Замок Луны (СИ)

Мои умения в фехтовании он, похоже, за угрозу своему здоровью не принимал от слова «совсем». Справедливо, в общем-то.
Я осторожно приблизилась к мастеру, не доходя двух шагов. Меч я просто подняла двумя руками над головой — известная мне атакующая боевая стойка. Хитрить в этой атаке было глупо — против меня был на порядки лучший боец. Маневрировать — и ждать от мастера ошибки — тоже было бесполезно. Поэтому, я, вдохнув, сделала то, что и планировала: сократила дистанцию, сделав шаг и еще подшаг, резко нанесла секущий удар сверху вниз, целясь в правое плечо противника и тут же, на автомате, исполнила полшага назад, закрылась рукоятью меча от потенциального удара справа и выполнила еще шаг назад, разрывая дистанцию.
Получилось, конечно же, вкривь и вкось. Мой удар отклонило влево, движение мастера, уводящее его в сторону с линии атаки, я даже не заметила, не смотря на всю мою эльфийскую ловкость и скорость реакции. Защита немного запоздала, и последний шаг назад я делала под оглушительный звон в правом ухе, куда прилетел кончик палки Мастера.
— Плохо, — констатировал он. — Слишком медленно, и дело не в вашей великолепной ловкости. Идея атаки была достаточно хороша, исполнение тоже приемлемо, но вам не хватило силы работать этим великолепным мечом с нужной скоростью и именно поэтому вы не успели нанести мне удар, а затем не успели уйти в защиту. Здесь все понятно, теперь посмотрим, как вы работаете в обороне. Еще один раунд — теперь атакую я, вы только обороняетесь.
Мастер поднял свою палку над головой — примерно так же, как я минутой раньше держала свой меч. Я, стараясь не обращать внимания на опухающее ухо (игровая реальность сделала его намного чувствительнее человеческого — болело адски!) выставила меч перед собою, взяв его двуручной хваткой. Всех моих дилетантских знаний о боевом фехтовании хватило понять, что сейчас произойдет: будет атака без остановки, удар за ударом! И потому, когда мастер только начал наносить первый удар резко шагнула вперед, и рухнула в перекат под свистящую палку, уходя в сторону прямо под ней с риском не успеть. Тут же встала на ноги после переката, призвав на помощь инерцию, и краем сознания отметила неожиданную легкость, с которой был проделан весь маневр. Не будь ее, я не сохранила бы ориентацию в пространстве и контроль окружения, не блокировала бы своим клинком второй удар Мастера, наносимый обратным движением по ногам — на весь маневр ушло не более секунды, и удар мастера хоть немного, но опоздал. Отложив свое удивление на отдельную полочку — не до того — я прыгнула вперед, разрывая дистанцию — от стойки спиной к противнику ничего хорошего ждать не стоило. Приземлилась на ноги, еще в полете развернувшись лицом к противнику. В этой же стойке я начинала раунд: жестко чувствуя землю под ногами, и держа свое оружие в двух руках перед собою, готовая к обороне. Но Мастер уже прекратил свою атаку.
— Никогда не блокируйте удар противника кончиком вашего меча, он слишком тонкий для этого. Может и сломаться, — наставительно произнес он. — Я вижу, что своим телом вы владеете филигранно, а контроль пространства и скорость реакции вполне отвечает вашей расе. И даже, пожалуй, в чем-то превосходит. Но это не показывает, насколько хорошо вы владеете мечом. Повторим спарринг. Теперь вы постарайтесь не сходить с места, а я не буду наносить ударов ниже пояса, чтобы не провоцировать вас на различные кульбиты.
Этот раунд оказался не длиннее предыдущего. Первый удар я еще смогла отклонить, от второго увернулась, но третий оказался уколом точно в область сердца, и ни увернуться, ни парировать его не было никакой возможности — я опять опоздала. Критический удар в таком случае гарантирован, и скорее всего результатом стало бы мое перерождение.
— Опять мало силы в руках, — констатировал он, опершись на свою палку, как на трость. — Я ничего не смогу сделать, пока ее не станет хотя бы в полтора, а лучше в два раза больше. Из-за недостатка силы меч вам скорее мешает, чем помогает, но без него весь этот танец на двоих вообще не имеет смысла, а замена на более легкие варианты оружия даже не рассматривается в силу вашего статуса. Ваша оборона хороша, но лишь потому, что вы больше работаете телом, а не оружием. Рекомендую на этом и сосредоточиться, не проявлять атакующую инициативу. Вы скорее уклонитесь от атаки, и поймаете атакующего на ошибке, чем сможете успешно проломить его оборону своим нападением. Только не злоупотребляйте прыжками и перекатами — не смотря на всю показанную быстроту они вас замедляют и порой слишком сильно. Главное — тренируйте силу, это самая серьезная ваша проблема.
 
— Что же, благодарю за науку, Мастер. Буду тренироваться отдельно. Но скажите заранее, какую плату от меня в собираетесь получить за свои уроки?
— Ничего затрагивающего вашу честь, как я и говорил. Моему сыну надо набираться практики в управлении замком и его подразделениями, я и хотел вас попросить предоставить ему таковой опыт. Возьмите его в свой дворец на какую-нибудь должность. При опытном заместителе он не создаст каких-либо проблем. В любом случае, это откладывается до тех пор, пока вы не разовьете свою силу, и не получите мои уроки фехтования на полуторном мече — я не работаю по предоплате.
Однако, это может быть проблемой. Но в будущем. Куда больше сейчас меня заняла та легкость, которая позволила мне увернутся от первых атак Мастера. Нечто подобное я уже чувствовала в боях и раньше, но как-то не обращала внимания. Да и не требовалось мне пока еще настолько напрягаться в поединках. Ведь развить свою силу достаточно для атакующей тактики в поединках — дело не быстрое. Тогда как увороты — это тот конек, на котором я и хотела строить свою игру. Так что же это за бонус, который я уже имею, и могу им активно пользоваться? Надо разобраться, но не с Мастером — есть у кого уточнить не менее профессионального, но более откровенного. Так что я вежливо улыбнувшись, кивнула мастеру, подтверждая свое предварительное согласие на его условия.
Напоследок, я задала вопрос, занимавший меня еще со вчерашнего дня, когда я наблюдала тренировку Каэлитары.
— Интересно, мастер, почему вы назвали Каэлитару серебряной дочерью Ясеня? Несомненно, она превосходная лучница, но подобный комплимент в адрес эльфийки из рода Дуба звучит немного странно.
— О, она вырастет великой лучницей, и род Ясеня счел бы честью принять ее в свои ряды. Однако, не величайшей. Ей не хватает данных ни природных, ни душевных, — ответил Нэбутей. — Возможно, моя аналогия и была неудачной, но сравнивать ее с величайшими лучниками крови звезднорожденных все равно, что серебро сравнивать с золотом. Однако, отмечу, что мне еще не доводилось обучать настолько способных к искусству стрельбы из лука учеников.
— Отец, стоит ли тогда тратить время на столь тщательные тренировки того, кто не станет достойным величайших воинов? — спросил подошедший к нам Майротуо. Этот парень тренировался неподалеку, отрабатывая атакующие удары мечом. Результаты он показывал отличные — было заметно, что движения у него запомнены на уровне мышечной памяти. Но при этом ничуть не меньше было заметно некоторое пренебрежение, с которым он их делал: словно уверен в том, что все это у него и так получается лучше всех. Насколько я уже знала, в обращении с мечом он был не слабее Баэльквейта и лишь немногим уступал Чесслайдрил. А вот в обращении с луком и стрелами был заметно хуже всех моих эльфов, включая и темных, что полуэльфа откровенно злило. И сильнее всего его задевало мастерство Каэлитары. Я не раз ловила его взгляд на себе и других: подобострастный в случае меня, какой-то детский, уважительный в случае своего отца и высокомерный, полный превосходства, в любом другом. Даже собственную мать, которая только тем и занималась, что хлопотала по хозяйству, он воспринимал лишь как прислугу, пусть и очень уважаемую. Крития же воспринимала это, как само собой разумеющееся. Мне это совсем не понравилось, и мысль воздействовать на Мастера через брак его сына несколько потеряла в весе. Тот, кто так смотрит на собственную мать, на жену будет смотреть еще хуже. В матриархальном эльфийском обществе это неприемлемо. Оставалось только надеяться, что я не права, и не все видела.