Две ночи и тысячи дней (СИ)

- Это в честь чего? - тяжело дыша, поинтересовался Джаред.
- В честь всего. Ты вернулся. Ты со мной. Защищаешь меня.
- Такие речи пристало произносить женщинам, - с легкой усмешкой сказал Джаред.
- Мне все равно, что кому пристало, - честно и слегка зло ответил Дженсен. - Меня очень давно никто не защищал. Это очень приятное чувство - знать, что ты не один.
- Это очень страшное чувство, - признался Джаред. - Все время бояться, что тебя могут забрать от меня. А они могут. Они это уже продемонстрировали. Я не могу тебя потерять.
- Ты не потеряешь меня, - заверил его Дженсен. - Ты научишь меня двигаться, как Тень, научишь быть таким же осторожным, как ты сам. Никто меня не заберет, - наконец улыбнулся Дженсен, сжимая плечо Сейида.
- Твои желания укрепились?
- Больше, чем когда бы то ни было, - Дженсен кивнул и провел ладонью по шее Джареда. - Спасибо. За все. И… у нас тренировка!
Джаред даже слегка растерялся от такого напора. Он скорее ожидал, что Дженсен набросится на него с приставаниями и флиртом. А тот хмыкнул и отправился одеваться. Но Джаред соврал бы самому себе, если бы сказал, что ему не нравится.
Тренировка оказалась жесткой. Дженсен сам себе не давал отдыха и Джаред уже больше по инерции гонял его по закрытой площадке, подстегивал кнутом и метал в него кинжалы. Один даже оцарапал щеку, но это Дженсена лишь раззадорило.
- Все! Стоп! - рявкнул Джаред.
- Нет!
- Дженсен, это тренировка, а не выживание! Мы тут уже девять часов!
- Еще!
- Завтра. Это приказ.
- Да, Сейид, - вздохнул парень. И упал на подкосившихся ногах.
- Упрям, как мул, - Джаред подошел и помог ему подняться.
- Я не упрям, - обиделся мальчишка, но руку не выдернул.
Пока они медленно брели к башне, даже повздорить успели. Возле входа их встретил раздраженный Кейн.
- Что случилось? - спросил Джаред.
- Твой брат. Он требует твоего присутствия или грозится выйти из башни на улицу.
Джаред недовольно засопел, а потом сказал:
- Помоги Дженсену добраться до покоев. И проследи, чтобы наполнили ванну. - Он посмотрел на Дженсена. - Я скоро вернусь. Мы не закончили с наказанием.
Глаза Дженсена, наполненные усталостью, сверкнули довольством и он лишь кивнул:
- Хорошо, Сейид.
- Уж больно ты послушный, - подозрительно глядя, сообщил Кейн, сопровождая до покоев.
Дженсен ощущал боль во всех мышцах, в особенности пульсацию в руке – там, где заживала рана от ядовитого кинжала. Но боль больше была приятной и Дженсен доверительно прошептал:
- Просто жду наказания.
- Всевидящие боги! Я не хочу знать столько о личной жизни Сейида!
- Ну, о моей-то ты явно знаешь много.
- Не просил, кстати говоря, об этом.
Кейн усадил Дженсена на кушетку, дождался, когда тому наполнят ванную и принес из спальни поднос с лекарствами:
- Смажешь этим рану и перебинтуешь. Я ухожу.
- Скажи Эльте, что я скучаю.
- Ни за что!
- И поцелуй от меня.
Кейн подавил в себе желание треснуть улыбающегося наглеца по затылку, развернулся и ушел.
Дженсен же, проводив веселым взглядом “светлого”, улегся на кушетке и уставился в потолок. Тут же послышались коготки по полу и на него забралась Тень.
- Привет, красотка!
- Мя!
- Хочешь тут полежать? И я хочу…
***
Появление Джареда в покоях Халеда можно было охарактеризовать лишь одним словом - решительное.
- Вот и ты, брат мой! - приветственно махнул в его сторону кружкой принц.
- Халед, у меня нет на это времени, - заявил Джаред.
- Ты несколько дней не навещал меня!
- Я был занят. У меня часто возникают неотложные дела.
- Но сейчас же ты здесь!
- Халед, меня в башне ждет очень сочная задница, над которой я планирую надругаться в слегка извращенной форме. У меня нет на это, - он указал на кружку с элем, - времени. Я приду завтра.
Халед помолчал, хлебнул эля, с грохотом поставил кружку на деревянный стол и сказал:
- Договорились.
Джаред кивнул брату и покинул гостевую башню.
По поводу задницы он не соврал. Все три дня, проведенные вне стен Ордена, он волновался за Дженсена, хотя и знал, что рядом с ним Кейн. Пару раз из-за этого он оказывался в весьма щекотливых ситуациях, но все, слава джиннам, обошлось. А еще он скучал, и это пугало иногда даже его самого, потому что он с трудом мог вспомнить, когда в последний раз скучал по чужому голосу, дыханию или поцелую.
 
За этими размышлениями он добрался до своих покоев и, как только закрылись двери, скинул с себя плащ. Но в комнатах было подозрительно тихо. Ничего не понимая, Джаред прошелся и увидел Дженсена в кабинете на кушетке, спавшего в полном обмундировании в обнимку с котенком. Рядом стоял поднос с лекарствами и бинтами, разумеется, нетронутый.
- Ассасин, чтоб тебя… - покачал головой мужчина. Подойдя, он погладил мальчишку по щеке. - Дженсен, ты даже не помылся, и нужно обработать рану.
Тот вздохнул, открыл глаза и улыбнулся:
- Сейид?
- Тебе нужно помыться и поесть.
- Да, Сейид.
Мальчишка безропотно поднялся, опустил котенка на кушетку и принялся раздеваться, там же где и стоял, глядя при этом как-то затуманено и сонно.
Джаред с легкой настороженностью посмотрел на него, но ничего говорить не стал. Помогать, впрочем, тоже. Пока Дженсен избавлялся от своего доспеха, Джаред избавлялся от своего. И еще минуты две ждал, пока Дженсен справится с последними застежками. После чего помог ему добраться до купальни. Вода была еще достаточно теплой, и Джаред усадил в ванную Дженсена, а сам обошелся ведрами.
Горячая вода - именно то, чего не хватало усталым мышцам, и Дженсен благодарно выдохнул, пропустив сквозь зубы легкий стон.
- Как ты себя чувствуешь? - обернув бедра сухой тканью, Джаред присел на край ванны.
Дженсен приоткрыл глаза и сонно улыбнулся:
- Все болит.
- Это остаточное действие яда. Завтра утром будешь чувствовать себя хорошо.
- Угу…
- Полежи немного. Я жду тебя в кабинете. Поужинаем и обработаем твою рану. А потом тебя ждет наказание.
Дженсен тут же распахнул глаза:
- Наказание?
Джаред прищурился. Мальчишка был, казалось, практически без сил, но при слове “наказание” подозрительно взбодрился, и облизнулся.
- Отдыхай пока. Я жду тебя, - сказал Джаред и вышел из купальни.
После слова “наказание” Дженсен уже не смог расслабиться. Он даже сам себе удивлялся, однако при этом не слишком приятном слове воображение рисовало ему разные картинки - одна другой приятнее. Мысли о том, что Джаред может его просто выпороть, к примеру, он отбросил сразу - не верил он в них, зачем бы тогда Джареду отправлять его нежиться в горячей воде? Мог бы просто отправить к экзекуторам. Оставалась лишь постель. И пусть оба они были опытными в любовных утехах. Еще неизвестно, кто из них был опытнее. Скорее всего, все же он, Дженсен. Но раньше он делал то, что делал, по приказу, а не по желанию, и теперь, когда все, что происходило, происходило именно по желанию, заставляло чувствовать себя, словно он ничего не знал и не умел. Дженсен не знал, что именно это странное сочетание умения и невинности нравились в нем Джареду больше всего.
Когда Дженсен вышел в кабинет, замотавшись в ткань, которая не слишком скрывала его предвкушение предстоящего, Джаред сидел за столом и рассеянно жевал, читая доклады “светлых” и проповедников, привезенные гонцами. У его ног стояло пустое блюдце - сытое кошачье семейство оккупировало кушетку, где уже сонно вылизывалось. Джаред, не отрываясь от чтения, указал на стул с другой стороны стола:
- Садишь и ешь.
- Да, Сейид, - тихо и послушно отозвался Дженсен. Усевшись напротив, он положил себе в тарелку тушеный рис с мясом, взял свежих овощей и принялся все это усердно уплетать, только сейчас осознав, насколько голоден. Тарелка опустела быстро, но добавку он брать не стал. Задумчиво посмотрев на кувшин с вином, отказался и от этой мысли, налив стакан воды. - У тебя еще много дел? - наконец, не выдержал спустя минут пятнадцать и два стакана воды Дженсен.