В мире снов. Книга 1: Марк (СИ)

Шили был не единственным другом Марка на складах. Одновременно с ними на смену заступал Саша – кареглазый коротышка с дистрофичным телосложением. В переноске грузов толку от него было немного, зато всей подготовкой заведовал исключительно он. А это было немало – сходить к коменданту на поклон, дабы получить ключ и разрешение на разгрузку, найти ответственного за склад (обычно проматывающего рабочее время в местном кабаке), подыскать хорошее место в ангаре и выставить там поддоны, сходить за причитающейся похлёбкой и вернуть назад посуду. Всё это требовало времени и сил (моральных), на которые Сашка оказался богат. К тому же он всегда поддерживал разговор и ненавязчиво руководил разгрузкой – что тоже полезно, ведь голова не сильно полезна, когда все мысли заняты одним – как бы не уронить чёртову громадину.
Сашка, ко всему прочему, был тут старожилом – одним из первых, кто попал на склады. И за это время (с прошлой жертвы я тут) успел поднатореть в выживании на новом месте. И навыки его оказались весьма ценными. Он знал, где можно урвать краюху-другую хлеба, у кого задаром попить чистой воды, умел разжиться самогоном и даже знал девок на всё согласных. Без этих знаний тяжело было бы волочить своё существование в необъявленном плену у серых.
Марку же было не до доступных увеселений. Отпахав положенную смену (четыре колокола) он возвращался к своему койко-месту и отключался. Разница во времени давала о себе знать – то приходилось ложиться спать в семь вечера в своём мире (к величайшему изумлению жены), то просыпать половину смены в этом. Благо репутация умственно-отсталого как щитом укрывала от возможных последствий.
Койко-место Марка находилась в бывшем хлеву (запах навоза насквозь пропитал стены). Тут парни со статусом РБОЗ (рабочий беженец освобождённых земель – читай как «раб») сколотили себе двухъярусные кровати из прелых досок. Ряды таких кроватей выстроили вокруг стен, оставив посередине тесный пятачок, на котором врыли в землю небольшой круглый столик. Над ним, прикрытая жестяным плафоном, висела лампочка – единственный источник света в помещении – не считая щелей с солнечной стороны.
Что касается Сашки – Марку очень нравился этот парень. Во-первых, потому, что он всегда занимал позицию второстепенного, маленького человека (даже когда руководил). Во-вторых, потому, что всегда старался прикрыть своих товарищей. Но, по истине, Марк жалел его. Парень оказался сыном двух Спящих, и выяснилось это в самый последний момент. Он с родителями отправился, как говорил отец, в Лэфт-порт – на небольшое приключение. На самом же деле – они поехали в то место, которое спустя веху назовут Базой серых. Небольшой порт (самый маленький, если не брать в расчёт рыбацкие деревни) славился своими прогулочными катерами. Гринблэк (отец Саши) решил порадовать свою семью и арендовать на пару кругов один из катеров, чтобы отплыть в открытое море – так далеко, чтобы не было видно земли, остаться один на один с любимой семьёй и морскими чудищами (благо последние катерам не докучают). Но отдых не задался с первого же шага. Когда семья Гринов спешилась со своих скакунов – их тут же окружили солдаты в серой форме. Тогда она ещё не ассоциировалась с опасностью для тех, кто носит «цветную» фамилию. Узнав о планах посетителей порта, они предложили место в прогулочном катере господина Доннера – новоиспеченного вождя серой идеологии. Указав на то, что иных прогулочных катеров в порту сейчас нет, они обрекли Гринблэка на наивный выбор – согласиться.
Гринблэк со своей женой, миссис Аннабэль Грин, и сыном Александром взошёл на борт катера «Пена». Беду ничего не предвещало – офицеры в серых мундирах шумно произносили тосты, радостно и хором кричали, когда из бутылок вырывалось вспененное игристое вино. Слышались поздравления, много поздравлений – с победой на выборах, с назначением на новую должность, с укреплением производства и экономического влияния. Тостов было много. И много поклонов. Офицеры в серых мундирах кланялись невзрачному мужичку в коричневом костюме-тройке. Тот мирно потягивал игристое, сидя за плетеным столиком. Когда материк укрылся в прибрежной дымке, отец сказал Саше:
 
– Смотри, это господин Доннер. Он недавно победил на выборах в главы Лэфт-порта.
Саша, которому тогда только исполнилось двенадцать вех, не вполне осознал, кто перед ними сидел. Всего лишь глава маленького порта. Всего лишь невзрачный, лысеющий и тощий мужичок в костюме-тройке.
Саша зачарованно смотрел за борт, наблюдая за тем, как волнами раскидывает в разные стороны тысячи разноцветных медуз. Ими буквально кишели солнечные берега. Иногда среди молочно-белых желеобразных голов можно было заметить длинное и тонкое щупальце подводного однорука – головоногого моллюска, с характерной многометровой конечностью. Как ни странно, основным рационом этого чудища были птицы – чайки, что пытались выискать среди медузных зарослей одинокую рыбёшку. Для их поимки однорук и вытаскивал своё щупальце из воды. И, надо сказать, ловец он ловкий – вот есть щупальце над водой, вот есть птица в десятке метрах от него, секунда – и нет ни того, ни другого, только всплеск и брызги.
Наблюдения Саши оборвала внезапная тишина. Обернувшись, он сразу вычислил её причину – господин Доннер встал из-за своего плетёного столика и вытянулся готовый говорить.
– Друзья! – начал он дрожащим, писклявым, но поставленным голосом. – Благодарю всех вас… Что выбрали меня… На эту почётную должность. Хочу заявить!.. Что не подведу вас… И исполню все обещания!.. Какие давал в своей предвыборной речи. Первым делом – я увеличу производственную мощь наших предприятий. Вторым – начну массовую закупку техники и вооружения, для составления славных авангардов наших войск. Третьим делом – будет укрепление нашего могущества над всем материком, и укрепляться будем мы… На костях!.. Наших врагов! На костях Блэкреда и его армии!
Все офицеры на корабле подняли ор, больше похожий на боевой клич варваров, чем на цивильное «ура!». Саша не уловил ничего из слов невзрачного господина, зато многое понял по виду отцовских глаз. Страх и ужас – вот что в них читалось.
– Это всё хорошо, – вмешался голос из толпы офицеров, такой же писклявый как и у невзрачного господина. – Первое у вас – производство, второе – закупка, третье – укрепление нашего могущества. Простите – а каким по счёту делом у вас идёт то, что вы обещали прежде всего – уничтожение инородной нечисти?
Невзрачный господин подобрался, театрально повёл подбородком и уставился прямо на чету Гринов.
– А уничтожение нечисти, господин фельдфебель, это то, что прежде всех дел.
Как по команде, из толпы офицеров вынырнуло четверо солдат в серых мундирах. В руках каждый держал толстые цепи оканчивающиеся крючьями. Вспоминая события того времени, Саша не раз убеждался в том, что всё было приготовлено заранее – и речь, и контр аргумент, и цепи. Даже жертва была приготовлена заранее – ведь Гринблэк отправлял телеграмму с просьбой забронировать катер, забронировать на его имя (характерное и в узких кругах известное).
Отца схватили первым. Да он и не сопротивлялся, только вытянулся по стойке смирно, натянув на груди свой фрак в чёрно-зелёную шашечку. Таким он и остался в памяти Саши – гордым, подтянутым и смелым (фальшиво смелым). Крики матери, почему-то, не запомнились. Не запомнились и последние слова отца. Только общий их смысл, что-то из разряда: «вы совершаете чудовищную ошибку».
Гринблэка обмотали цепями и скинули за борт. По большому счёту – в цепях необходимости не было – каждая десятая медуза в воде обладала временно парализующим ядом, каждая сотая – смертельным. Стоило выкинуть человека за борт и отплыть на два десятка шагов – и можно было забыть о нём навсегда. Но красота момента требовала реквизит, и они выбрали подходящий.
Выбрали, как и Аннабель Грин своё платье, когда собиралась в плаванье – белое, складчатое и многоярусное. То самое платье, что так хорошо сочеталось с её рыжими кудрями и зелёными глазами. Платье, что так подходило под её бледное, веснушчатое личико. Платье, что до конца дней будет сниться Саше в ночных кошмарах.