Клан Врага Народа. Ультиматум (СИ)

Я следил за полётом с открытым ртом. Появление феникса оказалось на удивление зрелищным. Особенно если учесть, что это всего лишь голубь.
Феникс внезапно спикировал вниз и приземлился на песок перед нами. Шлейф чёрной дымки исчез, медленно растворившись в воздухе.
— Сам ты голубь! — внезапно быконул на меня феникс, неожиданно оказавшийся вороном.
Всё ему было ни так. Он вывалил целый поток претензий и обоснованных доводов к ним.
Сперва ошарашил, спросив зачем его призвали в виде голубя — “Ты сам (это он мне) пробовал так ходить и всё время кивать головой как придурок? От этого укачивает и случаются мигрени. А ещё голуби очень тупые птицы и не умеют разговаривать!”
Я ответил, что не в курсе почему так вышло, и что призыв вообще совершался принудительно. Так что с этим вопросом не ко мне. И вдобавок, сам не знаю зачем, я соврал, что мне очень жаль.
Тогда феникс спросил, почему его призвали слишком поздно? Из-за этого у бедняги совсем не было времени сориентироваться на поле боя и ни малейшего шанса уклониться от атаки саблезуба.
Я снова отверг обвинения, напомнив о процедуре принудительного призыва, и кивнул на стоявшего рядом наместника.
И, наконец, ворон озвучил наиболее важный для него вопрос — “что это за шутка, где твоя мана, человек? Почему я совсем её не ощущаю?”
— Маны нет, но вы держитесь, — я пожал плечами.
— Это правда, — взял слово Раддак. — Твой призыватель пустышка. Поэтому я хотел бы узнать, как так получилось, что существо легендарного класса феникс оказалось связано контрактом с нулёвкой?
На какое-то мгновение наместник не сумел совладать со всеми своими эмоциями. Они переполняли его.
Великан был зол и расстроен, ведь столь сильный призыв легендарного класса достался мне. Я не сумел разобрать, была ли злость продиктована завистью и желанием самому обладать способностью призывать феникса, или же Раддак злился не на меня, а на мою пустоту.
И я почему-то интуитивно склонялся ко второму варианту. Не верилось, что столь сильный человек мог оказаться настолько слабым, чтобы завидовать. Пусть даже феникс того и стоил.
— Человек, тебя это не касается. Детали контракта только между мной… — ворон выдержал недвусмысленную паузу, прежде чем закончил. — И ним.
— До сегодня он даже понятия не имел, что у него с кем-то из вашего мира заключён контракт, — продолжал давить Раддак.
— Я перед вами, а значит, контракт заключён и все формальности были соблюдены. Больше мне нечего сказать, — ворон сказал своё слово.
— Это проблема? — спросил я, но до того, как Раддак успел ответить, задал ещё вопрос, который интересовал меня больше. — Графа Блэквуда уже давно и след простыл, а я свободен? Могу идти?
Продолжать текущую беседу я считал бессмысленным. Феникс наместнику всё равно ничего важного не расскажет. Не факт, что даже я смогу от него хоть что-то полезное узнать.
Но я и без этого догадывался, откуда ноги растут.
Помнится, когда я погиб во время нападения на особняк, моя душа попала в украденный мною у самой Смерти малый ковчег вечности. Там меня встретила некая сущность в облике маленькой девочки.
Если память не подводит, она представилась Акрой. Оказалось, что между нами был заключён контракт, поэтому она мне и помогала.
Но прежде чем выпнуть мою душу из ковчега и отправить обратно в мир живых, Акра вручила мне печать духовной подписи. Маленький прямоугольник, сделанный из белой глины.
Я в точности выполнил все указания девочки и сломал печать. Таким образом, заключил новый контракт с кем-то неизвестным.
Значит, в тот раз я и подписал себе в помощники феникса. Осталось понять, на что он вообще способен. Говорят — не суди книгу по обложке, а феникса по размеру. Но откровенно говоря, пока что он совсем не впечатлял. И его нытьё по поводу “где моя мана, чувак?” не внушало особого оптимизма.
Я уже тайну контракта разгадал, а наместник всё ещё молчал, что-то обдумывая.
И лишь после моего повторного вопроса, он наконец обернулся к трибунам, поднял руку и помахал. Полагаю, в том секторе находились церковники, но из-за расстояния у меня не было шансов никого из них заметить.
 
Люди казались просто крошечными, словно насекомые.
Видимо, у наместника зрение было хоть куда и даже лучше. Он, также глядя на трибуну, кивнул и обернулся ко мне:
— Что-то мы и правда затянули с открытием. Отбор ты прошёл. По окончании турнира получишь предписание и билет на поезд. Остальное узнаешь уже в академии. Сейчас свободен.
— А как мне? — я скосил взгляд на ворона.
— Просто прикажи ему уйти. И пусть в клане тебе объяснят, как призывать фамильяра. Кстати, ещё кое-что, советую задержаться и посмотреть поединки остальных претендентов. Хотя даже не представляю, кто согласится быть с тобой в одной команде. Но ты уж постарайся найти убедительные доводы.
Теперь я не просто нулёвка, а нулёвка с призывом. И не абы кого, а легендарного феникса. Так что с выбором команды должно стать немного полегче.
— Продолжаем. Объявляйте второй бой. И поменьше болтовни, — Раддак раздавал ведущим указания. — Давайте. В темпе, раз-два, раз-два. Уже и так потеряли слишком много времени.
Из шара вновь донеслись голоса неунывающих братьев. Они приглашали на арену следующую пару бойцов и просили заранее подготовиться всех остальных.
На прощание я слегка поклонился наместнику и отправился к тоннелю, ведущему в подтрибунные помещения. Оттуда я поднимусь на верхний ярус арены в ложе специально отведённое для бойцов прошедших отбор.
Там нас не смогли бы донимать зрители, докучая вымаливанием автографов или, наоборот, осыпая проклятиями, ведь они ставили на победу другого бойца. И теперь их кровные на законных основаниях перекочевали в карманы букмекера.
И ещё именно в ложе те, кто не провалил отбраковку, начнут разбиваться на команды.
А пока я шёл к тоннелю было несколько минут перекинуться парочкой слов с фениксом. Сперва я хотел предложить ему усесться мне на плечо. Но передумал, так он будет слишком близко находиться к моим глазам.
Вряд ли он посмеет, но пока мы ещё мало знакомы, я предпочёл держать дистанцию. Поэтому ворон кружил в полуметре надо мной.
— Меня зовут Сириус, — начал я. — А у тебя есть имя?
— Как звезда из созвездия Большого Пса?
— Просто звезда, без больших псов.
— Можешь звать меня… — ворон задумался. — Не помню своего имени. Не получается вспомнить.
— Тогда нужно придумать тебе имя. Только давай сам. У меня с этим туго.
— Лучше придумай, что делать без маны. И как вообще ты меня призвал?
— Третий раз повторяю, призыв был принудительным.
— Я не об этом. Вызывая фамильяра в свой мир с призывателя всегда взимается обязательная плата за переход. Некоторый объём маны, определяемый типом и силой призываемого. Но в тебе её совсем нет. Тогда как удалось оплатить переход?
По спине пробежал неприятный холодок.
Если всем известно об этом факте, тогда этим же вопросом обязаны были задаться и Раддак с Лиманом. Уж эти двое точно не какие-то невнимательные простаки.
Но меня отпустили.
Почему?
— Почему молчишь? — ворон пронёсся перед лицом, коснувшись моего носа кончиком пера.
— Паранойя не вовремя разыгралась. Давай в другой раз продолжим разговор.
— Мне всё равно, но если в следующий призыв я снова проживу меньше минуты, ты очень пожалеешь. Понял меня?
— Проваливай!
Ворон недовольно каркнул, и почти сразу же подобно фейерверку, только совершенно бесшумно, взорвался, оставив вместо себя искрящееся и оседающее на землю небольшое чёрное облако.
Скорее всего, это лишь моё воображение поднимало панику под воздействием накопившейся усталости. Ведь нулёвка на глазах у всех уже призвал легендарную птицу. Хотя с виду та и выглядела так, словно очень долго болела. За её переход всё равно требовалась оплата.
В конце концов, я же призвал птичку-невеличку, а не исполинского огнедышащего дракона. А значит, посудачат, посудачат, да и забудут.