая меч во время отступления. Но смерть уже смотрела ему в лицо. На Гаруле было выражение лица человека, который играл и проиграл.
И заплатит самую высокую цену.
Дартан почувствовал, что за ним кто-то стоит. Он начал поворачиваться, но не успел атаковать — человек упал, у него из спины торчал нож.
Он взглянул на балкон и увидел, как Рина прячется за стеной.
Гарул смотрел на него с ненавистью в серых глазах.
— Проклинаю тебя, Дьявол Акуна. Когда наши подкрепления достигнут Варанады, ваши несчастные люди будут отправлены обратно в бесплодную пустошь, откуда они пришли. И вы получите медленную и мучительную смерть, полководец. Вы не сможете победить Империю.
Дартан приставил острие своего меча к шее Гарула.
— Я не собираюсь побеждать Империю. Ваши люди сделают это друг с другом. Я лишь возвращаю то, что ты украл, Гарул. Эти земли не принадлежат Эратеи.
— Мы принесли цивилизацию в эти земли. И одним движением ты уничтожишь все это, полководец? — глаза Гарула пылали слепой страстью.
— Если ваша так называемая цивилизация означает жить за счет плоти, пота и крови западных племен, чтобы ваш народ мог процветать, тогда катись в ад, Эратеанец. — он посмотрел в бледные глаза Гарула и почти почувствовал его смерть. Пульс ускорился с ударом военных барабанов.
Когда Гарул почувствовал его желание убить, он застыл.
Кровь Дартана пела, призывая смерть Гарула.
— Я дал тебе шанс отступить, Эратеанец. Но ты решил вернуться, желая большего. Всегда больше. Жадность погубит твою нацию, Джерин Гарул.