Совершенный вид. Зов Неолы (СИ)

– Не так сразу, – усмехнулась девушка, ласково погладив его по щеке. – Дай мне немного пообвыкнуться. Да и Фьюри остался там один… В следующий раз возьму его с собой – думаю, ему здесь понравится. Много еды, полчища других хвайков, ты рядом… Глядишь, и обратно в город не захочет.
– И у тебя будет повод почаще сюда заглядывать.
– Мне для этого не нужен повод. Ты же знаешь, как я люблю Лес… и тебя.
– Скажи еще раз, – прошептал он, притягивая ее к себе.
– Люблю тебя...
– Люблю тебя, – эхом повторил Трис и, осторожно обхватив ее лицо своими большими, опушенными шерстью ладонями, надолго приник к ее губам своими.
По пути в Антроповилль, пока ее флаер бесшумно мчался над тонущими во тьме лесами, Дафна вновь и вновь возвращалась мыслями к их утреннему разговору с Эммой. Женщина рассказала им, что несколько дней назад один из дронов Центра случайно обнаружил модификантов, пролетая мимо селения так называемых Озерных дейнаров, тех самых, к которым отправились Дарнис и Кор с соплеменниками. Понаблюдав за беглецами некоторое время, ксенологи пришли к выводу, что те пользуются среди Озерных большим авторитетом – а Деймос, судя по всему, и вовсе претендует на роль адана.
– Именно по этой причине мы не стали ничего предпринимать, – вздохнув, закончила свой рассказ Эмма. – С учетом того, что наши отношения с дейнарами только-только начали налаживаться, мы не можем навлечь на себя их гнев, причинив вред модификантам, которых они так почитают. Все, что мы сейчас способны сделать – просто наблюдать за ними. В конце концов, они слишком далеко от города, чтобы представлять опасность для его жителей…
– А для дейнаров? – вырвалось у Дафны.
– Дейнары относятся к ним чуть ли не как к божествам. Вряд ли им что-то угрожает.
– Не все дейнары. Мегрои тоже считают Деймоса и Хель опасными… А Озерные, по всей видимости, просто не знают, с кем имеют дело!
– Возможно. Но пока модификанты не совершили ничего, угрожающего безопасности людей – и дейнаров, конечно же – мы не намерены вмешиваться. В конце концов, Леонард Штром, повинный в гибели Элео, мертв, как и Руфус, убивший ту несчастную девушку…
– А как же люди, пострадавшие от рук Деймоса и Хель? Вы вообще понимаете, насколько эти двое опасны – с их-то способностями? Деймос же – психопат, жаждущий истребить человечество!
– Мы за ними наблюдаем, – с холодной невозмутимостью повторила Вайс. – И остановим их, вздумай они сделать хоть шаг в сторону Антроповилля. Таково официальное распоряжение мэра, Дафна – я здесь бессильна.
«Что ж, – думала девушка, невидящим взглядом уставившись в темное окно флаера, – теперь, по крайней мере, понятно, откуда Деймос мог узнать о Призрачном холме и Создателях. От Озерных… Но как, черт возьми, он стал у них главным? Быть может, Дарнис и Кор расскажут, когда вернутся…»
Мысль о Мегроях кольнула ее сердце острой тревогой. Трис тоже за них беспокоился, она это видела – но им оставалось лишь ждать и надеяться, что Деймосу хватит ума не трогать представителей дружеского племени. К чему ему сейчас лишние конфликты, когда его цель – наверняка Холм и сокрытое в его недрах оружие? Да и Эмма сказала, что за модификантами ведется почти постоянное наблюдение… С другой стороны, что Эмме до дейнаров? Ее, как и членов городского Совета, по сути, волнует лишь безопасность антроповильцев. И что люди успеют предпринять, вздумай-таки Деймос напасть на Мегроев?..
«Они вернутся завтра, – собрав остатки самообладания, постаралась внушить себе Дафна. – У Деймоса нет причины их убивать, а Дарнис достаточно благоразумна, чтобы не провоцировать его».
Довод казался здравым – и немного успокоил девушку. Вдали, у самой кромки горизонта, бросая вызов надвигающейся ночи, гроздью разноцветных огней засиял Антроповилль, и Дафна испытала смешанное чувство облегчения и тоски. За последние пару дней она так привыкла засыпать и просыпаться рядом с Трисом, что мысль о возвращении в пустую одинокую квартиру почти причиняла боль. Сейчас она бы, пожалуй, согласилась ночевать и на голой земле – лишь бы в объятиях любимого.
 
Что ж, впереди их ждет целая жизнь, и в самом деле неважно, где они ее проведут – в каменных лабиринтах города или среди зеленых исполинов Леса.
Главное, что они будут вместе.
  
Глава 8
 
Дарнис и ее спутники вернулись домой на следующий день, еще до полудня – все целые и невредимые, к великому облегчению Триса и Дафны, прилетевших в селение после очередного «дежурства» у Холма. Дейнары, собравшиеся на центральной поляне, выглядели непривычно взбудораженными и озабоченными: они уже знали о Деймосе, новоиспеченном адане Озерного племени. Дарнис среди них не было – она держала совет со своими помощниками – но встретить друзей вышел Кор, и выражение его лица, обычно невозмутимое, было хмурым, как небо в разгар Инауэри1.
– Пойдем, поговорим, – поманил он их за собой вместо приветствия, и все трое углубились в чащу, удаляясь от наполненной певучими голосами Мегроев поляны. Вскоре они вышли к небольшому звонкому ручью, проложившему себе дорогу меж узловатых корней плотно стоящих деревьев, где Кор и остановился, мрачно скрестив руки на могучей груди.
– Так это правда? – осмелилась Дафна первой нарушить повисшую тишину. – Деймос теперь – адан Озерных?
– Да, – коротко кивнул в ответ юноша. – Хоть в это и сложно поверить.
– Как так вышло? – нахмурившись, спросил Трис.
Кор со вздохом опустился на выпирающий из земли корень ближайшего дерева, жестом предложив друзьям последовать его примеру, и вкратце рассказал им историю, услышанную от Озерных.
Деймос и Хель объявились в селении Озерного племени примерно дней двадцать назад. В то утро Наэл, младший сын Орнела, как обычно, отправился рыбачить на озеро, отплыв в своей лодке от остальных на значительное расстояние. День выдался жарким, и позже юноша, вспоминая случившееся, решил, что ему напекло солнцем голову – ибо он неожиданно потерял сознание и упал за борт, в глубокие воды озера, которые, безусловно, стали бы его последним пристанищем, не приди ему на помощь два удивительных незнакомца. Деймос и его подруга, по воле случая оказавшиеся в тот момент на вершине одной из прибрежных скал, увидели произошедшее. Ни раздумывая ни секунды, Деймос бросился в воду, отыскал бездыханное тело дейнара и вытащил его на берег, где его ждала Хель, которая помогла ему привести несчастного в чувство. Когда к ним сбежались заметившие их Озерные, жизни Наэла уже ничто не угрожало – он отделался лишь большой кровоточащей раной на голове, полученной, судя по всему, от удара о борт лодки.
– Озерные на радостях, конечно, приняли Деймоса и Хель со всем гостеприимством, – Кор неодобрительно хмыкнул. – Позвали их в селение, дали кров, еду – а те рассказали им свою историю. Вот только она сильно отличается от той, что произошла на самом деле… Деймос всю вину свалил на людей: они, мол, похитили Элео из-за ее способностей, замучили ее до смерти (что ж, тут он не соврал), а потом взялись за них с Хель. Себя с подружкой он выставил ни в чем не повинными полукровками, которых люди держали в плену и истязали в попытках постичь тайну проявившегося у них дара амавари. А потом им якобы удалось сбежать, и они долго скитались по лесной чаще, прячась от разыскивающих их «летунов» – дронов, как вы их называете…Озерные, ясное дело, были поражены и этим рассказом, и способностями, которые им показали Деймос и Хель – и более того, поверили каждому их слову!
– Они знали о случившемся с Элео, а остальное довершила их давняя неприязнь к людям, – удрученно заметила Дафна.
 
– Да, но я подозреваю, дело не только в этом, – задумчиво добавил юноша. – Пока мы у них гостили, мне показалось, будто… не знаю даже… будто все они зачарованы, что ли. Я, конечно, в эти сказки не верю, но…
– Объясни, что ты имеешь в виду, – серьезно попросил его Трис.
– Ну… они относятся к Деймосу с безоговорочным доверием, а их почтение граничит с восхищением. Они ловят каждое его слово. И это при том, что и меня, и мою мать один его взгляд заставлял содрогаться… Молчу уж о его жуткой подруге. Она неразговорчива, но иной раз так смотрит на тебя, что пот прошибает. А ведь они, по сути – чужаки, полукровки… Да, они вроде как спасли жизнь Наэлу, но Озерные испытывают к ним не просто благодарность – они чуть ли не… боготворят их! Говорю, их словно заколдовали…