Ленивая ведьма (ЛП)

— Почему у меня в гостиной сидят два связанных человека?
  
Эпилог
 
Он стоял снаружи, держа руки в карманах и поджимаяя губы в мрачную линию. Паб был ярко освещён и полон народу. Каждый раз, когда дверь открывалась, чтобы впустить новых посетителей, раздавались звуки ужасающей музыки. Он полуобернулся, собираясь уйти. Всё это — бессмысленная затея. Разумнее всего было прямо сейчас уйти домой. Нужно писать отчёты, и он знал, что совсем скоро получит новое трудоёмкое задание, которое будет занимать все его дни и ночи. Кроме того, она не хотела видеть его там.
Дверь снова открылась, и наружу вывалилась компашка друзей, направившаяся к нему с хихиканьем и спотыканием. Внутри музыка стихла, сменившись трескучим голосом.
— Наша следующая жертва — несравненная Иви Уайлд, которая… — дверь захлопнулась, заглушив слова.
Винтер вздохнул. И ноги сами понесли его в паб мимо счастливой компашки.
Друг Иви (если он правда приходился ей другом) подталкивал её к небольшой сцене. Она смеялась, её светлые кудряшки подпрыгивали и мерцали на свету, но даже с такого расстояния Винтер видел нежелание в её глазах. Она повернулась в его сторону, вздёрнув подбородок, и Винтер резко свернул в сторону бара и поймал взгляд бармена.
К тому времени, как у него в руках оказался виски, Иви была уже на втором куплете. На её щеках играл румянец, а пальцы, цеплявшиеся за микрофон, дрожали. Она не была плохой певицей, но из-за отсутствия энтузиазма на неё было больно смотреть. Он бы хотел, чтобы она не раскачивала так бёдрами. Эти движения только подчёркивали её изгибы, и несмотря на качество виски, во рту у него неприятно пересохло.
Вопреки её нежеланию толпа, казалось, оценила её усилия. Они громко кричали и одобрительно хлопали. Чем больше они кричали, тем более уверенно Иви пела и двигалась. Наконец, она вернула микрофон обратно на стойку и сменила чувственные покачивания бёдрами на более энергичные движения. Чего никто не заметил, так это того, что она всё ближе и ближе подходила к краю сцены. Падать было невысоко — меньше метра — но она явно выпила один-два бокала и могла пораниться при падении. Так Винтер убеждал себя, прокладывая себе путь через толпу поближе к ней.
— Ой! — толстяк, держащий в руках кружку с остатками пива, уставился на него. Винтер пробежался по нему взглядом, и этого было достаточно, чтобы тот немедленно умолк. Винтер удовлетворённо кивнул.
Он как раз добрался до сцены, когда Иви начала кружиться с пугающей скоростью, словно пытаясь сделать пируэт. Её искрящий взгляд остановился на нём, и глаза распахнулись. К несчастью, её удивление стало её погибелью: ноги её продолжали двигаться, но тело не следовало за ними и, словно в замедленной съёмке, она начала заваливаться вперёд. Винтер не медлил. Он подобрался, протянул руки и поймал её.
— Ооооох! — она обвила руками его шею и просияла. Она пахла мёдом, солнечным светом и самую малость древней магией. Он глубоко вдохнул.
— Мой герой, — пробормотала она.
Винтер уставился на неё сверху вниз с непроницаемым выражением.
— Пытаешься покалечиться? — спросил он.
Её улыбка стала шире.
— Знаю. Вот почему я ненавижу караоке. Оно слишком энергичное.
— Иви! Ты в порядке? — появился её темноволосый друг с обеспокоенным выражением лица.
Иви отстранилась от Винтера.
— Помимо ужаса от этой песни, Икбол, я в порядке, — она протянула руку и потрепала Винтера по груди. — Мой напарник спас меня.
Винтер стиснул зубы:
— Мы больше не напарники.
Тень пробежала по её лицу, затем она снова просияла.
— Считай, что тебе повезло, — ухмыльнулась она. — Со мной слишком много работы.
На кончике его языка вертелся ответ, что она уже знает, как он любит тяжёлую работу, но на них кто-то надвигался, подсунув им рюмки с шотами.
— Текила! — причмокнула губами Иви. — Мне не стоит, — тем не менее она взяла одну и выпила.
Икбол схватил другую рюмку и протянул её Винтеру.
— Адептус Экземпус, думаю, вы заслужили это тем, как поймали Иви.
 
При любых других обстоятельствах Винтер бы отказался, но он знал, что именно этого от него и ожидает Икбол, поэтому взял шот и опрокинул его содержимое в себя, слегка поморщившись, когда огненная жидкость обожгла горло.
— Молодец! — хлопнул его по плечу Икбол. — Давайте ещё по одной, —
он направился к бару.
— Пойдём, — Иви дёрнула его за локоть. — У нас столик в углу.
Винтер позволил провести себя через толпу. Со счастливым вздохом Иви плюхнулась в одно из кресел. После недолгого размышления Винтер присоединился к ней.
— Кто твой друг? — спросил он более жёстким тоном, чем намеревался. — Ты так не представила нас друг другу ранее, когда он дал тебе корень оссомба.
— А? — какое-то мгновение она выглядела озадаченной, а потом поняла, о ком он. — Ах, ты про Икбол. Мы давно знакомы, — она взмахнула руками. — Он хороший парень. Только слишком любит караоке, — её взгляд остановился на Винтере. — Что новенького в Ордене?
— Тебе правда интересно?
— Винтер, я жизнью рисковала, — она скривила губы. — Думаю, я заслужила знать.
— Раф, — услышал он свой собственный голос. — Зови меня Раф.
Губы Иви изогнусь в мягкой улыбке, но прежде чем она успела что-то сказать, появился Икбол с подносом шотов. Он поставил их на стол.
— Не знал, что именно вам нравится.
Иви расплылась в одобрительной улыбке и наугад выбрала шот. Винтер наблюдал за тем, как она осторожно понюхала жидкость, а потом пожала плечами.
— До дна.
Винтер, не глядя, взял одну из рюмок. Он не сводил глаз с Иви, чокаясь с ней, прежде чем выпить.
Икбол прочистил горло.
— Итак, Адептус, — произнёс он. — Что происходит в Ордене сейчас, когда правда стала известна?
— Я только что об этом спросила! — поддакнула Иви. — Расскажи нам!
Винтер пожал плечами. Новости будут в утренних газетах, так что нет смысла хранить молчание.
— Ипсиссимус запустил немедленный пересмотр всех случаев повышения. Все, кто получили должность выше Первого Уровня, будут тщательно проверены. На это уйдут месяцы, но оно того стоит.
— А как насчёт Мудака и Элис? — спросила Иви. Ей на лоб упала кудряшка, и у Винтера чесались руки её поправить. Вместо этого он убрал руки под стол.
— Кого?
— Эмм, Бэллхем. Мэттью Бэллхем и Элис Фэйрклоф. Что случилось с ними?
— Их отпустили, но у них испытательный срок.
Иви нахмурилась.
— Они действовали по приказу.
Она неодобрительно хмыкнула.
— Это не оправдание.
В глубине души Винтер был с ней согласен.
Иви неуклюже поднялась на ноги. На автомате Винтер тоже встал, но она лишь бросила на него недоумённый взгляд.
— Я собираюсь в дамскую комнату, — объявила она. — Мне нужно пописать. Ты тоже идёшь?
— Я пытался быть джентельменом, — пробормотал он. Она его не слышала и уже пробиралась сквозь толпу.
Винтер сел и, не раздумывая, взял ещё одну рюмку. Икбол улыбнулся:
— За Орден!
— За Орден.
Винтер осушил шот одним глотком. Он посмотрел назад — ни следа Иви.
Икбол наклонился к ему через стол.
— Каковы твои намерения?
— Прошу прощения? — моргнул Винтер.
— Насчёт Иви, — сказал Икбол, и взгляд его тёмных глаз внезапно стал пронизывающим. — Знаешь, ты ей очень нравишься, но она ранимее, чем кажется.
Кожа Винтера начала зудеть.
— Она мне тоже нравится. Она необыкновенно талантливая ведьма. Ужасно жаль, что она не в Ордене.
— Я не это имел в виду, — Икбол наблюдал за ним.
Винтер посмотрел на него в ответ. Иви так и не ответила на его вопрос ранее.
— Вы с ней… — начал он.
— Нет. Но она хороший друг. — Икбол обернулся, потому что кто-то позвал его по имени из другого конца зала. — Мне нужно идти. Рад был снова вас видеть, Адептус Экземптус Винтер. Не обижайте Иви, — он как раз уходил, когда вернулась женщина, о которой шла речь. Винтер видел, как Икбол наклонился к её уху и что-то прошептал. Щёки Иви окрасились в очаровательно розовый цвет, и Винтер насупился.