Гуд бай, Америка! Книга 2 (СИ)
Дождался своей очереди и ткнул пальцем в толстую колбасу.
— Сколько⁈ — Румяная продавщица, кровь с молоком, весело глядела на странного покупателя.
Я показал пальцами толщину отреза.
— Немой, что ли!
— Ай эм, Эмерикэн!
— Ешкин кот! Американец! Умереть не встать! Любка! У нас иностранец!
Весь зал оглянулся на бойкую продавщицу и спустя секунду вернулся к своим делам. Видимо иностранцы не такой уж редкий товар. Ха-ха! Я таким же манером попросил сыра, сливочного масла и по две бутылки молока и кефира.
— Три шестьдесят! Держи, Американец! Заходи еще!
Вернулся к себе с интересом разглядывая длинный ключ. Второй запирал дверь в комнату, но я им пока не пользовался. Разделся, выложил покупки на стол и обозвал себя болваном. Ножа то у меня не было! Решил не беспокоить соседей, хоть на кухне точно были ножи. Взял в одну руку батон в другую колбасу и принялся откусывать по очереди, запивая кефиром из бутылки. А вкусно! Я перекусил и растянулся на кровати, сняв штаны чтобы не помять и принялся составлять в уме список необходимых вещей. Тот получился очень длинным, и я поместил в его начало ручку и блокнот, чтобы было куда его записать. Сон незаметно пришел, надавив на веки и я уснул, встретившись наконец со своей любимой, которая махала из далека рукой и звала к себе.
Проснулся от поглаживания женской ладошки по моей груди.
— А я чаю принесла! — Сказала соседка, присевшая на край кровати. Я молча сгреб охнувшую женщину и подмяв под себя неторопливо трахнул, распахнув халат и задрав подол нижней рубашки. А трусов кстати на ней не было, хе-хе! Спокойно спустил в нее и дождавшись окончания ее мнимого или настоящего оргазма, слез с женщины и пошел прямо в трусах в ванну. Там минут десять мылся под душем, стоя в глубокой ванне, а когда вернулся, соседки и след простыл. Обманула сука! Где мой чай!
Глава 3
Утром проснулся как огурчик. Прошлый день прошел скомкано, я не совсем еще понял смысл моего здесь пребывания, еще и соседку трахнул. А нечего было подкатывать ко мне сонному! Я же привык любить свою Мери по мере потребности, которая никогда не отказывала… Почти. А потребности у меня — ого-го!
Значит так! Как там сказал следак? Жить тихо, учить язык… Мне нужен учитель и переводчик на первое время. Я же не «могу» объясниться ни с одной продавщицей. А магазинов самообслуживания тут почти нет.
— Люська! Твой Американец пришел! — Я опять зашел в булочную вспомнив смешную девчонку. Учила же она в школе иностранный.
— Ай нид тыче, фор транслейт ин Раша. Ду ю спик ин инглишь? — Спросил девушку, стоящую передо мной и теребящую пуговицу халата.
— Дую! То есть, ес ай ду!
— Ай хев мани, ю хев ленгвич. Нелп ми плиз.
— Офигеть! Оф коз! А-а, мамочка! Теть Дусь я отойду?
— Иди, коза! Будешь должна!
Первым делом мы прошли в соседний универмаг, где я купил половину своего списка в сопровождении важной переводчицы, сияющей как начищенный пятак. Нагрузился сам и переводчицу, используя ту не по назначению.
— Ой, ты тут живешь? — Девушка свалила свертки на кровать и оглядела пустую комнату. — А где ты работаешь? Ой? Вэе ю джоб? Стьюдент?
— Ес. Ай стьюдент. Сам тее?
Я прихватил авоську с чаем и новыми кружками с заварным чайничком. Переводчица увязалась со мной и поздоровалась с женщиной, готовившей на кухне. К моему облегчению это была другая соседка из комнаты семейной пары, а не та, имени которой я не успел спросить, но успел трахнуть. Ха-ха!
— Кто так заваривает! — Люся выхватила из рук пачку чая, которую я собирался засыпать в заварной чайник. Смотри! Сколько чашек чая — столько и чайных ложечек заварки. Максимум пять, а мы насыплем четыре. Конфеты в тарелочку, а сахар сюда. Все, наливай!
Мы заварились и под косым взглядом соседки отправились в комнату. Вчерашние пирожные были вполне съедобные и мы с Людмилой употребили их за неспешной беседой.
— А ты из какого штата? А апельсины у вас растут? А бананы? А обезьяны есть? Чего смеешься!
Я попросил первый урок, чтобы она называла все вещи вокруг и повторяла на английском. Люся с треском провалила задание, не назвав и половины.
— У меня в школе по английскому четверка была. У-у-у… Ты теперь не захочешь моих уроков. И-и-и… — Слезы потекли по щечкам, и я поспешил достать носовой платок и попытался остановить соленый водопад.
— Ничего! Меня все устраивает! Я буду учиться у тебя, а ты у меня.
— Правда! Тогда никаких денег!
— Ни в коем случае! У нас любой труд должен быть оплачен! Разве у вас не так?
— Так. Правда у нас есть еще субботники. А почему ты не на занятиях?
— У меня свободный график.
— Да-а… — Протянула удивленно. — А может ты шпион?
— Точно — шпион! Доложи куда надо и получи награду.
— Шутишь? А паспорт есть?
Я достал бумажку с моей фотографией, выданную следователем.
— Боб Каллахен, студент МГУ, срок действия один год. Место прописки… Ага! Не шпион! А расскажи про Америку⁈ А?
На прощание сунул в карман пальтишка красненькую бумажку, а девушка вспыхнув принялась возбужденно отказываться, говорить что это много и с трудом согласилась на аванс, который закрепит наш договор. Уф… Вот же геморрой на мою голову! Я закрыл за девушкой дверь и уперся взглядом в подносчицу вечернего чая.
— Вот, ты кобель! Не успела оглянуться, он уже другую трахает! Так и звания лишиться можно! Гуд монинг! Э-э… Ю дринк тее?
— Итс май тыче оф Раша ленгвич. Ю хэв э тее?
— Пойдем! Маньяк сексуальный! Дам тебе «чая»…
Чай оказался очень горячим, и соседка так вспотела, что разделась до гола и зажимала рукой рот сдерживая вырывающиеся стоны.
— Ох, кобель, давай не останавливайся! Ай, ай… — Женщина натурально кончила, напрягаясь красивым телом и вцепившись зубами в край подушки, чтобы не закричать.
— Вечером чая не будет… — Сказала она, уходя нетвердой походкой и оставляя за собой следы капелек, подавших из-под халата. — Кобель!
Дверь в комнату захлопнулась, а я решил отдохнуть, от двух чаепитий подряд. Ха-ха!
На следующий день добрая тетя Дуся отпустила нас с Люсей гулять по Москве, и мы целый день провели осматривая знакомый-незнакомый город, пятидесятилетней давности. Людмила старалась, катая меня на метро, трамваях и семеня за мной в своем пальтишке, радуя здоровым румянцем на щечках.
— А это пирожки и бульон. — Мы зашли в пирожковую, где на наших глазах автомат за прилавком жарил вытянутые цилиндрики пирожков, катая вверх и вниз между своими валиками, окуная в кипящее масло до румяного состояния.
— Булен, — повторил я, откусывая от горячего теста с хрутящей корочкой и мясной начинкой внутри.
— Бульон!
— Бульон.
— Молодец! Возьми с полки пирожок! Ха-ха!
— Полки?
— С тарелки! Ха-ха! Ох! Даже жарко стало. Завтра я не смогу. Тети Дуси не будет, а Симка ни за что не отпустит. Андестенд? И почему я в школе была такой дурой⁈ Завтра выходной! Ноу джоб! А! Это Ес! Ивнинг — гуд!
Через неделю я позволил себе выдавать простые фразы из двух, трех слов на корявом русском и узнал имя соседки, исправно поившей меня каждый день «чаем». Ха-ха! Марина! Не могли придумать ничего оригинальней, как подогнать сексуальную зеленоглазку, да еще и «Марину». Эх! Прости меня Мери, грешного! Считай, что я на задании, и выполняю важную миссию. Хе-хе! Все равно я люблю только тебя!
— Докладывайте Петрова!
— Товарищ полковник! Объект как мы и планировали пошел на контакт. Ведет себя естественно, вступил в половую связь с артисткой Маресьевой, которую не стали отселять для создания естественной среды. Изучает русский язык, мы в основном гуляем по городу, где он с большим интересом обращает внимание на обычные вещи, которым неподдельно удивляется. Например, автоматам с газировкой, турникетам в метро, оплатой в транспорте при отсутствии кондуктора, бесплатному жилью, интересуется зарплатами горожан. Планирую в дальнейшем посетить музеи, театры и кино.