Пернач. Дорога проклятых (СИ)

— Это особая конструкция, — пояснил я.
— Да неужели. Давай проверим. Дылда, приведи-ка ко мне того креста. Ну, который вчера сбежать пытался. Я же обещал его наказать. Как тебя звать? — это уже ко мне вопрос.
— Александр, но многие зовут меня Сантой.
— Что за блядское имя?
— Какое есть. И вообще, мужики, кончайте уже этот маскарад. Вы зачем так вырядились? — спросил я и увидел полное непонимание в глазах Каспера.
— Как так?
— Как черти из мира, в котором лет триста бушевала ядерная война.
— Ух! Ты откуда свалился, Сантадрей или как там тебя?
— Я… — но договорить я не успел. Привели одного из доходяг. Это был истощенный паренек лет двадцати. Его поставили на колени, и Каспер передал ему шлем.
— Надевай. Мы хотим проверить насколько бывает прочным пластик.
— Но, — начал было я, но бедолага быстро нацепил шлем. Каспер сильно размахнулся молотком и опустил его на голову парнишки. Тот закричал, но шлем выдержал, только царапина осталась.
— Неплохо, неплохо! — вожак принялся лупить молотком как ошалелый, а я стоял в полном охеревании от происходящего. Меня крепко держали сзади, так что я никак не мог помочь этому бедолаге. Глухие удары молотка почти совпадали с моим тактом сердца.
— Фух, заебался я чо-то, — Каспер вытер пот со лба и засунул молоток за пояс, — да, хороший пластик, но посмотрим как он выстоит против Джиги. Эй, Джига, тащи свою сраку сюда. Да побыстрее.
Из толпы вышел мужик, который был здоровее меня. Ростом под два метра и косая сажень в плечах. Все его бородатое лицо было покрыто татухами, которые делал явно ребенок, либо настоящий мастер портаков. В руках Джига держал тяжеленную кирку на длинной ручке.
— Да вы же убьете его! — воскликнул я.
— Нет, мы проверяем пластик! — рявкнул Каспер.
Джига молча прошел мимо меня и закинул кирку на плечо. Затем он замахнулся ей, и острый шип вонзился в мой любимый шлем. Вот и конец парнишке. И “Шарку” тоже. Тяжелая кирка пробила и экип и череп. У креста потекла изо рта тонкая струйка крови, а Джига выдернул свое страшное оружие из раны.
— Я же говорил, что пластик — говно, — Каспер недовольно поморщился, — ладно, Сантадр, давай раздевайся, а ты, Джига не уходи. Ебнешь его по-быстренькому да поедем. Мы и так отвлеклись.
— Да вы совсем ахуели! — заорал я и рванулся к вожаку, но тут меня повалили и принялись избивать и раздевать. Я быстро понял, что лучше не сопротивляться, но все равно принялся извиваться и отбрыкиваться. Пофигу. Не помогло. С меня сняли жилет, перчатки, джинсы, ботинки. Оставили только футболку, трусы да носки.
Кто-то четко щелкнул мне по темечку дубинкой, и я почти отключился. Даже не чувствовал как меня ставят на колени.
— Весь мертвяк по коляскам распределите, одного бросьте в клетку, только смотрите, чтобы кресты раньше времени не сожрали, — распоряжался Каспер, а затем я услышал гул моторов. Кто-то подъезжал к нам сзади.
— Вольница! — воскликнул кто-то, — они приехали!
— Они всегда не вовремя. Джига, погоди пока, — сказал вожак палачу и подошел ко мне, весело потрепал по голове, — возможно, ты даже будешь жить. А может и нет.
Я разлепил глаза, заплывшие от синяков и увидел несколько длинных мотоциклов с пружинными вилками. Байки тоже были собраны из какого-то хлама и выкрашены голубой краской. А еще у них на баках были номера. Сорок пятый, рассмотрел я.
Мотоциклы остановились, и Каспер пошел здороваться с их владельцами.
- “Ублюдки” как всегда в своем репертуаре, — послышался недовольный женский голос, — я дала вам четкие координаты места встречи. Какого хера вас там не оказалось? Вы что, думали мы будем вас искать?
— Я тоже рад видеть тебя, Зая. Извини, мы немного отвлеклись. Увидели на Дороге быструю яркую вспышку и решили проверить. Мы бы вернулись на место встречи. Просто устали вас ждать.
— Вольница никогда не опаздывает, и не ищет опоздавших уж тем более. И что это была за вспышка? — поинтересовался голос.
— Байк, но какой-то странный. Ты же вроде как со Слепыми якшаешься. Хочешь взглянуть на наш улов?
 
— Давай.
Я закрыл глаза и услышал шаги. Ко мне подошли несколько человек.
— Кто это? — спросила женщина.
— Без понятия. Какой-то там Ондатор. Знаешь, я столько всяких болванов на Дороге перекрошил, так что не люблю много времени на всякое говно тратить. У нас же все быстро, ты знаешь.
— Поднимите его, — приказала Зая, — откуда он?
— Да я откуда знаю? Просто ехал по дороге. Убил одного из наших. Но это нормально. Таков путь. У нас постоянно кто-то дохнет. До Перевала доедут не все.
— Это его вещи?
— Угу. У него еще шлем был из пластика, очень ненадежный. Мы его киркой пробили.
— Мда уж. Ты, кстати обратил внимание на его штаны?
— Нет еще.
— Они из очень сложной ткани. Погляди как ниточки лежат. Одна к другой. Ты видел такую одежду?
— И правда. Нет, не видел.
— И ботинки. Подошва из резины с интересным протектором. Не из покрышки вырезана.
— Вот недаром в Вольнице самые крутые следопыты обитают! — радостно воскликнул Каспер, — какая ты все-таки, Зая, наблюдательная. Глаз — рубин!
— Алмаз вообще-то. Жилет из плотной кожи. Это обычное явление, но вот его нашивки. Смотри. Он точно из какой-то банды.
— Думаешь, он разведчик? И сейчас сюда приедут его дружки в пластиковых ведрах на голове? — Каспер слегка насторожился, — тогда почему он был вооружен одним ножом? Где сигнальный пистолет? Где рация? Где нормальное оружие? Хотя бы самострел. И почему он ехал по Дороге? Тут что-то не сходится, Зая.
— Вот я тоже так думаю. Где его байк? Он целый? Пригоните его сюда. Да уж, хорошо тебя, Ондатр, обработали.
— Я Александр, — прохрипел я, чувствуя боль во всем теле.
— Сложное имя, глаза открой. Не бойся.
— Да я и не боюсь, — я медленно поднял веки и увидел невысокую девушку. На ней были серые просторные штаны, голубая курточка с номер “45”, кожаные перчатки и хорошо выделанная железная каска. На вид девчушке было лет двадцать пять от силы. Лицо кругловатое, простое. Глаза немного раскосые и почти черные. Татарка, наверное. Верхняя губа с дефектом — расходится как у зайца, но не сильно. Вот почему ее так зовут.
— Ты из какой банды? — спросила она.
- “Мэддогс ЭмСи”, - ответил я, — я там полный мембер.
— Какое странное название, — девушка перевернула мой жилет и стала рассматривать цвета моего клуба. Красный доберман внутри белого круга из мотоциклетных цепей.
— Вышивка очень тонкая. Прямо ювелирная, — Зая зацокала языком, — никогда не видела такого уровня мастерства.
— Это машина шьет. Станок специальный, — ответил я.
— Да? — девушка напряглась.
— Да кончайте эти картинки разглядывать. Я подобное говно даже за цвета не считаю, — буркнул Каспер, — все знают, что настоящие цвета вырезаются из нержавейки, красятся и клепаются к броне. Ну или татуируются, ибо клуб — это навсегда! Так откуда ты, чудик, такой нарядный к нам приехал?
— Челябинск, — ответил я.
Вокруг воцарилась тишина, а затем по толпе пошел шепот.
— Откуда? — не понял Каспер, — я, кажется, ослышался.
— Да, Челябинск, блядь! — выкрикнул я, — город такой.
— Вот же пиздабол! — затем последовал несильный пинок в живот. Касперу явно не понравился мой ответ.
— Какой нахуй Челябинск? Это же дыра! Помойка ебаная! Там невозможно жить! Полчаса в Челябинске, и с тебя слезает кожа, кровь течет из всех пор и ты дохнешь! Так что, Ондатр, ты пиздишь!
— Ты прав, — согласилась с ним Зая, — война превратила этот город одну огромную свалку ядерных отходов. Там очень высокий уровень радиации. В Челябинск можно попасть, но покинуть его — никогда.
— Как и Омск! — подтвердил Каспер, — мы проезжали рядом с теми городами. Эти ебаные руины даже ночью за километр светятся. А он утверждает, что живет там! А вот, кстати, и его байк.
Я открыл глаза и увидел свою любимую “Драгу” — да ей несильно досталось. Дуга сточена, зеркала разбиты, руль выгнуло, на баке вмятина, боковой кофр разошелся, да подножка искривилась. В целом нормально. Ехать можно.