Совершенный вид. Зов Неолы (СИ)

Дафна вздрогнула, представив, что стало бы с людьми, вздумай они сунуться туда в обход роботов. Оглянулась на лазерную установку антроповильцев, готовую к ответным действиям, но сам выстрел пропустила: в этот момент на ее запястье ожил, завибрировав, коммуникационный браслет.
– Слушаю, Центр, – произнесла она, торопливо нажав кнопку приема вызова.
– Деймос и сопровождающие его дейнары приближаются к Холму, – бесстрастно сообщили ей в ответ. – Будут у вас через пару минут. Боевая группа уведомлена.
– Вот черт, – прошептала девушка, обводя взглядом повернувшиеся к ней лица друзей. – Деймос таки решил составить нам компанию…
Снаружи, между тем, все уже было кончено: из осыпавшегося по краям и заметно расширившегося провала в боку Холма валил дым, и по парящим над самой землей дронам больше никто не пытался стрелять. Однако маленький отряд Гая не спешил приближаться к Холму; все пятеро полицейских застыли на месте, вскинув свое оружие и всматриваясь в противоположный конец поляны.
Ждут появления Деймоса, поняла Дафна.
Не выдержав, она открыла дверь флаера со своей стороны и спрыгнула на землю прежде, чем Трис успел ее остановить. Подбежала к брату, вновь надевшему шлем, спросила, выравнивая дыхание:
– Что будем делать?
– Наблюдать, – коротко ответил Гай, покосившись на нее с неодобрением, которое она скорее почувствовала, чем сумела различить за темным стеклом его визора.
– Наблюдать?
– Оружие нам разрешили применять исключительно в целях самообороны.
– А если он попытается прорваться к Холму?
– Дроны его не пропустят. И мы – тоже.
– Как и я. – Раздался рядом полный холодной угрозы голос Триса; Дафна и не заметила его бесшумного появления.
Через минуту они показались на поляне, внезапно вынырнув из тени чащи справа от Холма: с дюжину Озерных, вооруженных примитивными копьями, и Деймос, уверенно и неторопливо шагающий впереди. Высокий – выше большинства своих спутников – с широченными плечами, бугрящимися под кожей мышцами и спутанной гривой темных волос, ниспадающих на угрюмое, резко очерченное лицо, он почти осязаемо излучал дикую, яростную, опасную силу. Даже Дафна, не обладающая никакими необычными способностями, это почувствовала – и невольно поежилась под жарким неольским солнцем, на мгновение переставшим ее согревать.
Они сошлись в центре поляны прямо напротив Призрачного холма: Деймос с Озерными с одной стороны, Мегрои и Декку, возглавляемые своими аданами – с другой. Кор встал по правую руку от матери, и Трис, обойдя оставшихся на месте людей, присоединился к ним. Дафна было тоже шагнула вперед, но Гай остановил ее, крепко схватив за руку.
– Итак, вы все-таки позволили людям захватить Холм, – вместо приветствия заметил Деймос, вперив холодный взгляд своих красновато-янтарных глаз в Дарнис.
– Завеса пала сама, – пожала плечами та. – Мы должны были обезопасить себя.
– Стражи бросаются лишь на тех, кто осмеливается приблизиться к Холму.
– Так было, но…
– Ну, а ты? – не дослушав, модификант повернулся к Армэ. – Тоже перешел на сторону людей? Предал свой народ?
– Не перешел, – хмуро ответил мужчина. – Мы здесь, чтобы убедиться, что люди не причинят Холму вреда. Дарнис права: Холм стал для нас опасен.
– Люди должны уйти, – непререкаемым тоном отрезал Деймос. Озерные за его спиной согласно, недобро загудели.
«Неужели на них все еще действуют чары Хель?» – в отчаянии спросила себя Дафна, безуспешно пытаясь выдернуть руку из железных пальцев брата. Ей хотелось подойти поближе, встать рядом с друзьями, посмотреть в лицо Озерным в надежде найти в них проблески осознания того, кем на самом деле был их обожаемый адан. Но Гай явно не собирался ее отпускать.
– Уйти и оставить Холм тебе? – понимающе усмехнулся Кор.
Деймос смерил его пренебрежительным взглядом.
– Холм принадлежит нам, Дей’н’Ар. Он не должен попасть в руки врага. Люди издевались надо мной и моими товарищами, держа нас в плену; они убили Хель, как когда-то – Руфуса... Твою дочь убили, если ты забыла, – едко напомнил он Дарнис.
 
– Хель загрыз вирис, защищая меня и Дафну, – вмешался в их разговор Трис. Его низкий голос вибрировал от едва сдерживаемой ярости: похоже, упомянув Элео, модификант его не на шутку разозлил. – А Руфуса убил я – и сделал бы это снова. Он был чудовищем!
– Видите? – Деймос чуть обернулся через плечо, обращаясь к Озерным. – Они тут все заодно! Глупцы, да вы глазом моргнуть не успеете, как люди захватят всю Неолу, вырубят ее леса, истребят Дей’н’Ар... Пусть уходят обратно за стены своего города и не лезут в наши земли! Декку! Вы с нами или против нас?
– Мы за всех Дей’н’Ар – и за мир на Неоле, – твердо отчеканил Армэ. – Что ты предлагаешь – прогнать людей силой? А если мы вам воспротивимся – нападете на нас, своих собратьев? Так, дети Озер?
Дейнары за спиной Деймоса заворчали, переглядываясь – чуть смущенно, но по-прежнему враждебно. Копья с обеих сторон пришли в движение, нацеливаясь друг на друга. Даже воздух, казалось, наэлектризовался от повисшего в нем напряжения.
Дафна почувствовала, как ее захлестывает смесь ужаса и беспомощности. Неужели дейнары в самом деле бросятся сейчас друг на друга, науськиваемые этим проклятым безумцем?..
– Гай. – Она умоляюще вскинула глаза на брата. Тот нехотя качнул в ответ головой:
– Нельзя. Если мы вмешаемся, начнем стрельбу, раним кого-то, нашим отношениям с дейнарами точно конец.
– Но они же сейчас сцепятся...
– Не думаю. А попробуют – тогда и вмешаемся. Таков приказ.
Он, наконец, отпустил уже онемевшее запястье Дафны, чтобы поудобнее перехватить свой пистолет, и та не преминула этим воспользоваться: прошмыгнула вперед и через секунду стояла рядом с Трисом. Амавари, впрочем, едва ее заметил; он не отрывал взгляда от лица Деймоса, и глаза его уже вовсю полыхали золотым огнем.
Дафна покосилась на застывшего чуть впереди нее Кора: в руке он сжимал костяной нож, который всегда носил с собой в поясной сумке. Вряд ли он действительно собирался пустить его в ход – по крайней мере, не против Озерных – но девушке все равно стало страшно. Что, черт возьми, здесь творится?
Она, как и все остальные, не успела понять, что произошло. Вот нож лежит в широкой, покрытой шерстью ладони юноши – а через мгновение его рукоять торчит из горла совсем еще молодого Озерного, стоящего сбоку от Деймоса. А модификант даже пальцем не шевельнул: просто прищурил свои дьявольские глаза, будто отдавая оружию неслышную для остальных команду. И никто, включая Триса, не успел его остановить.
Озерный тихо захрипел и, не донеся руки до горла, осел на землю, к ногам пораженных соплеменников.
А спустя один удар сердца дейнары схлестнулись в жестокой схватке – наверное, первой за все время существования Неолы.
Озерные, крича от ярости и неуклюже выставив перед собой копья, бросились на Мегроев и Декку. Деймос, наоборот, сделал неуловимое для человеческого глаза, текучее движение в сторону, отступая от дерущихся поближе к Холму, но далеко уйти не успел, настигнутый подскочившим к нему Трисом. Дафну, в растерянности застывшую посреди хаоса битвы, кто-то резко дернул за локоть, потащил прочь от дубасящих друг друга дейнаров. Она открыла зажмуренные глаза, глянула на своего спасителя: Кор.
– Уйди подальше! – рявкнул на нее он и тут же покатился по земле, сбитый кем-то из Озерных.
Девушка оглянулась на Гая, оставшегося по ту сторону толпы – он и его спутники стояли, вскинув оружие и держа дерущихся на прицеле, но пока не решаясь стрелять. К ним со стороны флаера бежал Алекс, сжимая в руке совершенно бесполезный шокер.
 
– Да стреляй же! – заорала Дафна брату, указывая пальцем в сторону Деймоса. Идеальный момент: модификант был так увлечен дракой с Трисом, что не замечал ничего вокруг – и, что важнее, вряд ли успел бы пустить в ход против атакующих свою «сверхъестественную» силу.
Однако услышал ее не только Гай. С хрустом впечатав кулак в челюсть Триса и отбросив его назад, Деймос повернул к девушке хищное лицо, половина которого была залита сочащейся из рассеченной скулы кровью. Ухмыльнулся, глядя ей в глаза, кровожадно и предвкушающее... а в следующее мгновение ее точно невидимой, чудовищно сильной рукой оторвало от земли и швырнуло вперед, в железные объятия Деймоса. Она пребольно впечаталась лицом в его твердую, точно каменную, грудь, сплющила нос, который тут же онемел – и слабо пискнула, когда Деймос грубо развернул ее и прижал к себе спиной. По губам ее потекло горячее – из разбитого носа, поняла она – но боль была какой-то отдаленной, глухой. Должно быть, из-за страха, заставляющего адреналин бурлить ее крови.