Король я или кто? (СИ)

Зал был поистине величественным, от одной стены до другой не менее метров тридцати, это так на глаз, не буду же я сейчас с метром бегать, да и нет его с собой. Множество окон, с бело–красными тонкими шторами, пропускали в зал уличные лучи солнца, разливаясь золотыми каплями на полу.
Кстати, мною было подмечено, что присутствуют тут не только люди, я увидел неких длинноухих существ, поэтому мои планы по нахождению эльфиек могут осуществиться. Также, тут были короткие бородатые дядьки, без топоров и молотов, конечно, но очень короткие, примерно в половину роста обычного человека… Или это немного не тактично звучит? Ну не важно. Так вот, смею предположить, что это гномы. Зеленых орков не видел, в принципе, как и не зеленых, но это не означает, что их не существует, всё возможно.
В общем, под такое громогласное молчание мы подошли к трону, точнее сказать тронам. Тут был не один, привычный нам меховой стул, с золотом и всем что нужно, тут их было два: один побольше, второй поменьше и в стороне, на верхушках обоих золотая эмблема с излюбленным тут животным — львом. Сами троны находились немного выше всего зала, к ним вело две ступени. Принцесса быстро забежала по ступенькам на платформу и уселась на меньший, меня же, опять добровольно, посадили на большой, Алексей был удостоен чести постоять рядом.
Почти сразу, около трона оказалось тринадцать человек в голубых мантиях, у одного из них в руках, на красной подушке лежала корона, все присутствующие в зале, наконец, подняли головы.
Один из мужчин, стоящих подле нас сначала приклонился перед принцессой, после передо мной, натянуто улыбнулся и развернулся ко всем собравшимся:
— Сей день знаменуется началом регенства Богдана, — он выдержал театральную паузу и после, вновь, развернулся ко мне — Обязуешься ли ты верой и правдой защищать корону и королевство до наступления совершеннолетия принцессы Лиены Вуенентис и восхождения её на престол? Обязуешься ли ты не предавать интересы государства и граждан? Обязуешься ли ты всеми силами оберегать принцессу Лиену Вуенентис до вступление её в права наследования? Обязуешься ли ты выполнять свой долг с честью и достоинством? — после всего этого, мужик в мантии тяжело взглянул на меня. Я прошёлся взглядом по окружающим и остановил его на Лёхе, он пожал плечами.
Тоже мне, советник, блин. В рядах «голубых накидок» заиграли улыбки.
Что, мать его за ногу, происходит? А как же объяснение? Мне обещали рассказать! А вдруг, к столице идут злые орки, которые требуют голову правителя, и местные господа решили не жертвовать своими, а взять дурачка с соседнего мира и отдать им? А весь этот цирк.. Ну без официальности никуда, тем более все эти аристократы любят такие мероприятия, а то сидеть в средневековье, наверное, скучно. Что тут? Ну посмотреть можно, как слуга коней кормит, ну что ещё? А тут представление такое, опять же, люди интересные и не только люди, можно поговорить. Ну и что мне делать? Отказаться? Вот это смех–то будет.
— Обязуюсь, — неуверенно протянул я.
— Перед всеми присутствующими, перед лицом принцессы Лиены, я, «Первое кресло» совета тринадцати, объявляю Богдана регентом королевства Вуенентис, короной союза трех наций, правителем бескрайних морей и океанов, да будет ваше правление благословлено Каоном. — «Первое кресло» взял корону с подушки, ненадолго приподнял её над своей головой и водрузил на меня. Уж не знаю, как пафосно это смотрелось со стороны, но когда какой–то странный мужик тянет к тебе шапку, которая на сто размеров больше, чем надо, начинаешь бояться. А вдруг, он просто натянет её мне на голову и таким странным, но весьма интересным способом казнит? Может, тут, как раз такое и практикуют? Но нет, обошлось, наверное…
Он надел эту шляпу и зал взорвался в овациях и криках. Как будто на стадион попал, ей богу.
И как же я, наверное, нелепо выглядел: в джинсах, каком–то невнятном желтом свитере, с большой короной на голове пытаюсь делать наименее глупое лицо, а на меня смотрит куча людей и хлопают. Почувствовал себя каким–то стендапером, дающим мини–шоу в баре, в большом баре. После минутного хлопанья, мужик, который величает себя «первое кресло», со всей дури хлопнул в ладоши, что создало просто невероятно громкий звук, невозможно невероятный, видимо, какая–то магия, все умолки. Он встал на колено, также сделали все в зале, естественно кроме Лёхи и принцессы, сидевшей на троне рядом.
 
И снова, молчание затягивалось, я посмотрел на Лиену, она сделала нетерпеливый жест рукой, мол, пора сказать что–нибудь.
И тут я понял, как же попал… Мать его, да я всегда боялся сцен, ещё в школе, когда меня вызывали к доске, всеми силами отказывался от выхода, готов был на двойки, но говорить что–то перед всеми — это выше моих сил.
Я смотрю на всех, все смотрят в пол. Не знаю, что придало мне сил в тот момент, но я, все же, поднялся с трона, придерживая корону, ибо она так и норовила упасть, вздохнул. Ну, что, поехали, иномирцы!
— Дорогие товарищи! Люди и нелюди! В сей торжественный час, хочу заверить каждого присутствующего, что хоть на меня и возложено великое бремя, я клянусь всеми силами вести все народы, в независимости от их культуры, расы или вероисповедания, к величию и процветанию. На самом деле, я сильно удивлен данной возможности и хотел бы сказать… — услышал тихое покашливание со стороны принцессы. Ну блин, первый раз речь задвигаю, ну зачем так? — И хотел бы сказать, что речь окончена!
Минута молчания, две. Лёха начал хлопать, смеётся но хлопает, радует, что кукухой не поехал. Хотя, может он как раз из–за этого и хлопает? Все в зале встали и сначала неуверенно, а потом более сильно зааплодировали.
Слава богам, я могу присесть, что и сделал.
Шапку у меня после речи забрали, ну и хорошо, толку от неё никакого.
Мы сидим, молчим, а все начинают потихоньку расходится, и через пару тройку минут, неожиданно, кстати, быстро, для такой толпы, в зале остаемся только я с Лёхой, принцесса, тринадцать «стульев», и совсем–совсем вдалеке, два стража около двери стоят.
Первым начал говорить, как не странно, «первое кресло»:
— Ваше величество, а кто такие товарищи?
И это всё, что он может меня спросить в данный момент? Не, ну право… Ну, да, ладно.
— Ох, как вам сказать, это почти друзья, — решил уже не впадать в пространные разговоры о «товарищах» и всём таком.
— То есть, вы назвали всех присутствующих тут, вашими друзьями? — он так осуждающе на меня посмотрел, что я даже удивился. В толпе «кресел» тоже начали слышатся перешептывания.
— Ну, не назвал, это было просто, как обращение, не могу же я их считать всех друзьями.
— Нам повезло, что в нашем мире никто не знает кто такие ваши «товарищи», а то всему двору и прислуге сказать, что они друзья, глупо и очень не «политично», впредь, тебе придется следить за словами, Богдан. Да и, что это было — несмотря на расу и вероисповедание, ты совсем дурак? У нас тут один единственный бог — Каон, запомни это! И что за раса? Ты о эльфах и гномах? Ну так они и так во всем равны! В общем, больше так не говори! — это подала голос принцесса, и стал он немного грубее, чем был.
— Чё? — уставился на неё непонимающим взглядом. Девушка уже успела встать с трона, потянуться и посмотреть на меня немного презрительно. Ну ничего себе перемены в характере.
— Ты теперь регент, нельзя бросаться словами, думай что говоришь, от этого зависит, как твоя жизнь, так и жизнь королевства, — назидательно сказала она мне.
— Послушай дорогуша, какого тут вообще творится, я мать его, пошёл покупать книги, ты меня со своими амбалами схватила и тупо перекинула в другой мир, ничего не объяснила, привела сюда, надела на меня шляпу и заставила поклясться, что я буду служить королевству верой и правдой, так, что прости уж, что я назвал всех друзьями, — нет, я не злился, скорее был растерян, поэтому мой голос немного дрогнул.
 
Принцесса на секунду смутилась, но потом на её лицо вернулась улыбка, которая была в карете: