Последыш. Книги I и II (СИ)

Сидели втроем в маленькой уютной гостиной второго этажа, пили зеленый цинский чай, закрепляя праздник послевкусия французским коньяком.
— Вона как! — усмехнулся в ответ Бармин и сделал глоток чая. — Любопытство заело или случилось что?
— Пока не случилось, но может случиться, — туманно намекнула Варвара, играя зажатой в пальцах так и не раскуренной пока длинной сигаретой.
— Нестор связывался? — сообразил Ингвар. — Выяснял обстановку или просто поболтать?
— Не без этого, — признала молчавшая до сих пор Елена. — Он звонил сюда днем. Интересовался нашими делами, настроением, тобой. Но дело не только в этом. Любопытство, сам знаешь, не порок. Мы с Варей женщины все-таки. Нам совать нос куда не надо, биологией прописано.
— Золотые слова! — улыбнулся ей Бармин. — Вот и не надо! Не суйте! А пока вопрос. Чего хотел Нестор?
— Проверял, все ли в порядке, — ответила Варвара. — Хочет снова прислать сюда Дарену.
— Когда?
— На следующей неделе, если ничего не изменится, — снова вставила свою реплику княжна Збаражская.
— Ну, и ладно, тогда, — успокоился Бармин, которому Дарена на хрен не сдалась, тем более на этой неделе. Но она была пусть и временным, но неизбежным злом. Поэтому пусть приезжает, но только не сейчас. — А скажи-ка, Варвара, ты можешь одолжить у Нестора конвертоплан на полдня?
— Какой из них?
— Тот, на котором вы тогда прилетели втроем в Надозерье.
— Который с гербом?
— Именно! — подтвердил Бармин.
— Могу, — пожала плечами Варвара. — Он у Глинских не самый роскошный и не самый большой. Даже к Нестору обращаться не надо. А зачем тебе?
— Во вторник Варвара Глинская полетит в имение Акишевых Стабна. Это недалеко от Смоленска, на юго-запад от города. Прилетит, переговорит с хозяйкой имения и купит у нее для своего родственника Ингвара Менгдена тридцать душ крепостных. Это возможно?
— Да, конечно, — удивленно, и едва ли не растерянно, посмотрела на него Варвара, — но зачем тебе крепостные?
— Затем, что я покупаю аудиторскую компанию «Консультативное бюро Мартынова», а половина его сотрудников — холопы Акишевых. Вот к Антонине Михайловне Акишевой ты и полетишь на конвертоплане Глинских.
— Суть авантюры более или менее ясна, — усмехнулась Варвара, разобравшаяся наконец в непонятке, подброшенной братцем Ингером. — С Глинскими Акишевы связываться не станут и цену назовут разумную. Но вопрос остается: зачем тебе, Ингер, это чертово бюро? Это ведь наверняка, что-то связанное с управлением финансами и вотчинными владениями, я правильно понимаю? Отсюда вопрос, у тебя, что уже есть, чем управлять?
— Напомни мне, Варвара, как твоя фамилия? — вопросом на вопрос ответил Бармин, решивший, не рубить хвост по частям.
— Значит, не доверяешь…
— Ну, отчего же, — пожал плечами Бармин. — Доверяю настолько, что ставлю тебя в известность о весьма драматическом поступке, который я собираюсь совершить, и о котором, к слову, я прошу никому за пределами этого дома пока не рассказывать.
— Так пилоты конвертоплана все равно…
— А что они будут знать? — чуть прищурился Ингвар. — Что вы с Еленой навещали Акишевых?
— То есть, ты поручаешь нам провести для тебя эту сделку? — снова вступила в разговор княжна Збаражская.
— Именно! — сказав это, Бармин протянул Варваре тонкую папочку в которой лежала специальная доверенность на заключение сделки и другая — на использование в этих целях банковского счета, принадлежащего Ингвару Менгдену.
Когда Бармин просил Архипцева организовать ему встречи в банке и у нотариуса, он думал о доверенностях на использование своих банковских счетов, но неожиданное знакомство с госпожой Ивановой подкинуло ему еще несколько совсем неплохих идей.
— Составленный по всем правилам контракт, в который останется лишь внести сумму сделки, привезет прямо сюда один из юристов бюро. Он свободный, и он полетит с вами в качестве консультанта. Есть вопросы по существу?
— Да, нет, наверное, — задумчиво посмотрела на него Варвара. — Понимаю, что манипулируешь нами, догадываюсь зачем, знаю, что ты, вроде бы, не дурак и наверняка все продумал, и все равно нервничаю.
 
— Любишь, наверное? — усмехнулся Бармин и тут же сообразил, что опять сказал лишнего.
Варвара отреагировала на слово «любовь», как бык на красную тряпку. С той лишь разницей, что бык попытался бы убить Ингвара на месте, а Варвара, похоже, думала о том, чтобы врезать ему ногой по яйцам или, в лучшем случае, придушить. Ситуацию нужно было срочно разруливать, да и вообще, пришло время объясниться с дамами по некоторым животрепещущим вопросам их совместного бытия. Не отвлекаясь при этом на то, о чем и говорить не стоит.
— По-видимому, настало время прояснить кое-какие моменты, — сказал он, остановив жестом готовую ринуться в бой сестру. — Если все пойдет, как задумано, ты, Варвара, снова станешь Менгден, но ненадолго, потому что вскоре после этого выйдешь замуж за одного из старших сыновей Нестора, — если захочешь, конечно, — и примешь фамилию Глинских. Но моей сестрой останешься уже навсегда со всеми вытекающими из этого факта последствиями. А ты, Елена, выйдешь замуж за меня и примешь фамилию Менгден. Возможно, даже с баронским титулом, но тебе, поверь, в любом случае, не на что будет жаловаться. Однако знать вы всегда будете только то, что я сочту нужным вам рассказать. Об остальном даже спрашивать не стоит. Понимаю, что вы девушки самостоятельные, — привыкли все решать сами, — но тут уж одно из двух: или со мной, но не задавая неуместных вопросов, или без меня. Все, что вам нужно знать сейчас, это то, что я веду переговоры со многими значимыми фигурами, обеспечил себе некоторую финансовую свободу и создаю свою собственную дружину. Остальное не должно вас пока интересовать, тем более, волновать. Если такой подход к делу вас устраивает, давайте продолжим. А нет — так разойдемся, пока не стало слишком поздно. Я никого уговаривать не стану, и этот разговор на тему искренности у нас последний. Итак?
— Я остаюсь! — Надо же, Варвара успела первой.
— Я тоже. — Ну, в Елене он практически не сомневался, но все равно, стоило проверить.
— Вот и отлично! Переходим к десерту, — улыбнулся в ответ Бармин и выложил на журнальный столик два идентичных по содержанию «подарочных набора», состоящие из чековой книжки на имя Ингвара Менгдена, банковской карты на то же имя и нотариально заверенной генеральной доверенности, позволявшей княжне Збаражской и княжне Глинской распоряжаться средствами с его, Бармина, счета в Великом банке Ганзы.
— На счету около ста тысяч золотых рублей, чтобы вам больше не приходилось обращаться за деньгами к третьей стороне… — озвучил он свои побудительные мотивы.
— То есть, ты действительно добыл деньги… — то ли спросила, то ли констатировала Елена.
— Это вопрос? — поднял бровь Бармин.
— Ни в коем случае, — «застенчиво» улыбнулась ему княжна Збаражская. — Это всего лишь мысли вслух…
  
Глава 4
 
Первое июня 1983 года
Встреча с князем Северским, как и договаривались, состоялась в Пскове в среду первого июня. Надо отдать должное Андрею Романовичу, по отношению к Ингвару он вел себя более чем достойно. Брачный контракт, — вернее, проект контракта, предложенный Бармину князем, — был составлен в высшей степени дружественно и, можно даже сказать, лояльно по отношению к будущему мужу княгини Полоцкой. Специалисты из юридической конторы «Орлов, Кроненберг и Архипцев», как ни старались, не нашли в тексте никаких подводных камней. Все в нем было ясно и четко прописано «от и до», формулировки не предполагали двойного толкования, и в каждом пункте соглашения скрупулезно соблюдались интересы обеих сторон. В общем, и захочешь, да не на что пожаловаться. Но Бармин жаловаться не собирался. Предложение, сделанное младшим братом императора, было более чем щедрым и сулило Бармину крутой жизненный успех в этом новом для него мире, и единственное, что продолжало его тревожить, это непроясненность мотивов самого Великого князя. Его собственные объяснения звучали, в целом, логично, но были, по мнению Ингвара, все-таки недостаточны. Уж больно большой куш он отдавал Ингвару Менгдену. Тут тебе и материальные блага, — вотчины, замки и промышленные комплексы, — тут и политические связи, которые дорогого стоят. И в довершение, как вишенка на торте, невеста с большим приданным. При том не уродина какая-нибудь и не старая дева, а юная и вполне симпатичная особа. Ответа на вопрос о причинах заинтересованности князя Северского в этом браке, у Бармина пока не было, и он не знал, появится ли он в будущем. Однако на данный момент, это было «лучшее предложение в городе», и Бармин не собирался от него отказываться.