Две ночи и тысячи дней (СИ)

- Уверен, что он захочет подвинуться на троне?
- Это мой трон, - напомнил принц.
- Главное, чтобы он об этом не забыл.
Халед бухнул кружкой об стол:
- Убьешь его для меня, если я попрошу?
Джаред на миг замер и отпил из кружки. Он был не настолько пьян, чтобы не понимать, что Халед говорил серьезно, он видел это в его блестящих глазах - эту твердую решимость.
- Если ты предложишь хорошую цену, может быть, - сказал он.
Халед пьяно рассмеялся.
Они оба сделали вид, что это шутка. И оба знали, что говорили серьезно.
***
У шейха было много детей, но большинство из них в раннем возрасте либо умирали от болезней, либо были проданы в рабство и не знали своей настоящей крови. За исключением двух близнецов и самого младшего сына, рожденного от наложницы, которая умерла сразу после того, как младенец появился на свет.
Назир был светлокож, болезнен и хрупок. Может быть, поэтому многие черты отца, неприятные черты, именно в нем обрели еще более отвратительный оттенок. Жадность, сластолюбие и гордыня обуревали его еще ребенком и с возрастом становились лишь сильнее. Когда судьба разделила братьев, подле шейха остался именно Назир и именно ему и благоволил отец. И он ненавидел своих братьев, может быть, понимая, что они сильнее, а может быть, страшась за трон.
Халед и Джаред старались не осуждать Назира. Но убийство отца меняло многое и оба это понимали. Халед шел дорогой воина и полководца. Джаред - тропою главы Ордена убийц. А государство могло достаться человеку, который не любил никого, кроме себя.
И это страшило.
- Мы оба должны вернуться, - после воцарившегося молчания сказал Халед.
- Оба?
- Да. Мы оба нужны.
- Халед, не думаю, что мое присутствие будет хорошим знаком. Народ знает лишь принца Халеда и меня это вполне устраивает.
- Значит, поедешь со мной, скрывая лицо. Мы оба умеем быть невидимыми, когда это нужно.
- Но зачем я тебе? - Джаред вновь потянулся к кружке, ощущая сейчас потребность сделать очень большой глоток эля.
- Отца убили. И у меня только один кандидат на такую подлость.
Брови Джареда взлетели вверх:
- О чем ты, брат?
- А ты подумай. И подумай над моим предложением.
Халед поднялся с подушек и ушел в другую комнату.
Джаред не знал, как к этому относится. Он не мог поверить, что Халед был настроен столь решительно. Халед всерьез задумывался об убийстве брата? А сможет ли он убить Назира, если Халед примет решение? Джаред знал, что сможет. Если Назир будет этого достоин. А если не будет? Тогда он надеялся, что Назир будет достаточно умен, чтобы не мешать Халеду.
Халед тем временем вернулся, покачиваясь, и принес небольшой ларец.
- Что это? - спросил Джаред.
- Цена. Точнее, мое щедрое предложение, - пьяно усмехнулся принц и открыл крышку. Джаред заглянул внутрь и замер. - От всего сердца, брат.
Джаред перевел взгляд на Халеда. Он видел, что принц говорил серьезно.
Корона за убийство? Если Назир достоин, конечно.
- Ты считаешь, что это хорошая идея? - он откинулся на спинку стула.
- Я считаю это достойной платой. Ты поможешь народу и получишь то, что твое по праву.
- А ты уверен, что помогать я буду именно народу?
- К дворцовой гадалке не ходи, - выплюнул Халед. - Ты знаешь, что я прав.
- Знаю, - Джаред протянул руку и закрыл крышку ларца, руку убирать не стал.
***
Подходя к своим покоям, Джаред все еще находился в легкой задумчивости, да и был просто пьян. Но хмурые лица стражей и тишина за дверями насторожили.
Зайдя в покои, Джаред прошел в кабинет и замер: за столом друг против друга сидели Эльта с Дженсеном и молча сосредоточенно что-то писали, а над ними стоял коршуном Кейн, и непонятно еще было кто выглядит мрачнее.
- Что происходит?
- Внеплановое эссе по боевым навыкам ученика по выбранному оружию, - гадко ухмыльнулся Кейн.
Джаред знал, что описать свое оружие и то, почему ты его выбираешь, не так-то просто. Почему ученики занимались этим в его личных покоях, он не стал уточнять.
- За что ты так с ними?
- Раз хотят болтать, пусть высказывают свои мысли на бумаге, а я потом передам эссе преподавателю.
 
Джаред выгнул бровь:
- И что они натворили?
- Они творят, Сейид. Дисциплины никакой, как базарные торговки все время болтают. Учителя злятся, ученики смеются.
- В таком случае, продолжайте.
Джаред совсем не был против, что Кейн учит молодежь уму-разуму. Сам он прошел в спальню, разделся и упал на постель. К нему на грудь тут же прыгнул Мрак и заурчал.
***
Халед уехал утром на рассвете. Джаред в это время только заснул. Когда Кейн забрал эссе и ушел с Эльтой, Дженсен пришел к нему и даже сумел выдернуть из когтистых объятий мягких кошачьих мурчаний, применив свои таланты. Ну, а когда ему это удалось, выяснилось, что и Джаред очень даже “за”. Секс был обычным, без веревок или еще чего-то. Он был лишен своеобразной плавности, которая была присуща Джареду. Вместо этого появилась жесткая резкость, впрочем, она быстро исчезла, но секс все равно был каким-то другим. Уснули они как раз на рассвете.
Проснувшись и отбившись от Дженсена, Джаред умылся, сходил к Хазире за отваром от тяжелой головы, вернулся в башню, поцеловал явно грустного Дженсена, который улыбнулся в ответ, позавтракал и погнал мальчишку на тренировочную площадку. Он гонял его по упражнениям, заставлял бегать, метать ножи, лазать по веревке. А потом начал тренироваться вместе с ним, своим примером постоянно показывая, что и как надо делать. Дни были наполнены этими тренировками.
По вечерам Дженсен читал книги или же подвергался изощренному наказанию за проступки. Как бы Дженсену ни нравилась веревка, он все равно понимал, что Джаред делает это не для его удовольствия, а потому что недоволен, и специально старался не нарываться.
Так продолжалось несколько месяцев, ровно до дня летнего солнцестояния, когда судьба снова привела в крепость принца Халеда.
***
Джареду пришлось прервать тренировку, потому что, по словам Кейна, брат очень настаивал на встрече. Глянув на Дженсена, мужчина кивком велел следовать за собой и надел платок и капюшон, скрывая лицо.
Халед сидел на подушках и потягивал свой неизменный эль, которого приволок, по словам Кейна, не меньше семи бочонков.
- Брат мой! - возвестил принц. - И его мальчик! – Дженсен не скрыл недовольства, скривившись. - Научился показывать характер? - полюбопытствовал принц, наливая эль в две чашки и двигая их на маленьком столике.
- Он всегда был при мне. Просто семь лет я забывал об этом, - спокойно ответил Дженсен, глядя в глаза и беря свою кружку.
Это было правдой. Джаред с течением времени стал замечать, как меняется его юный любовник и вместе с мышцами появляется твердость во взгляде и голосе.
- Вы выяснили, кто его отравил? - спросил Халед.
- Мы не искали, - сказал Джаред. На самом деле, он искал, но след обрывался за стенами крепости, смешиваясь с прочими следами. - Не было необходимости.
- Ну, тогда тебя обрадует весть о том, что я выяснил, кто это был.
Дженсен и Джаред удивленно посмотрели на мужчину.
- Это был Масиир. Один из моих людей, с которым я приехал. Не стоило мне доверять ему, но были нужны люди и я полагал, что он умеет хранить секреты. Но, увы. Он оказался шпионом Назира.
- Назира? - удивился Дженсен.
А Джаред вздохнул:
- Тогда все понятно. Он хотел избавиться от нас с тобой. Либо рассорив…
- Либо выводя из игры хотя бы одного брата, - отсалютовал ему Халед. - Он посчитал, что та старая история с Малайей способна затмить наши разумы.
- Он так посчитал из-за Дженсена, когда выяснил, кто купил его, - кивнул Джаред. Дженсен не совсем понимал, о чем они говорили, потому просто молча пил, наблюдая за происходящим. - Халед. Пришло время?
- Будут новые покушения. Казна пустеет, народ беднеет и становится много недовольных. Границы начинают бунтовать, видя глупость и слабость сына шейха. Джаред, я предложил тогда плату и сейчас жду ответа.