Пять принцев для попаданки (СИ)

Мне он был не интересен, но меня заворожила девушка. Внешность была обычная, ну может ее можно было назвать милой. Но вот волосы, а вернее их цвет, они были платиново — стального цвета, точь-в-точь как цвет моих волос и приобретенной мною шерсти.
Я пошёл в сторону девушки, совсем забыв, что я сейчас в облике кота. Я даже рассмотреть себя ещё не успел. Было не до того. От неумения пользоваться новым телом и болезненных ощущений в голове, меня покачивало.
Приблизился к девушке, она до этой минуты не обращала на меня внимание. Наконец заприметила меня и присела, разглядывая. Ее глаза были необычного изумрудного цвета, они будто светились.
И тут я почувствовал тепло и доброту исходящие от неё.
Она протянула ко мне руку, видимо хотела прикоснуться ко мне. В это время мужчина, стоящий в дверях что-то громко и грубо сказал девушке, она подняла на него свои изумрудные глаза, но ничего ему не ответила. Затем мужчина быстро начал приближаться к нам, по-прежнему говоря какие-то громкие и судя по интонации грубые слова, разобрать которые я пока не мог. Но вот почувствовать от него волны раздражения и злости я мог. Мужчина излучал негатив и подойдя ко мне пнули меня в бок.
Болезненно так пнул. От удара я отлетел к ногам девушки. Она запротестовала и вытянула руки, пытаясь загородить меня собой, от мужчины. Что-то ему говорила, но я понял, что снова теряю сознание. В глазах темнело, из последних сил, я постарался прижаться к ногам девушки, с такими красивыми глазами и необычным цветом волос. И мое сознание покинуло меня.
3. Маря
Звук будильника.
Боже, какой мерзкий и пронзительный.
Как же не хочется просыпаться. Вот сейчас, пять минуточек и все, и я смогу встать.
Черт, черт, черт!!!
Проспала! Работа, как же я ее ненавижу, надо быть через полчаса, а мне ехать до нее только двадцать минут. Вы когда-нибудь одевались, чистили зубы и пытались соорудить бутерброд одновременно. Натянула джинсы и футболку, благо рабочие вещи приготовила заранее и они висели на вешалке.
Работаю я официанткой, в довольно посредственном кафе. Живу одна в убогой квартире, выданной мне как сироте, и зовут меня Марианна.
Марианна Козлова. Козлом или скорее козой была сотрудница дома малютки, куда меня подбросили, которая придумала мне такое замысловатое имя с фамилией. Видимо любительница бразильских сериалов, спасибо конечно, что не Изаурой назвали и не Зитой с Гитой, но все равно имя могло быть и попроще. Кто ж просил так память напрягать.
За фамилию отдельное спасибо, видимо Ивановы, Петровы и Сидоровы на мне закончились. Не знаю, что я кому успела сделать и где согрешить, но получила такие вот звучные имя и фамилию. Эти звучные ФИО сделали меня объектом издевательств, таких же как и я сирот.
Хотя нет. Почему таких же? Другие хоть имели нормальные имена, и даты рождения, а я как дитя войны, только предположительную дату, установленную после осмотра врача. Врач же и сообщил, сотрудникам дома малютки, что отроду мне пару недель, что я истощена, да и все наверно. Записки или хоть какой-то информации в моих скромных пожитках не было. Даже никакого кружевного платочка с инициалами, или особенной погремушки. Чтобы потом через много-много лет меня смогли найти мои родственники. Прям как в бразильских сериалах и по этому опознавательному признаку определить, что я их давно украденная или потерянная, это уж как угодно, дочь-наследница миллионерша.
В подростковом возрасте я очень много думала о родителях, о матери. Что могло случится в ее жизни такого, что она выкинула меня в корзинке, как котёнка. А потом перестала думать о ней, переболело. Были другие, насущные проблемы, но одно я поняла.
Поняла, что если у меня когда-нибудь будут дети, то ни при каких жизненных обстоятельствах, что бы ни случилось, но ТАК я не поступлю.
Что- то я отвлеклась. Итак, я Марианна Козлова, мне 21 год. Выгляжу на 16, худая, серая, ни чем не примечательная. Даже цвет волос непонятного пепельно-серого цвета. Как говорит моя единственная подруга Катя, цвета стали. Единственное, что мне в себе нравится, это глаза, вот здесь я прям могла собой любоваться, изумрудного, глубокого, яркого цвета.
 
Опаздываю на работу, на самую малость, но получаю нагоняй от начальства и угрозу штрафа. Слава богу, пока угрозу, а не реальный штраф, так как деньги позарез нужны, кушать то хочется. Содержу сама себя. После детского дома, поступила в колледж, который окончила с отличием, на повара. По профессии никуда работать не смогла пойти, так как опыта не было, связей и протекции тоже. Устроилась официанткой, вроде как временно, но мы же знаем, что нет ничего более постоянного, чем временное.
С личной жизнью тоже не ладится. Парни вокруг меня крутятся, и во время учебы даже ухаживал один, но я каким- то интуитивным чутьем понимала, что это все не спроста. Парень из приличной семьи и вдруг за мной (голодранкой) ухаживает, цветочки дарит, в кафе приглашает. А потом я стала нечаянной свидетельницей разговора, из которого стало понятно, что я объект самого обычного спора. Сами понимаете, пресекла все ухаживания на корню.
Скандал из этого устраивать не стала, порадовалась, что доверилась своей интуиции и не поверила проходимцу. После этого случая стала больше прислушиваться к себе и своему шестому чувству. Не знаю как свою интуицию назвать, а подружка Катя называет «попачуйка», так как она меня никогда не подводила.
Забежав и быстро переодевшись в форму, я ринулась в зал. Сейчас буду принимать заказы, слушать скабрезные шуточки от посетителей, а иногда мерзкие предложения. Фуууууу, и как им самим от этого не мерзко.
Рабочий день шёл к своему логическому завершению. Хотела собираться домой, но повар, я б даже сказала поварище, так как был он толстый и мерзкий, сообщил, что сегодня, я дежурю и убираю кухню. Чтобы не платить уборщице, мы (официантки) по очереди убирали в кафе, выносили мусор и были вроде дежурных до самого закрытия. Ждали когда повар, он же администратор в одном лице закрывал кафе.
Признаться, я терпеть не могла дежурить. Нет, не из-за уборки, а из-за мерзкого повара по имени Николай Павлович, который мнил себя великим шефом. Этот мерзкий тип пытался приударить почти за всеми молодыми официантками, а нас было не так уж и много.
Эти сальные взгляды, якобы нечаянные касания и прижимание, вызывали у меня рвотный позыв. Хотела не раз возмутиться, но работу терять, для меня непозволительная роскошь. Поэтому терпела и держалась подальше от недошефа Николая Павловича.
Собрав мусор потащилась с пакетом на перевес к чёрному выходу, там в грязном проулке стояли мусорные контейнеры, а иногда и ночевали бомжи. Недошеф поплёлся за мной, рассказывая какие-то шуточки, на которые я старалась не реагировать, вежливо кивая.
Николай Петрович стоял в дверях и не думал мне помогать тащить пакет, который весил наверно столько же, сколько и я. Справившись с мусором, я пошла в сторону двери, когда чуть не споткнулась о котенка.
— Миленький, откуда ты здесь? Ты наверно голодный??? — я склонилась к котёнку и хотела его погладить.
Он был очень интересно окраса, цвет его шерсти, напоминал цвет моих волос, такого же серо- стального отлива. Котенок поднял ко мне свою мордочку, взгляд был чумной и шёл он ко мне какой-то, будто «пьяной» походкой.
Недошеф крикнул мне оставить в покое блохастого, но котёнок не был похож на дворового кота. Хотя, он и на кота то был вроде похож, а вроде и нет. На ушках кисточки, а глазки будто и не кошачьи, будто два драгоценных камешка. Присев на корточки, хотела снова погладить странного котика, но вдруг мужчина попытался его ударить, пнуть ногой.
— Вы что делаете?? — моему возмущению не было предела. — Это же котёнок, что он вам сделал? — пыталась защитить животинку.
— Гони этого блохастого, я сказал, и будем закрывать кафе- буркнул недошеф и зашёл в помещение.
В этот момент лапки моей (да, я в тот самый момент поняла, что уже моей) животинки подогнулись и он грохнулся к моим ногам.