Гуд бай, Америка! Книга 2 (СИ)
— Хочешь в позе собачки?
— Хочу!
— А стоя в душе?
— Хочу!
— А в позе 69?
— А это куда?
— Ха-ха-ха! Иди сюда, похотливая моя!
Из вежливости все же долго ласкал и целовал предоставленное мне тело, пока младшая «жена» не вытерпела и потребовала приступать, почти сразу кончив после нескольких ритмичных движениях.
— Ох, ох, — заволновался ее животик волнительно играя ласковыми объятиями вокруг моего члена и увлажняя своей росой. — Не останавливайся!
Я продолжил и вскоре наша блондинистая подруга вознеслась к вершинам наслаждения, испытывая продолжительный оргазм, который накатывал волнами вызывая стоны и зубовный скрежет, пока не взорвался яркой вспышкой с полной потерей реальности. Яростно догнался вслед за подругой, глядя на мокрый член, вонзающийся до упора в розовые губки и кончил, содрогаясь в пароксизме страсти и выпуская живчиков порциями раз, другой, третий. Опустошился до донышка и упал на витающую в облаках девушку прямо на ее чудесные груди, сыгравшие роль отличных амортизаторов.
Все прошло замечательно, и я почти заснул, решив что на сегодня уже все, но плохо просчитал выносливость девушки, которая вернулась в этот мир, немного помечтала и опять взялась за дело, решительно тормоша мое тело и требуя внимания. Пришлось отвечать за «базар» и соответствовать, поставив девушку на колени и работать над заинтересованной девушкой, которая сначала хихикала, виляла «хвостиком», смотрела на процесс завернув кудрявую головку между своих грудей, пока ее рабочая зона наконец не вошла в резонанс и понеслась к очередному оргазму, заставляя подаваться навстречу и изгибать как кошечка спину, насаживаясь до упора и охая при каждом шлепке моего паха по замечательным булкам. Мокрая писька хлюпала, издавая неприличные звуки, пока в один момент не сжалась, захватив в плен активного бойца, и потянула за собой на распластавшееся ничком тело испытывающее очередной оргазм. Я даже удивился, когда нашлись резервы обозначая мой финиш подергиванием плененного бойца и выдачи скупой «слезы». На этом один «прощальный» вечер закончился, после которого наступило прощальное утро, полдень и опять вечер.
Уезжал я с огромным «облегчением» под смех моей жены, которая сочувствовала моему виду и подтрунивала, что я похудел прямо на глазах.
В общем вернулся в университетский городок полностью расслабленным, готовым к любой работе, кроме сексуальной, ха-ха! Проф сразу нагрузил меня канцелярской работой, и я целыми днями пропадал на работе, возвращаясь домой вечером и пробуя очередное блюдо, тренирующейся в готовке женушки.
— Оладьи! — Гадал я под внимательным взглядом малахитовых глаз и старался не скривить лицо от вкуса продукта.
— Это котлета! Вкусно? Не ври! Попробуй тогда салат!
Я безропотно все съедал и врал, что сегодня получилось лучше, чем вчера и гладил животик жены под ее горестные вздохи. Затем перебирался на любимые грудки, которые становились краше с каждым днем, а жена послушно поворачивалась спиной и предоставляла в мое распоряжение свою норку, слушая от меня хвалебные оды своим розовым ушкам, гладкой спине, упругим грудкам и далее вслед моим шаловливым ручкам, пока наше единение не захватывало нас целиком, оставляя лишь звуки лихорадочного дыхания, стоны и шлепки встречающихся тел, завершающиеся почти всегда одновременным оргазмом наших нижних органов и чувством общего наслаждения проникающих друг в друга сознаний, усиливающих гармонию единения до невообразимой высоты. Часто мы улетали так далеко, что засыпали соединенные друг с другом, особенно когда мы это делали лицом друг к другу, глядя глаза в глаза и обоюдно читая наши мысли, наполняющие нас нежностью и восторгом, иногда приводящие к тихой разрядки наших чувствительных органов соединенных в полный контакт. Обычно это я делал первым делом, как только теплая женушка попадала в мои объятия.
Вскоре растущий живот стал мешать нам любиться в фронтальной позиции, зато груди налились и стали выделять капельки мутной росы, которые я с восторгом слизывал, помяв руками увесистые сосуды и сжимая твердые соски до появления результата.
В общем, наш ребеночек рос в любви и ласке, ха-ха!
Через два месяца прилетела окольцованная Китти, которая сбежала от своего мужа, с которым должна была провести «медовый месяц» на берегу океана.
— Представляете! — Возмущалась она. — Мало того, что его вялая сосиска стоит только если к ней привязать линейку, так она еще и размером не больше моего пальца! — Китти выставила сравниваемый предмет, и мы одновременно прыснули от смеха, представляя подобное зрелище. — Так что я помучилась пару дней, да махнула к вам, пусть развлекается без меня, тьфу! Ой! Какой животик! — Мери встала из-за стола и Китти увидев приличную выпуклость на талии тут же обхватила ее руками и припала щекой. — А она уже шевелится? И-и-и! Мне так нравится!
Перед сном меня «жестоко» использовали и отправили спать на диван, а сами еще целый час шептались и хихикали, обсуждая меня, ребеночка, процессы беременности и много еще чего, но я уже спал и не слышал.
Время потекло, стремительно набирая обороты. Работа, семья, семья, работа. Мери фонтанировала перепадами настроения и Китти меня очень выручала, принимая заботы о ней и доме на себя, к тому же обеспечивала мне регулярный секс, полностью отстранив от этой обязанности мою жену. Так что устроился я, можно сказать, неплохо! Стив не подвел и закрыл контракт, изготовив с друзьями и подручными пятьдесят компьютеров. Вернул мне деньги и организовал цех по производству компьютеров, поставляя их в магазины для продажи в розницу. Короче, дело пошло, как и ожидалось, так что теперь можно просто сидеть сложа ручки и ждать, когда миллионы и миллиарды найдут своего «папочку», ха-ха! В университете тоже было все на мази. Преподаватели давно оценили меня с лучшей стороны, а тут еще студенты повалили на наш курс, вдвое больше обычного, что профессор отнес полностью к моим заслугам, что было не так уж и далеко от истины.
В один из теплых «зимних» дней ко мне подошел высокий мужчина, когда я выходил из магазина, где покупал для своих женщин всякие мелочи.
— Мистер Каллахен! Добрый день! Меня зовут Рен Биркин. — Поздоровался он без всякого акцента, но я сразу понял откуда родом этот джентльмен.
— И вам не хворать! Вроде меня учили отвечать именно так. Я не ошибся?
— Все правильно. Вы могли бы уделить мне совсем немного времени?
Я был не против, так как было просто интересно, что понадобилось моей бывшей-будущей Родине.
— Нас впечатлила ваша статья о будущем Америки. — Сказал местный резидент, когда мы прошли в сквер и сели на лавочку.
— Не «будущее», а прогноз будущего! Согласитесь, это большая разница.
— Соглашусь… Вы случайно ничего не узнали о Страннике? —
— И как по-вашему я мог бы это сделать? Я верчусь между беременной женой и работой, ищите своего Странника сами!
— Кстати, известная вам гражданка Маресьева родила прекрасного мальчика… — Собеседник замолчал, а я мысленно порадовался за красивую женщину.
— Думаю, что есть еще с десяток женщин родившие детей, к которым я имею определенное отношение. Я рад что ее проблема разрешилась. Что еще?
— На этом все. А от нашего правительства передаю вам официальное приглашение посетить Советский Союз, можно с семьей.
— Спасибо. Возможно воспользуюсь, когда ребенок подрастет. Передавайте привет Сталину! — Я улыбнулся в тридцать два зуба, а резидент советской разведки кольнул внимательным взглядом и кивнул, вставая со скамейки вслед за мной и протягивая на прощание руку.
— На всякий случай. — Он достал из кармана и протянул мне визитку. — Позвоните, когда появится желание выехать в СССР.
Через две недели Мери родила чудесную девочку, отчего Китти пришла в совершенный восторг, увидев ее изумрудные глазки и готова была остаться в роддоме, но ей не позволили.
Я на радостях защитил диплом, так как проф постоянно меня понукал и нудил, заставляя ходить и сдавать предметы, к которым я совсем перестал готовиться, так как ректор недвусмысленно высказался перед коллегами, чтобы у меня не было с этим проблем. К тому же преподаватели меня хорошо знали и были уверены, что я все равно имею неплохие знания по их предмету, что было не так уж далеко от истины.