Шаг к (не) Счастью (СИ)

— Не понимаю, о чем вы говорите, — пробормотала она и шустро вскочив схватила вазу со стола. — Моя! — и усиленно начала ее тереть. Ошалелый магистр тоже вскочил, как-то уж проворно для своего преклонного возраста и замер с потрясенным вздохом, когда урна засветилась. Лиза, ожидая, что сейчас откроется мир в ее комнату отбежала с вазой в конец кабинета Его Темнейшества.
Но ничего не произошло, а только то, что разъяренный магистр возвышался над воинственно-настроенной пришелицей. И отобрал у Лизоньки урну Оарр'рэн, а затем пробормотав какую-то нелепицу сам потер буквы, но ваза не светилась.
— Что ты с ней сделала?! — громыхнул голос магистра и Лизавета вжала голову в плечи, так как голос демона разносился громоподобным эхом по всему кабинету. Не голос — а Глас!
— Ой ё ёй, — прикрыла Лизонька голову руками и забралась на диван с ногами. — Боже помоги мне и сделай меня невидимкой… — Лиза причитала, а потом прислушалась. Нет тебе огненного света, взрыва преисподней, а только мертвая тишина. Осмелев, она осторожно оглядела кабинет. Магистр весь прозрачный словно приведение сидел за столом и смотрел на вазу.
— Это вы открыли тот свет в моей квартире? — тихо спросила она. — Вам нужна эта ваза поэтому вы меня и перетащили? — догадалась она. — Да что такого особенного в этой вазе?! Конечно, она красивая и очень старая, но… не стоит того, чтобы из-за нее меня убивать.
— Это твоя точка зрения. Очевидно, довольно многие с тобой не согласны.
— Тогда, может, мне следует просто передать вам вазу и закончить этот кошмар? Вы можете вернуть меня домой? Я поняла, что это в ваших силах.
Выражение лица магистра не изменилось. Он повернулся и посмотрел на Лизу — долго, многозначительно, и она уже открыла рот, чтобы выпалить что-нибудь обидное, но в этот момент слезы прорвали плотину, и она самым позорным образом разрыдалась.
— Расскажи мне, как урна попала к тебе и почему она откликается на тебя?! — магистр хмуро смотрел на урну, не обращая внимания на рыдания пришелицы, они его утомляли и мешали размышлять.
Лизавета всхлипнула, шмыгнула носом и тут же получила чистый носовой платок. Уразумев, что к ней все же обращаются уважительно, она последний раз всхлипнула и рассказала откуда она и как получила вазу, а закончила тем, что пояснила магистру что в итоге сделала.
— Вытряхнула священный прах?! — вскочил он и Лизонька снова вжала голову от Гласа Его Темнейшества.
— Не весь, а чуточку, — глухо произнесла она. — Я думала, что там наркотик галлюциногенный…
— Наркотик! — взъерепенился Его Темнейшество оскорбленный тем, что его Великого предка Белого Господина обозвали галлюциногенным наркотиком.
— Ну сами посудите, я вдохнула, расчихалась, а потом пески-пески и кузнечики, а я на нервозе, беременная и очень напуганная. Меня чуть не убил черный балахон, а потом… потом меня спас ваш асур, но тоже не легче. Я держусь исключительно на нервах. А мне вредно!
Магистр словно очнувшись открыл крышечку урны и долго смотрел одним глазом внутрь, а потом снова глубоко задумался.
— Расскажи о своем мире пришелица.
— Да хватит меня пришелицей называть, — нахмурилась Лизавета. — «Лиза» меня зовут. Елизавета Кудрявцева. А еще я пить хочу. Пожалуйста.
Ей кивнули на компотик.
— А можно просто воды?
Магистр покряхтел, но все же протянул девице графин и бокал, думая о том, что покормить бы ее надо, да и умыть.
А Лиза напилась водички и пустилась вкратце рассказывать о своем мире и клятвенно заверила, что в ее мире магии нет. Затем поведала, как получила вазу и отвечая на вопросы магистра подчеркнула, что она добровольно отдаст её, если магистр вернет ее домой. — Думаю, теперь вы должны отправить меня домой, — закончила она и снова налила в бокал воды.
— Вряд ли это хорошая идея, — как-то устало изрек магистр. — По какой-то причине именно тебе попалась урна Оарр’рэн, и мы должны это уважать. Это предопределено судьбой.
Белые руки Маара Маргарда были скрыты под складками одежд, поэтому Лизонька не увидела его сжатых кулаков. Выражение же лица Его Темнейшества оставалось спокойным.
 
— Я не могу тебе позволить уйти.
— Но почему!!! — вскричала Лизавета.
— Потому что ты проводник между мной и Белым Господином, — сокрушенно ответил магистр. — И чтобы открыть межмировой портал мне понадобится много времени и ритуальная подготовка.
— Проводник? — не поняла Лизонька. — И какой такой Белый Господин? — растерялась она. Даже на какое-то время дышать забыла.
— Ты мне нужна, чтобы свершить и закончить ритуал.
— И после него вы отправите меня домой? — надежда засветилась в ее душе.
Магистр кивнул: — Ты мне окажешь помощь, а я тебе.
Лизавета ужасно не любила, когда на нее пытались давить, да и мошеннические приемы знала в совершенстве. Сначала заинтересовать, а потом не дать времени, чтобы обдумать решение. Нет уж! Такой тактикой Кудрявцеву не взять.
— Мне нужна гарантия.
— Гарантия? — эхом отозвался его голос.
— Да! Откуда я знаю, что вы на самом деле замышляете против меня? Может после вашего ритуала я на тот свет отправлюсь? Нет уж!
— И какие гарантии тебе нужны? — с недоумением спросил Его Темнейшество.
Кудрявцева задумалась только на мгновение.
— Клятва! — решительно сказала она и понизила голос. — Заключим сделку. На крови. Как принято у демонов.
Магистр вскинул белесую бровь.
— Не доверяю я темным личностям, — прищурилась Лизавета. — Как только вы совершите свой ритуал, то тут же отправите меня домой. И договор тому будет подтверждение, который вы обязательно подпишите и выполните.
Магистр невольно улыбнулся: — А ты хваткая, мне нравишься, — и окинул ее более внимательным взглядом.
Лиза насторожилась и прикрыла ноги остатками юбки.
— Не бойся в любовницы я тебя не возьму, это дело хлопотное.
Лиза похлопала глазами заметив оживление магистра.
— А зачем вам ваза, что за ритуал?
— Это тебя не касается.
— А если вы сами после этого ритуала «того»… — и Лизонька, закрыв ладошками лицо качнулась назад, изображая покойника.
— Ритуал и свершится для того, чтобы я «не того», — повторил ее действия магистр, хмуря брови и даже орлиный нос.
— И когда вы начнете свой ритуал? — с надеждой спросила она.
— После благословения, в ночь на кровавое солнце.
— Это знаете ли какое-то витиеватое объяснение, хотелось бы конкретики.
— Содэ. — и одной фразой разбил все ее мечты.
— Какой еще содэ! — запаниковала Лизавета и поняла, что содэ — это год. — Да что я буду тут делать?! Это какая-то ошибка… Этого не может быть! Это нелепая, злая ошибка… — и тут же рассказала о театре, о своей работе и о роли, которую она теперь не сыграет. И с ужасом поведала, что целый год будет отсутствовать, а это означало, что ее карьере как актрисы наступит полный крах! Боже, а как же ее квартира? А как же счета? А выключила ли она всё? А мама-то не скоро приедет из своих заповедников. Одно обнадеживало, что ее кинется разыскивать подруга мамы, которая и пристроила Лизавету в свою костюмерную. От этой мысли ей стало легче.
А магистр, закрыв глаза выслушал ее панику не перебивая и ни капли не сочувствуя.
— Елизавета, — проскрипел он, — не стоит так переживать. Мы не чудовища. Думаю, пока поводов для паники у тебя нет. С такой нервной системой, как у тебя, можно и не прожить. Думай о своем потомстве.
Лиза сникла.
— Когда тебе рожать? — поинтересовался магистр.
Лизе хотелось брякнуть через содэ, но вдруг они правду как-то чуют? И как-то нехотя приврав, буркнула: — Через четыре… пять… месяцев, — не будет она подробно рассказывать, что ребенка девять месяцев вынашивают, а у нее накладка кажись на месяцев семь выглядит. Ей и так его фраза про любовницу не понравилась. А потом ее глаз задергался, если она здесь на год, а ребенка так и не родит… — и глухо простонала.
 
— Ну к тому времени ты обвыкнешься, главное не нервничай пришелица. И потомство свое воспитаешь.