Истоки чистой магии
– Рад приветствовать Вас, Наставник! И Вас, старший специалист, госпожа Ван Герде! Для нас большая честь быть с Вами в одной команде! Патрисия!
Последний возглас был адресован грустной девочке, но та лишь фыркнула и нехотя подошла ближе, не выказывая каких-либо признаков почтения. Парень же неуклюже встал на одно колено и попытался поцеловать руку ван Герде, на что та тут же сделала шаг назад, не позволив этого сделать.
– Говори за себя, дурак! – воскликнула позади него Патрисия. – Какая же это радость – быть в одном отряде с одиночкой? Того и гляди: зарежет тебя ночью или на поле боя затопчет, чтобы не мешал.
– Да ладно тебе, плакса! Прости ей всю эту тоску, – подмигнул Ассине юноша. – Меня зовут Калеб Мэрроуз, а эта мелкая заноза – Патрисия Альгоу. Мы из клана эмоксионов, так что не обращай внимания на эти эмоции. Мы и правда очень рады быть с тобой.
Ассина ван Герде поняла это сразу же, как вошла. Калеб хоть и улыбался, но глаза его смотрели с холодной расчетливостью, а плаксивая Патрисия высокомерно взирала на неё свысока, словно принцесса. Лицо может выражать любые эмоции, но глаза никогда не обманут. Уметь различить фальшь во взгляде – обязательное требование к любому ученику, заканчивающему третий специальный курс. Про клан эмоксионов Ассина знала лишь в теории – это особая группа в гильдии убийц, куда входят те маги, которые вместе с получением способности вынуждены уживаться и с болезнью. Дар Древних что-то изменял в химической составляющей организма некоторых людей, что выражалось в невозможность выразить н одной эмоции, кроме той, какую ребенок выражает чаще всего в очень раннем детстве. Уже к пяти годам лицо полностью замирает в грусти, радости, скуке или гневе, что приводит к конкретным осложнениям в дальнейшей коммуникации с обществом. Таких детей не учат в обычных школах, а порой, даже не воспитывают в нормальных семьях. И никакая гильдия, кроме убийц, их к себе не берёт. Либо таких младенцев нерадивые родители анонимно подбрасывают к дверям детского дома гильдии, либо по достижении семи лет отдают официально на обучение, отказавшись от родительских прав и получив денежную компенсацию. Представителей клана эмоксионов, однако, не так много. И неизвестно почему эта болезнь вообще поражает людей, и от чего это зависит.
Ассина внимательно посмотрела на Калеба и Патрисию. В первый раз за все время она уловила где-то в глубине души зарождающееся чувство по отношению хоть к кому-то, кроме родителей. Это была жалость.
***
В это время на другом конце столицы Королевства Западного Берега у местного клуба чтения остановилась роскошная длинная розовая машина, из которой вышла эпатажно разодетая женщина. Обтягивающее платье кремового цвета отлично подчеркивало её фигуру, туфли из Весненского хрусталя отлично смотрелись на утонченных ножках, серьги и браслеты свидетельствовали о знатном роде, а шляпка бирюзового цвета с темной вуалью придавала таинственности. Швейцары клуба почтительно расступились перед ней, а интеллигентного вида мужчина на ресепшене вскочил с пластикового чёрного стула, почтительно поклонился и, не поднимая головы, поприветствовал почтенную госпожу.
– Леди Эмия, мы рады Вас приветствовать. Позвольте поинтересоваться, что привело Вас в наше скромное сообщество? Возможно, я смогу скромно подсказать, чем потешить Ваш читательский интерес? Любовные романы про жаркие тайные встречи? Детективы с остроумными, неожиданными финалами? Фантастические стихотворения про неземные цивилизации? А может, желаете прочитать хит этого сезона – юморески мастера сарказма и иронии Гога ван Кока?
Госпожа посмотрела на него с нескрываемым презрением, подумав о степени раздражения, которое приносит ей этот щуплый некрасивый большеносый мужчина, заискивающий перед ней, словно ничтожный ужик перед львицей.
– Увы, но я здесь за интересами другого рода, – вполголоса перебила она, однако этого хватило, чтобы местные обитатели клуба, сидевшие на мягких деревянных стульях, внимательно прислушались к беседе. – Более жестокие.
При этих словах менеджер клуба, казалось, немного побледнел. Он неохотно и медленно встал и вышел из-за стола, подошел вплотную к леди Эмии и, как можно громче, произнес:
– Видите ли, слухами земля полнится, но уверяю Вас, что ничем подобным наш Клуб Изысканных Чтений не занимается. Однако, возможно, вы имели в виду нашу особую уединенную частную комнату, где подают к ознакомлению древние и редкие книги. Учитывая Ваш общественный статус, прошу за мной.
Мужчина поманил Эмию за собой в другой конец зала, где немного трясущимися руками открыл большую дубовую дверь с лакированной металлической ручкой особым резным длинным ключом. Спустившись в подвал, а затем, проведя госпожу через длинный, освещенный тусклым желтым светом коридор, менеджер клуба остановился и аккуратно вытер выступившие на лбу крупные капли пота.
– Кого вы предпочитаете для ознакомления: мужчину, женщину? Может, подойдут животные или же что-то…мм…экзотическое ? Недавно пришла партия рабов – ундин, морские мутанты весьма изобретательны, знаете ли…
– Прошу простить, но я здесь не за этим. Хотя, один мужчина меня и правда интересует.
Менеджер побледнел еще больше и судорожно сглотнул. Леди Эмия весело рассмеялась, прикрыв лицо кружевным веером.
– Не бойтесь, любезный Падий, Вас ведь так зовут? Я пришла не за Вами. Но вот третий советник короля Западного Берега, Луций Мард, весьма любопытен моей персоне.
Падий, который до этого смотрел в пол, позволил себе поднять глаза, мысленно проклиная себя за любопытство. Слухи не лгали. Леди Эмия действительно была божественно красива, но её взгляд будто пронизывал ледяными иглами.
– Я прошу прощения, госпожа. Но… у нас все конфиденциально. Если гильдия торговцев узнает, то я…
– Не нужно страшиться, дорогой Падий, – ласково промолвила Эмия, проведя рукой в лайковой белой перчатке по его щеке, осыпая её едва заметными фиолетовыми искрами. – Я не думаю, что любезный Луций останется недовольным после нашей беседы.
Глаза Падия приобрели лёгкий фиолетовый оттенок, а сам он расплылся в дурацкой улыбке. Неуклюже споткнувшись на ровном месте, подошел к правой стене и нажал на незаметную панель, умело замаскированную под один из серых кирпичей. Тут же стена на другой стороне ушла внутрь, образуя подобие ворот, а царившую до этого тишину вдруг прорезали доносившиеся отовсюду сладострастные стоны вперемешку с криками настоящей боли. Леди Эмия с нескрываемой неприязнью смотрела на открывшуюся перед ней картину: в чёрно-красном зале с мягкими стенами повсюду мужчины, женщины, животные и диковинные существа сплетались в замысловатых позах, устраивая настоящие оргии. Вместе с этим тут и там, на мраморном черном полу, валялись использованные презервативы, упаковки из-под разного рода «весёлых» запрещённых веществ и пустые бутылки из-под алкоголя всевозможных видов.
– Нужный Вам господин в особых будуарах, госпожа, – учтиво пояснил присмиревший Падий. – Прошу за мной, и будьте осторожны, ступая по полу. Здесь не очень чисто, как видите.
Эмия прошла через значительное скопление сношавшихся тел в небольшой закуток в дальнем конце зала, проследовала за Падием через узкий коридор до единственной двери с решётками в верхней и нижней части. Падий повернулся к Эмии и выставил вперёд руку, не пропуская её дальше.
– Прошу простить мою дерзость, госпожа, но правила гласят, что никто не имеет права входить в особые будуары. Потому прошу подождать, я сейчас же позову любезного господина Марда.
Эмия кивнула и немного отошла назад. Падий тут же извлек костяной ключ, приоткрыл дверь и со всей возможной скоростью и проворством заскочил внутрь, тут же закрывшись изнутри. Однако даже этого мгновения хватило, чтобы Эмия уловила очень знакомый ей запах гниения плоти. Не прошло и минуты, прежде чем дверь вновь открылась, и к ней вышел Луций Мард, третий советник короля, собственной персоной. Падий поспешил тут же закрыть дверь. Но момент был упущен из-за неспешности Луция. Эмия смогла краем глаза увидеть «разобранное» женское тело, целой из которого была только верхняя часть. Однако она всеми силами постаралась не подавать по этому поводу никакого вида.