Гуд бай, Америка! Книга 2 (СИ)
— Это, который кинопродюссер? — я лежал рядом расслабленный после усердной работы и любовался занимательной инсталляцией на нашей кровати.
— Он самый. Может мне все-таки встретится с ним? Он мне звонил как ты вернулся из СССР и вчера звонил опять.
— Встреться. Думаю, ему придется придумывать фильм, где героиня будет ходить с большим животом.
— А… — Жена задумалась и спустя несколько секунд сложилась на бок, воззрившись на меня и обдумывая мои слова. — А ребенка пока может и не быть! — Милая зажала ладошкой промежность и помчалась в ванную. — Я ему вечером позвоню! — Донеслось оттуда, а я подумал о кривой, которая рано или поздно вывозит туда, где человеку назначено быть природой. Прятать такую красоту от людей — просто преступление, хоть я и эгоистично до последнего надеялся пользоваться ею в одиночку, хе-хе.
— Ты уже намылилась? — Я коварно прокрался в моющейся жене и протянул загребущие руки к мокрым булкам.
— Боб, — жена задумчиво стояла под струями, а я ласкал ее скользкие груди. — Давай подождем с ребенком? Я тут подумала… — Я не дал ей договорить о чем она подумала и закрыл ей ротик поцелуем.
— Раз уж в тебе все равно полно моих семечек, давай потремся изнутри напоследок.
— Хи-хи! Почему напоследок. Есть ведь еще наш любимый график, если еще не поздно, конечно…
Через неделю жена обрадовала обоих «красным» днем календаря и еще через три дня умчалась в Нью-Орлеан на кинопробы. Я сильно расстроился, но не стал ее удерживать, прекрасно понимая к чему с большой долей вероятности приведет этот путь. Но, как я уже озвучивал, прятать возможную мировую знаменитость не совсем правильно. Пусть попробует. Жизнь то у нас длинная, успею еще сделать ей бебика.
— Профессор! Какие задачи? Мне нужно больше работы! Мне нужно чертовски много работы! — Озадачил профа на следующий день после отъезда Мери.
— Что случилось?
— Мери поехала сниматься в кино.
— Это же здорово! Я давно говорил, что ее красота не для одного человека, хоть и весьма симпатичного, ха-ха! Не расстраивайся! Мы будем ею гордиться! На выпей!
В этот день работы мне не нашлось, зато профессор угодил вместе со мной в стриптиз клуб, и мы изрядно поддатые совали за тонкие резиночки написничков зеленые купюры, не забывая другой рукой ощупывать упругие булочки.
— И почему я до сих пор тут не был? Ик! — Проф не обладал моей стойкостью организма ко всяким ядам и совсем поплыл. — Где тут номера? Мне вон ту сисястую заверните! — Профессор махнул рукой с оттопыренным почему-то средним пальцем и пошатнувшись упал на диванчик, захрапев в бородку. Вынужден был взять его на «поруки» и везти к себе домой.
Утром проф проснулся с жуткой головной болью и мне пришлось полечить его наложением своих рук и подачей внутренней энергии, которая живительной волной прошлась по организму шефа и привела его в сильное восхищение.
— Ого! Я почувствовал себя моложе лет на двадцать! Даже женщину захотелось! Извини, Бобби! Но мне срочно нужно в ванну! — Профессор скомкал на себе простыню и скрючившись пошел в туалетную комнату. Там долго плескался и вышел действительно помолодевший на вид, напевая песенку весьма фривольного содержания.
— Мальчик мой! Я уже и забыл, как прекрасна жизнь! — Проф сел за стол и ухватил парящую кружку кофе.
— Не знал, что у вас проблемы!
— А ты думаешь, почему я один? Мой репродуктивный аппарат не функционирует как ему положено, вот я и не женился до сих пор. Так что эффект от твоего лечения изумил меня до полного опустошения, ха-ха!
— Так в чем дело, профессор⁈ Я вас полечу! Или вы не хотите жениться?
— Жениться — нет. А вот полечиться — да! Может удастся мне удивить миссис Коннел, которая все еще надеется, что я ей вдую, ха-ха-ха!
Через неделю профессор все же осуществил свое намерение и теперь ходил по коридорам университета важный как сенатор, а миссис Коннел сдувала с него пылинки и почти выселила меня из кабинета. Вот тебе и ха-ха!
— Милый! У тебя все хорошо? Пробы прошла, теперь снимаюсь в небольшой роли, но скоро будет фильм, где мистер Гаррет обещает мне главную роль. Ты меня любишь? И я тебя безумно! Приеду через неделю, может через две, готовься!
Примерно так проходили наши почти ежедневные переговоры по телефону, когда женушка звонила по межгороду. Меня неизменно целовали миллион раз и грозили изнасиловать, а я напрягался и хотел. Иногда даже возникала мысль разыскать Синтию, но пока держался, только за счет нагрузки в университете, которую взвалил на себя добровольно, участвуя во всех соревнованиях, куда меня брали спортивные деятели нашего универа. А так как я подходил почти под все виды спорта, то руководители команд дрались за меня не на шутку, так как мой рост и сила играла решающую роль во многих соревнованиях.
— Команда! Сегодня играем на Каллахена! — Тренер давал инструктаж перед очередной игрой чемпионата вузов в Американский футбол. — Метью! Не тормози с пасом! Боб! Не смей жалеть соперника! Запомни! Ты машина! Ты танк! Сокруши их! Дави!
Мы сокрушили, и восторженные фанаты в окружении девчонок из группы поддержки понесли нас в автобус на руках, где милые чирлидерши сверкая трусиками облобызали парней до полного офигевания. Я с трудом держал себя в руках, которые были заняты восторженной девушкой с выдающимися данными.
— Никаких пьянок и оргий! — Воззвал к порядку тренер. — Если выиграете чемпионат, обещаю поставить ящик самого лучшего виски и любых девушек на выбор! Можете трахнуть даже меня! Ха-ха-ха!
Чемпионат мы с трудом, но выиграли и от греха меня спас только своевременный приезд моей любимой.
Моя женушка с незнакомой прической, постройневшая за счет выгодной подачи слегка увеличенных нижних и верхних девяноста, сошла с автобуса с плащом и небольшим чемоданчиком в руке.
— Боб! — Помахала рукой и поплыла по площади привлекая к себе взгляды и мужские и женские. Мое сердце забилось, и я стоял, любуясь совершенной красотой, которая с улыбкой мадонны подошла и встала в шаге, вспыхивая зелеными искрами в глубине глаз.
— Разрешите представиться! — Алые губки, сводя с ума нежным изгибом, выдали безупречным голосом. — Миссис Каллахен, к вашим услугам! Может обнимешь меня, истукан! Люди смотрят!
Я физически ощутил разочарование мужских вздохов, обнимая и целуя свою женщину.
— Привет, любимая! Ты изменилась…
— Прическа понравилась? Правда мне идет⁈ Поехали скорей домой! Я ужасно соскучилась!
— Милый, я помоюсь с дороги. — Мы зашли в наш домик, и я загляделся на неуловимо повзрослевшую жену, ставшую взрослой леди и разившая красотой прямо в сердце. — Что не так, дорогой? Ты странно смотришь! Я быстро!
Разделся и залег в кроватку, ворочая в голове мысль, которая крутилась и соскальзывала, не желая оформляться в неутешительный для меня вывод.
— А вот и я! — Моя женушка в купальном халате вышла из ванны и встала, подняв руки ладонями вверх в виде ручек большой вазы. — Потерпишь минуту, я волосы подсушу? — Под жужжание фена я подумал: «А раньше бы мы не дошли бы даже до кровати! Не говоря уже о душе и сушке волос». — Готово! Будешь смотреть⁈ — Жена закончила с феном и, встав у кровати, откинула одну полу халата и тут же вернула ее на место, засветив половину обнаженной фигуры. — А⁈ — Воскликнула, задорно блестя своими малахитами. Затем засветила вторую половину великолепного тела и запахнувшись стала медленно оголять плечи, смотря в сторону и делая невозмутимое лицо. Халат зацепился за кончики упругих грудей и пригнув их к низу скользнул вниз, освобождая подпрыгнувшие безупречные перси. — Как тебе? — Постояла пару секунд, придерживая на бедрах махровую ткань и отпустила, мгновенно обнажив всю фигуру идеальной статуэтки. Я залюбовался, а Мери, скрестив коленки, стала медленно водить плечами и бедрами, томно вздыхая и закатывая глаза. Это когда же она успела научиться⁈ Ревнивая мысль кольнула сердце, но я отогнал ее и принял в объятия рухнувшее на меня тело.
— Наконец то! — Милая, дрожа от возбуждения, вжалась в меня и зарылась лицом в мою шею. — Я так скучала…