Шаг к (не) Счастью (СИ)
И магистр удивил ее.
— Хорошо, — кивнул он. — А сейчас моя хорошая ты поешь и отдохнешь. Ты устала наверно? — по мнению магистра, его бесценное приобретение уже плохо соображало и ей нужен был отдых.
— Не наверно, а точно, — Лиза устало провела рукой по лицу, голова немного побаливала от объема утрамбованной в нее информации.
— Покажу тебе твое пристанище, а когда поешь и выспишься мы обо всем поговорим, — весь вид магистра излучал довольство, а вот Лизавета и правда почувствовала усталость, опустошенность и еще дикий голод.
Магистр открыл спрятанную за портьерой дверь, и они оказались на узкой лестнице, затем начали подниматься вверх.
Ну что ж, пора привыкать к новому месту обитания. Разумеется, слова Его Темнейшества относительно того, что в этом мире она единственный человек, слегка напугали, но гигантская усталость давала воспринимать все через толстую призму. Казалось, что все это не взаправду и вроде как сон. Только сейчас Лизу посетила мысль, что она слишком быстро смирилась с тем, что в другом мире, и с тем, что единственный человек на всю округу, и с тем, что жить в этих более чем странных условиях по договору ей год. Однако она напомнила себе, что все эти мытарства ради ее возвращения домой, а значит, и свободы.
И вот наконец-то магистр толкнул дубовую дверь, — Здесь жить будешь.
— На чердаке?! — похлопала глазами Кудрявцева.
— Это моя личная мансарда и находится над моим кабинетом. Здесь никто тебя не найдет и не увидит. Здесь мое место для уединения и шаймассы.
— Что простите? — вялый мозг Лизоньки отказывался ясно соображать.
— На этот год я отдаю мансарду тебе. Тебе позволительно спускаться ко мне попадая сразу в кабинет, но со стуком в дверь. Тут можно и на крыше посидеть. Никто не заметит. Скоро принесу тебе поесть, сам лично. Жди…
И когда магистр скрылся за дверью Лиза огляделась. Она стояла посреди громадной комнаты, главным предметом обстановки которой являлась, без сомнения, Кровать. Именно так, с большой буквы. В которой поместится штук пять Лиз.
И ей здесь понравилось, даже очень. Просторно, достаточно светло, уютно. Огромное окно во всю стену и вся необходимая мебель, даже кухонная утварь присутствовала, чтобы самой приготовить чай. Но вот только как работает этот квадратный чайник Лизонька не могла понять. Махнув рукой, она приоткрыла другую дверь и вошла в ванную комнату. Жить можно! И стало не так страшно, да и магистр дядечка душевный оказался, внимательный хоть и асур.
А через полчаса Его Темнейшество внес на подносе еду, затем объяснил, как и чем пользоваться, где-что лежит, как убирать, а что трогать не стоит, а потом оставил ее одну.
Магистр Маргард знал, что-никуда-то пришелица от него не денется, клятва обязывала её стать его единомышленником, а если не исполнит клятву, если препятствовать начнет, то настигнет её кара смертельная. Повязал он ее с собой, чтоб при нем была, а если убежать надумает, то благодаря нити на запястье он найдет её где угодно. Урна-то именно на нее реагирует, а у него есть целый содэ, чтобы сил накопить, к ритуалу подготовиться и саму пришелицу изучить, да узнать её способности. Магии в ней нет, пуста как пробка, но ведь как-то смогла она влить в него силы?! Неужели из-за того, что повязал её с собой? Интересно… а пока пусть в академии живет и о своем мире рассказывает. Да приставить к ней надо бы охрану, чтобы лишнего шага не делала. Все строго: территория академии — мансарда, мансарда-академия. Совесть конечно иметь надо — но не хочется. Потирая от удовольствия руки, магистр заспешил в свой кабинет. Наконец все его старания начали приносить плоды. В блаженной шаймассе он закрыл глаза и пред ним предстало золотое будущее, яркое и влекущее, а после глава Академии Асуров заторопился на Совет.
А Лиза тем временем, совершенно не подозревая, о чем думал магистр Маргард, с удовольствием в ванную комнату направилась. Горячая вода сотворила чудеса. Кудрявцева сладострастно рычала и извивалась под тугими струями, извела почти весь шампунь Его Темнейшества, потом вытерлась восхитительным махровым полотенцем и натянула рубаху своего благодетеля на порозовевшее и аж скрипящее от чистоты тело. Рубаха доходила до колен и болталась на ней наподобие мешка, но это было все пустяки по сравнению с тем, что ее ожидало в будущем. Лизавета спрятала свою беременную накладку под подушки, забралась в огромную постель, свернулась клубочком и натянула на себя одеяло.
Заснула Кудрявцева мгновенно, как засыпают маленькие дети, едва машина тронулась.
Глава 6
Шаг шестой…
Самый трудный шаг — это шаг за пределы привычного.
Вот уже неделю Лизавета просыпалась с одной и той же мыслью…
Опа! — а перед взором потолок ее квартиры.
Вот и сейчас, она медленно прислушалась к себе и своим ощущениям, и лишь после этого не спеша открыла глаза.
Опа!
И настроение на отметке ноль. Всё, приплыли…
Окно и горы имелись, а значит, всё, что произошло неделю назад, — Правда! Черт! — мысленно провыла и направилась в ванную.
Ее дни устаканились и приобрели вполне приличный распорядок. Просыпалась около девяти утра, умывалась, одевалась, причесывалась и спускалась в кабинет своего благодетеля, но только тогда, когда на ее запястье вспыхивал невидимый браслет светясь желтым светом. Именно таким способом Лизавета узнавала, что ее жаждут видеть. В кабинете магистра она завтракала, затем они проводили познавательные беседы друг с другом рассказывая о своих мирах. Обедала и ужинала Лизавета уже у себя, надо отдать должное магистру он всю неделю лично приносил ей пищу, правда ворчал и бухтел, что в скором времени она сама будет ходить в столовую, а то где это видано, что САМ разносчиком работал. Лиза улыбалась и поддакивала, мол пора бы ей в свет выходить, а не на крыше торчать, стараясь хоть что-то разглядеть.
Бездельничать ей не приходилось. Она читала описание миров других рас и старалась продумать свои лекции, беря за образец записи гарпий, химер, орков и демонов. Но ей всё не нравилось, поэтому она часто зависала в своем астрале вспоминая уроки в школе и в колледже.
Основная часть рабочих будней Елизаветы Кудрявцевой заключалась в совершенно монотонной рутине. В общем, фронт ее работ состоял — в копирование служебных документов различной степени конфиденциальности с помощью какого-то артефакта, который Его Темнейшество настроил на нее.
И было очень скучно. Магистр весь в себе, в своих обязанностях, завалил ее кучей бумажной работы, и кроме своей мансарды, крыши и кабинета, Лизавета света белого не видела. Но как ни странно ее пока всё устраивало. И чем больше она узнавала магистра, то ловила себя на мысли и чувствах, что не испытывала перед ним страха. По крайней мере, физического страха. Он конечно был странноватый старичок, но ее не напрягал, правда порой она ловила на себе уж очень странные его взгляды, но списывала всё на его волшебность. Лизавета быстро привязывалась к людям, потому что была от природы дружелюбна и открыта, и к Его Темнейшеству она испытывала исключительно дружеские чувства с примесью легкого превосходства абсолютно здорового человека перед человеком недомогающим.
Что еще произошло за неделю? Многое… главное, что Лизавета вполне успешно разобралась с небольшой кухонной зоной на мансарде — чайник, как нагревательный прибор работал от квадратной коробки, по словам магистра, напичканной магией. Шкафчик, который она приняла за кухонную тумбу, оказался холодильным. Он также работал от коробки, но с эффектом постоянного охлаждения. На второй день ей выдали каталог одежды, где Лизавета провела весь день и даже ночь отмечая то, что ей понравилось. В каталоге было всё, вплоть до аксессуаров. Претензий к фасонам асурской одежды у Лизы не имелось, вполне себе приличная, конечно будучи став преподавателем она сразу отсекла короткие юбки и слишком облегающие наряды, хоть они и были, ох, какие красивые, а ведь Лизонька слабость питала на всё яркое, коротенькое, облегающее, пышное и конечно же модное. Но понимая свой статус и особенно что здесь мужчины, да еще и демоны, Лиза с усердием грызла карандаш и отмечала всё, что, по ее мнению, выглядело прилично и удобно. Так она решила, что будет носить брючные костюмчики различных цветов с туфлями лодочками. Модно, стильно, красиво и строго. Как раз то, что нужно для преподавательской сферы. Но все же не удержалась, юбочки, блузочки, платьица и пара туфель на высоком каблуке легли в корзину ее заказов. Лиза решила, что заберет это всё добро с собой в свой мир и будет единственной носительницей таких фасонов. Тем более Лизавета сама шила и много идей по фасонам забрала у асуров.