Последыш. Книги I и II (СИ)
Бармин как раз достиг портретной галереи, которую все считали уничтоженной во время суда над Карлом Менгденом. Однако портреты, как теперь выяснялось, уцелели, и даже висели на прежних местах, если верить все той же трехтомной истории их клана.
— Удивительное сходство, не правда ли? — приятный и, кажется, знакомый женский голос.
Ингвар рассматривал в этот момент портрет своего прадеда и тезки Ингвара Менгдена — князя Острожского и дивился их сходству:
«Словно, смотришься в зеркало!» — думал он, но на замечание, сделанное женщиной, обернулся.
«Вот как! — удивился он. — Мария Назарова собственной персоной! Наш пострел везде поспел, или так и было задумано?»
На этот раз она была не с братом, а с женщиной бальзаковского возраста, на которую походила и лицом, и цветом волос. Бармин сказал бы, что и фигурой, но, скорее всего, такой, как Мария, эта женщина была лет тридцать назад. Естественно, магия затормозила старение, заморозив женщину где-то в возрасте тридцати с небольшим, но при практически одинаковом росте, незнакомка, — по-видимому, госпожа Назарова старшая, — была полнее своей дочери, шире в бедрах и обильней в груди и плечах. Красивая женщина, одним словом, и Марию явно ожидал со временем точно такой же расцвет.
«Вот выйдет замуж, — отстраненно подумал Ингвар, рассматривая тонкую и „трепетную“ фигурку девушки, — родит и станет точно такой же, как мать. Не сразу, но со временем…»
— Рад вас видеть, госпожа Назарова, — поклонился он Марии. — Представите меня вашей маменьке?
— Как узнали, молодой человек, что я ее мать, а не старшая сестра?
— Всего лишь интуиция, — улыбнулся Бармин.
— Мама, — сказала между тем Мария, — разреши представить тебе последнего из рода Менгденов.
— Менгден, — назвался он, еще раз поклонившись женщине. — Но должен вас поправить, госпожа Назарова. — У меня есть старшая сестра Варвара.
— Но она же Глинская, — подняла бровь старшая женщина, — разве нет? Меня кстати можете называть попросту Екатериной Алексеевной.
Что характерно, своей фамилии она не назвала, и это было более, чем странно. Но разбираться еще и с этой непоняткой Бармину было лень.
— Глинская или нет, — сказал он вслух, — она все равно моя сестра.
— Она, кажется, живет теперь с вами? — продемонстрировала свою осведомленность Екатерина Алексеевна.
К слову сказать, прозвучало двусмысленно, но Ингвар решил на второй смысл внимания не обращать, тем более, что между ним и Варварой ничего, кроме игры взглядов, так и не произошло.
— Мы все сейчас живем у моей бабушки по материнской линии княгини Кемской, — ответил он на вопрос. — Варвара вместе со своей подругой княжной Збаражской действительно уже с месяц гостит в замке Надозерье. А я там живу с момента возвращения на Большую землю.
— Что ж, рада была познакомиться, — чуть улыбнулась женщина. — Мне, если по совести, надоел осмотр достопримечательностей, а Машеньке — наоборот. Любит, знаете ли историю, искусство и все прочее в том же духе. Так что у меня к вам просьба, господин Менгден: погуляйте вместе, а я отдохну пока…
— Сочту за честь, — склонил Ингвар голову в поклоне, — но видите ли Екатерина Алексеевна, я здесь никого не знаю.
— Вот и чудно, — припечатала дама. — Машенька тоже никого не знает, будете общаться между собой.
— Возможна, компрометация… — попробовал Бармин отделаться от девицы.
— Машенька, как жена Цезаря, вне подозрений, — снова улыбнулась женщина, и Бармин окончательно понял, что их встреча не случайна. А вот в чем состоит план, и кто его составил, он пока не знал. Однако интуиция подсказывала, что это «не сватовство по залету». А, если так, то отчего бы не погулять по своему родовому замку с юной красавицей?
— Так что, — спросил он девушку, кивнув на ростовой портрет предка, — действительно похож?
— Если переодеть вас в соответствующую одежду, будет не отличить. А он кто?
— Он мой прадед — граф Ингвар Менгден, маршал империи.
— Это он разбил поляков под Соколкой?
— Да, — подтвердил Ингвар, — под Соколкой и под Зельвой. И еще много где и много кого. Любил мужчина повоевать.
— Он любил воевать, а женщины, верно, любили его, — едва ли не мечтательно произнесла девушка.
«Опасная тема, однако…»
— Он женщин любил не меньше, — усмехнулся Ингвар. — Пять жен, семь наложниц и неизвестное количество любовниц.
— Говорят, вы скоро женитесь, — сменила Мария одну опасную тему на другую.
— Кто говорит? — почти искренне удивился Ингвар.
— Люди, — пожала элегантными плечами девушка.
— А вам кто сказал? — уточнил Бармин.
— Мне рассказывал об этом брат.
— На ком же я женюсь, если не секрет? — полюбопытствовал тогда Ингвар.
— На княжне Глинской, — как о чем-то само собой разумеющемся сказала Мария.
«А эти-то откуда знают? Или это Нестор озвучивает всем, кому не лень, свои тайные желания?»
Могло быть и так. Шепнул здесь, намекнул там, и пошел гулять слушок.
— На которой из них? — решил он все-таки расставить все точки над «i».
— На Дарене. Или это неправда?
— Дарене всего 16 лет, — ушел Бармин от прямого ответа. — Куда ей замуж, когда она в куклы еще не наигралась!
— Будет в деток играть, — «коварно» улыбнулась неугомонная девица.
— Ей 16, - повторил Ингвар.
— Ну и что? — пожала плечами Мария. — Мне 17, но меня тоже выдают замуж.
— Вот как! — поддерживая разговор, сказал Бармин. — За кого же, если не секрет?
— Не знаю пока, — вздохнула девушка. — Но отец клятвенно обещал, что мужчина мне понравится.
— Наверное, он знает, о чем говорит…
— Вообще-то, стоило бы сначала спросить меня, — возразила Мария. — В конце концов, это мне с ним спать! Но у нас в семье патриархат, знаете ли. С отцом не спорят. Так что умерла, так умерла. Но давайте все-таки вернемся к вам. Когда вы женитесь?
— Я пока не знаю даже, на ком, — усмехнулся в ответ Ингвар, — а вы меня уже спрашиваете о дате свадьбы.
— Вот как, — наморщила лоб девушка. — Странно, но да бог с вами. Почему, там у Глинских, вы больше меня ни разу не пригласили? Признайтесь, Ингвар, я ведь вам понравилась. Мы женщины такое чувствуем.
«Это ведьмы чувствуют, — покачал он мысленно головой, — а вы, душенька, со мной флиртуете!»
— Понравились, — не стал отпираться. Ведь действительно понравилась. Рыжие девушки всегда бросаются в глаза, но темно-рыжая особа с зелеными глазами, изысканными чертами чуть смугловатого лица и точеной фигуркой не оставит равнодушным ни одно мужское сердце.
— Тогда что вас удержало? — проявила завидное упорство юная красотка.
— Видите ли, Мария, — не стал вилять Ингвар, — я прагматик. Жениться в тот момент я не собирался, да и сейчас еще не вовсе готов. А флирт без обязательств это не про вас.
— Почему это! — возмутилась собеседница. — Чем я вас не устраиваю, как любовница? Все говорят, что я весьма привлекательна!
— Вы более чем привлекательны, — улыбнулся ее горячности Бармин, — но вы молоды и не свободны в своих действиях.
— Я поняла, — улыбнулась в ответ Мария. — Боитесь, что женят по залету?
«Какие у нас, оказывается, смелые на язык дворянские девушки есть! — восхитился Бармин. — И ведь не шлюха. Сразу видно, порядочная девушка. Но несет такое, что даже неудобно слушать».
— Ну, на мой взгляд, это было бы нежелательно, — сказал он вслух. — Брак должно заключать по любви или по расчету, но никак не по случайным обстоятельствам. Как считаете?
— Все так, — согласилась Мария. — Но знаете, Ингвар. Нам девушкам тоже непросто. Телевизор включишь, а там все фильмы про это: любовь, чувства и постельные сцены. В кино — то же самое. А соберемся с девчонками — шампанского выпить и поболтать о том о сем, — все опять же сводится к тому, кто с кем, когда. У взрослых, у братьев, у отца с матерью — все то же самое. Я раньше подслушивала, потом надоело. Баронесса А. изменила мужу, граф С. спит с гувернанткой дочери, а у самого, между прочим, три жены. От таких разговоров голова кругом идет. И желания всякие появляются. Фантазии. Хочется, наконец, стать женщиной и узнать, о чем так много разговоров, и стоит ли, вообще, об этом говорить?