Пополам (СИ)

– Прекратить! – на Риве ворвался в самую гущу дерущихся големов.
Потасовка еще не достигла критических размеров – бился всего десяток.
– Разошлись! – передними копытами Рива пнул в грудь одного из самых ярых драчунов.
Голем упал без движения. Черт! Один уже в минус, а ведь их еще сдавать после окончания стройки. Но, к моему удивлению, увидев смерть собрата, оставшиеся бунтовщики не прекратили драк, а кинулись уже в мою сторону. Такое случалось очень и очень редко. Все они были стопроцентными кандидатами на билет в один конец в Невольничьи Игры.
– Назад! – попытался образумить их, вновь подняв Рива на дыбы.
Пятеро отступили, но двое продолжили свой бег. Что ж, они все равно идут в минус. Резко достал из седельных ножен саблю и рассек левого голема пополам, потом развернул Рива так, чтобы его копыта пришлись точно в голову правому. Итог: трое мертвых големов и легкие разрушения в четырнадцатом секторе. Когда подоспели бесполые, я уже справился со всем самостоятельно и отдавал приказы оставшимся невольникам, пребывающим в недоумении и первобытном страхе от происходящего.
– Кто ответственен за этот участок? – в бешенстве спрыгнул с коня и сделал два резких шага навстречу толпе надсмотрщиков.
Те инстинктивно отступили назад, видя все еще зажатую в моих руках окровавленную саблю. Да, у големов кроме частички души так же была кровь, такая же красная, как и у всех остальных живых существ, населяющих Гайенаре.
– Я спрашиваю, кто ответственный за этот сектор? – вместо того, чтобы повысить голос, наоборот заговорил тише и убрал почти все интонации.
– Кириос, – заблеял Турц, – это…
Тут он стушевался, видимо не желая выдавать соплеменника, либо просто опасался, что мой гнев обрушится на него.
– Продолжай! И быстрее. Я начинаю терять терпение, – сделал резкий шаг вперед и оттер окровавленную саблю о тунику близстоящего надсмотрщика, который не посмел дернуться.
– Халом, – собравшись с духом, продолжил Турц, – это его участок.
После этих слов все надсмотрщики как по команде закивали в подтверждение и начали издавать разные возгласы.
– Халом, – обвел взглядом толпу, пытаясь отыскать нужного.
Но вот же ж черт, все бесполые были на одно лицо!
– Выйди вперед! – наконец бросил бесполезную затею.
– Да, кириос, – согнувшись почти до земли, еле передвигая ноги вперед вышел толстый и низкий надсмотрщик, сверкая на меня своей лысой черепушкой, подернутой цепью уродливых морщин.
– Говори, – отступил на шаг назад, сдерживая желание тут же разрубить отвратительную плоть.
– Кириос, я отлучился на секунду, – тут же затараторил он, однако не поднимая взгляда, – по естественным потребностям. За участком должен был присмотреть Геррту!
– Неправда! – завопил второй надсмотрщик. – Он все врет, кириос!
– Молчать, – чуть повысил голос, и оба бесполых тут же прекратили спор.
– Шаг вперед, Халом! – мягко отошел от теплого бока Рива, прислонившись к которому, стоял ранее.
Когда трясущийся надсмотрщик наконец выполнил то, что от него требовали, я легко поднял руку и без капли сожаления рассек его наискосок. Долю секунды в глазах все еще живого Халома оставалось непонимание, а потом части распались, и во все стороны брызнула кровь. Вовремя успев отступить, не запачкал свою парадную рубаху. Все-таки сегодня мой день рождения, и негоже имениннику являться на него в грязных вещах. В этот же момент бесполый издал предсмертный, наполненный болью и ужасом крик. За убийство этого сброда не нужно было нести материальную ответственность.
– Так, – продолжил как ни в чем не бывало, – Геррту будет отправлен в НИ без права на возвращение, и я лично прослежу за исполнением приказа. Понятно?
Встретился с бегающими глазами надсмотрщика, и тот сжался от ярости, бушевавшей в моем взгляде. Да, я был вспыльчив и скор на расправу, но также справедлив, горд и поэтому не мог снести такого оскорбления, как невыполнение приказа.
– Да, кириос, – сжавшись и даже упав на колени, ответил Геррту.
– Ты, – ткнул саблей в ближайшего надсмотрщика, – как зовут?
 
– Шелм, – проблеял тот и упал на колени.
– Завтра скажешь кирия Сейе об этом бедламе, и только попробуй не исполнить приказ, мигом сошлю в НИ, понятно?
– Да, кириос, будет исполнено, – бесполый припал еще ниже к земле.
– Все остальные быстро вернулись к работе! И чтобы вечером разрушения были устранены, а тела убраны.
– Кириос, – подползая чуть ближе на коленях, почти прошептал Шелм, – разбиты две уникальные амфоры…
– Вот черт, – обернувшись, и вправду увидел осколки, – об этом тоже сообщишь кирия Сейе. Тут уж ничего не поделать.
– Будет исполнено, кириос, – тут же ответил бесполый.
Махнул им рукой — и надсмотрщиков как ветром сдуло. Некий элемент запугивания был просто необходим в общении с этой грязью. Походя, отер саблю о траву и вставил обратно в ножны. Пройдясь еще немного по участку, оценил разрушения и пришел к выводу, что кроме амфор все подлежало восстановлению. И то хорошо.
Дойдя наконец до места отдыха, находящегося под тентом, сел за стол и наскоро набросал два приказа: первый о ссылке взбунтовавшихся големов в НИ, второй о запросе на предоставление нового надсмотрщика на четырнадцатый участок. К трем часам дня закончил все свои дела на стройке и решил заглянуть все же домой перед посещением питейного заведения. На выходе с площадки подозвал Турца.
– Големов 1323, 1345, 1346, 1321, 1348 под конвоем отправить в НИ без права на возвращение, – извлек из седельной сумки запечатанный конверт с приказом и пихнул в руки замершему бесполому. – Понятно?
– Будет исполнено, кириос, – тот склонился к самой земле. – Я могу идти?
– Нет, – глубоко вдохнул, стараясь сохранять спокойствие: нельзя в конце концов убивать эту грязь направо и налево. – Вот это, – продолжил, протягивая ему второй конверт, – отнесешь в центр предоставления бесполых. Пояснишь, что нужен новый надсмотрщик на стройку.
– Слушаюсь, кириос, – он весь аж затрясся.
– Все, иди уже, – махнул рукой и Турц умчался выполнять приказ.
Не было ни одной причины оставлять пятерых бракованных големов, которые бросились на меня в момент драки. Пусть они и остановились, но подобный порыв уже говорил о дефекте. Тем более оплачивать нужно будет все равно изготовление всей партии, так что одним больше, одним меньше — уже не играет роли.
– Пошел! – чуть сжал бока Рива пятками и тот медленно побрел в сторону дома.
Не было желания куда-то спешить, так как времени до назначенной встречи оставалось еще предостаточно. Под мерный шаг Рива вернулся к своим мыслям.
Чертовы големы, безмозглые существа под два метра ростом и с хорошо развитой мускулатурой. Вот только думать совершенно не умеют, все на уровне первобытных инстинктов. Подобный бунт был первым в моей карьере, да я вообще надеялся, что уж мои-то рабы не выкажут недовольства. А нет, где уж там! Даже жетон не помог. И на что он только годен?! Ведь зачем-то же поставляют к каждой сотне големов эту железяку. Вынул из кармана связку из трех жетонов и, повертев пред глазами, засунул обратно. Бесполезная штука! Лия, женская ипостась моего друга Стилианоса, рассказывала, что на ее стройке тоже бунтовали. Видимо, скоро придется искать какой-то другой способ усмирения невольников, нежели простой кусок металла. Поддавшись внезапному желанию, пришпорил Рива и погнал его рысью, потом помчался галопом, гоня все быстрее и быстрее. Лишь перепрыгнув пару ограждений, все же сбавил темп. Приятно, когда ветер треплет волосы, но слишком уж я привязался к этому коню, чтобы так его загонять.
 
– Хороший мальчик, – наклонился и погладил жеребца, а после достал из седельной сумки пару яблок из нашего сада.
– Держи, – конь повернул голову, мягко взял с ладони фрукт и тут же начал его жевать.
Всегда считал использование удил слишком жестоким шагом, поэтому Рив спокойно обходился и без них. Воспитывая его с детства, обучил коня езде без металла в пасти, а путем потягивания вожжей в разные стороны. Трудно было приучить норовистого жеребца к такому стилю управления, отличающемуся отсутствием жестокости, но оно того стоило.