Притворная дама его величества (СИ)
— Герцогиню де Бри отдалили от двора, — торопливо начал Пьер, когда я пригласила его в небольшую комнатушку, уселась в кресло и приказала затворить дверь. — А мне его милость маркиз велел неотлучно находиться отныне здесь.
Я наклонила голову. Врет? Возможно, но он не может быть уверен, насколько быстро я перепроверю эти слова. Я не делала распространенной ошибки — не считала Пьера конченым дураком. Он достаточно времени терся тут и должен был научиться просчитывать на пару шагов вперед.
Но что-то в его словах меня смутило. Что-то я такое точно читала… может, в школе учила? Что-то про то, что слуги подчинялись только своим господам, и никто другой, даже король, распоряжения им давать не мог. Или я что-то путаю… Вассал моего вассала — не мой вассал, так оно или же нет? Ладно. Сейчас попробуем разобраться.
— Зачем ты нужен господину маркизу?
Пьер смутился.
— Ну? — поторопила я. Нельзя давать ему много времени на раздумья. — Так зачем?
— Я знаю герцогиню, знаю ее планы… ну, что она хотела одну из вас, да простит меня ваша милость, как его величество войдет в возраст…
— Я поняла, не продолжай насчет этих планов. — Секрет Полишинеля. Наверное, прогноз, какая девица займет пустующее место на ложе его величества, делали даже дворцовые крысы — в смысле серые наглые твари, а не придворные приживалы, и, может быть, делали ставки. Тотализатор, один к десяти. — Какие планы были у герцогини? Говори как есть, я многое знаю.
Пьер потупился. Мне показалось, картинно, но придраться было не к чему.
— На вас она особых надежд не возлагала, ваша милость.
Да я не это хочу от тебя услышать, козел ты напомаженный, хотела заорать я, но не стала. Что, неужели герцогиня была в отношении королевы осторожна и рассчитывала на мирное разрешение конфликта?
— Ей, скажу честно, как на исповеди, ваша милость, было не так важно… — он пожевал губы. — Как господина маркиза от его величества удалить, а на его место поставить своего племянника.
Я обмозговала эти данные. То есть ей девица подле короля нужна была как промежуточный этап? Это если Пьер не врет и не продумал все заранее или не вот прямо сейчас.
— Ладно, — я сделала вид, что приняла это к сведению. — Что еще?
— Ну что еще, ваша милость. Вот, — и он зашарил рукой в кармане. Я насторожилась. — Она так споро собралась, что и не заметила пропажи, поди.
Да он предлагает мне взятку?
Кольца, и дорогие. Часть из них я видела на пальцах герцогини. Заколка для волос. А вот ей и убить, кстати, можно. Брошь. Еще одна.
— Она мало платила мне, ваша милость.
Оправдался. Я раздумывала: взять или нет? То, что я возьму взятку, меня ни к чему не обяжет. Совести у меня нет, не по отношению ко всем этим людям. Если я возьму, Пьер решит, что я как раз буду к нему снисходительна. С другой стороны: он ведь может тотчас использовать это против меня. И вообще, брать краденое… что тут, интересно, полагается за кражу? А в крупном размере? А у своей госпожи? А пособнику? Нет, ну его к черту.
— Пошел вон, — коротко бросила я, поднимаясь. — Совсем пошел, чтобы я тебя здесь не видела.
И я это, конечно, проверила. Дамы до такого не опускались — смотреть, кто из слуг где спит, мне же приличия были без разницы.
Я легла в постель и закрыла глаза. Ну как, одну ночь я смогу поспать или нет? Минут через тридцать я поняла, что нет, все тлен, и лучшее, что я могу для себя сделать, это не слишком ворочаться. Больше шансов, что я усну, если буду лежать смирно.
Где-то спустя час или чуть больше я проснулась от тихого звона колокольчиков.
Они звенели, в общем-то, постоянно. Люди просыпались, ходили в уборную, я только по звуку ориентировалась, где что звенит. Близко от покоев королевы или же далеко. Сейчас он звякнул близко и однократно.
Я вскочила, схватила кинжал. Этель подняла голову от подушки.
— Быстро, за мной, — скомандовала я. — Но только тихо.
Мои девушки были лучшими бойцами. Придворный спецназ. Крадучись, мы проверили комнаты Софии. Тишина, пусто. Ветер? Мне показалось? Королева спала, Антуана привстала при нашем появлении, я поводила свечой — никого, и мы ушли.
После завтрака я уехала с инспекцией. Как идут дела у мадам Ассо? Ну и что греха таить — там еще толклись купцы с товаром.
У вас товар, у нас купец. А хотите наоборот? У нас товар, господа купчины. Я искренне злилась. Ни один толстопуз не обращал на меня никакого внимания, и я так, очень деликатно, крайне деликатно, исподволь, расспросила Лили о том, на ком купцы предпочитают жениться.
— Так понятно же, на таких как я, — рассмеялась Лили. У нее уже намечался животик, и я подумала, что она спешила с замужеством не просто так. — Чтобы барышня вроде приличная, но такая, — она обрисовала руками нечто вроде фигурки и пышных волос. — Но простая. Ваша милость Этель хочет замуж выдать?
Да я и сама была бы не прочь, разочарованно вздохнула я. Из дальнейших рассказов я почерпнула: месье Дюма, описывая супругов Бонасье, умудрился соблюсти историческую точность. Вот на таких вот инстаграмных курочках, как Констанция, и женились купцы. Другие варианты ими практически не рассматривались, ну разве что объединение капиталов. Тьфу, пропасть. Обидно-то как. И капитал у меня есть, но как же мешает титул.
Во дворце меня ждал неприятный сюрприз: Марселин слегла. Я, впрочем, извлекла из этого выгоду. И хотя явился очередной незнакомый мне врач, он обо мне оказался наслышан. У Марселин была «весенняя хворь» — то ли аллергия на начавшееся цветение, то ли какое-то обострение, но так как все остальные после завтрака чувствовали себя отменно, я исключила отравление. Она была бледной, лицо и пальцы стали отечными, глаза слезились, ее тошнило. Мне, конечно, симптомы не говорили ни о чем, а местный доктор удовлетворился собственным невнятным диагнозом, но назначил какие-то микстуры.
Я принялась расспрашивать доктора о том, как он хранит свои снадобья и как вообще их готовит.
Конечно, он торопился. Может, там кто-то еще помирал из придворных и не очень дам. Но и сбежать от меня ему не особенно улыбалось — я была персоной значимой против собственного на то желания. Снадобья готовили сам доктор и аптекарь, никакие нормы и тем более гигиена при этом не соблюдались, вода — ага, почему-то для лекарств допускалось использовать ту воду, которой легко было здесь свести человека в могилу. Так-так.
Мадам Ассо тут мне не помощница. Луи? Симон? Надо подумать. Пьера нигде не было, хоть это приятная весть, я дождалась каменщика и объяснила ему новую задачу. Вот кто-кто, а каменщик четко знал, чья рука его кормит. В один миг стать таким незаменимым человеком при дворе и получить стабильный доход — вот это стоит дорого.
Герцогиня де Бри, покачала я головой, узнав, что маркиз куда-то уехал и сегодня нас не посетит. Вернуть ее и столкнуть с маркизой та еще задача просто потому, что для начала нужно, чтобы какой-то гонец до нее доехал. Может, дело не пары дней. Но пока я могла дать себе передышку.
Глава тридцать вторая
Ночью меня разбудило… что-то. Как будто бы тихий вскрик. Я подскочила — звон колокольчиков, голоса, встревоженные. Уже не расталкивая Этель, некогда было, я вылетела из комнаты, как была, в неглиже. Да переживут, эстеты.
Проклятая рубашка путалась в ногах. Надо приучить их к пижамам.
— Она умерла! Господи всемилостивый, она умерла!
Антуана говорила об этом так, словно радовалась. Ну… я ухмыльнулась. Ее ведь планировали отдалить от королевы, так что повод перевести дух есть не у нее одной. Мне тоже, как ни грешно, можно вздохнуть спокойно.
Маркиза де Меруж отправилась к своим в бозе почившим мужьям. Ничего странного в этом дамы не нашли — какая-то служанка, забежавшая к нам, поделилась с подружкой, та передала жуткий рассказ служанке рангом повыше, та разбудила служанку Антуаны — в общем, до моих ушей дошла сущая страсть. Маркиза распухла донельзя и задохнулась.