Пополам (СИ)

Оглянулась в поисках колесницы, которая на протяжении всех этих часов должна была поджидать меня неподалеку. На улице уже заметно темнело, хотя перед поездкой домой я собиралась ещё заехать в национальную библиотеку для разрешения нашей неловкой ситуации.
- Это было неприятно, - призналась, останавливаясь на ступеньках.
На площади народ слегка поредел, возвращаясь к своим домашним делам.
Возница заметил меня сразу, так как через минуты две я уже видела приближающуюся к нам повозку с родовым гербом на корпусе.
- К библиотечному комплексу, - приказала рабу. - Спасибо, Вазис. Твоя помощь неоценима. - обернулась, прежде чем залезть в колесницу.
- Сейя, подожди, - поймал меня за руку тот. - Ты мне ничего не хочешь рассказать?
Отрицательно помотала головой, пытаясь освободить конечность из крепких тисков чужих пальцев.
- “Ор эйн соф”?
После этих слов я стало ещё более усиленно вырываться, стараясь отстраниться.
- Позвольте освободить подъезд для моей колесницы, - произнес вежливый баритон.
Мы оба обернулись, оглядывая незнакомого андрогина в пурпурной мантии.
- Доброго дня, кириас Линас, - вежливо произнёс Вазис, выпуская мою руку на свободу.
- Приятного дня вам, кириосы, - сакраментально произнесла, усаживаясь на пассажирское сидение.
В последний раз бросив взгляд на приятеля, я поймала мгновение, как он одними губами прошептал: “потом”. Вот и сближайся после такого с андрогинами.
Через пару кварталов виднелась другая высокая постройка Мирта - его национальная библиотека и по совместительству академия, так как на обычное собрание книг это место было мало похоже. Неповторимая цилиндрическая постройка с каменными стенами, на которых вырезаны мудрые высказывания мыслителей прошлого. Здесь работали и жили ученые, которые занимались исследованиями и вольным преподаванием. От университетского образования их стиль сильно разнился, да и после целого ряда прослушанных лекций никакого диплома об окончании не давалось, но ради собственного развития это место неоценимо. При библиотеке состоит штат копиистов, переписывающих древние трактаты, также в этом месте составлен огромный каталог книг.
- Как так? - безэмоционально произнесла, глядя на очередного служащего, пытающегося мне объяснить, что с некоторых пор Сейлем из рода Метаксис не имеет доступа к архивам, в которых хранятся все книги, касающиеся обряда “ор эйн соф”. Удивляться сегодня просто устала.
- Ваш читательский билет не включает новые уровни. Можете ходатайствовать в академию наук, но я ничем не могу вам помочь, - развел руками библиотекарь, возвращая мне именную карточку.
Вчера, видно, шёл сильный дождь, так как воздух за целый день так и не сумел прогреться, а к вечеру его свежесть превратилась в ощутимую прохладу. Конечно, в городе этого не ощущалось, но за его пределами по дороге домой я поймала себя на том, что кутаюсь в теплую шаль, пытаясь унять беспокойные мурашки.
Проехав по очередной луже и разнося во все стороны тучи брызг, колесница затормозила.
- Мед, лимон, горячий травяной напиток и плошку каши, - произнесла в пустоту дома, тяжело переставляя ноги. Этот день вымотал меня как морально, так и физически, не позволяя ни минуты подышать полной грудью. Хотелось лишь одного - улечься в купальню и забыться в теплоте воды, но перед этим нужно написать ответ для Лема, чтобы точно успеть рассказать о всех наших злоключениях.
========== Глава 3. Эскалация апории ==========
ЛЕМ
Всегда просыпался резко, будто от толчка. Обычно даже не ощущал сонливости или легкого дурмана в голове, что обычно предшествует полному пробуждению. Поэтому старался не валяться долго без дела, а сразу вставал и шел совершать утренние процедуры.
Сегодня все было по-другому: я уже давно проснулся, но продолжал лежать в кровати с закрытыми глазами, словно надеялся так отодвинуть наступление еще одного тяжелого дня. А в том, что сегодня обязательно случится что-нибудь не слишком приятное, не было сомнений. Легкая надежда, с которой отправлялся на покой позавчера, наутро быстро разбилась о жестокое сегодня – Сейи все еще нет со мной. Значит, ор пними так и не нашла способа разрешить нашу затруднительную ситуацию.
 
Нельзя оттягивать неизбежное слишком долго, поэтому после пятнадцатиминутного безделья я все же сделал усилие над собой и спустил ноги на бетонный пол, который приятно холодил ступни. Потянулся и, направившись к шкафу, бросил взгляд за окно: дождя нет, и значит, можно поехать верхом, а такой вид путешествия всегда помогал мне привести мысли в порядок.
Сегодня выбрал темно-синюю рубаху с черными штанами и пояс с позолоченной бляхой, на которой была отчеканена голова льва. Приготовил выходную одежду на кровати, а сам пошел в ванную, но на полпути замер и направился в кабинет. Пришедшая вдруг идея, показалась стоящей и требовала немедленного воплощения. Затормозив перед самой дубовой дверью, все же вернулся в комнату и натянул тренировочный костюм, а после решительно сбежал по лестнице вниз и заглянул в кладовку. Оттуда мне требовалось взять всего одну вещь – глину, которая и обнаружилась на третьей сверху полке слева от двери. Вернувшись на второй этаж, зашел в кабинет и, оставив породу на столе, направился к сундуку. Хорошо отлаженный механизм приветливо звякнул, открываясь, и я извлек наружу все тот же тканый мешочек. Как раз-таки для выяснения принадлежности ключа мне и была нужна глина.
- Стакан воды, - приказал в пространство, занимая место за столом.
Когда нужный ингредиент появился, вылил небольшое количество жидкости на глину и мягко ее размял, а после приложил к пластичному веществу ключ двумя сторонами так, чтобы они хорошо отпечатались. Отложив треншальтер, полюбовался на труды рук своих: вышло довольно неплохо. По крайней мере, достаточно для определения назначения, а если удастся, то и мастера. Почему-то мне казалось ошибочным и неправильным посвящать кого-либо постороннего в эту историю с таинственным мешочком. Поэтому единственная, кому я собирался показать оттиск – это Лия. Еще в университете она увлекалась древним искусством изготовления замков, а соответственно и ключей. Возможно, Лия могла видеть подобную работу или что-то похожее.
Достав из ящика дубового стола бумагу, быстро набросал пару строк для Стилианоса с просьбой рассмотреть ключ и вечером заглянуть ко мне, если обнаружит что-то интересное. После этого завернув оттиск в материю и, перевязав бечёвкой, вместе с запиской убрал в бумажный пакет, который запечатал нагретым сургучом, не забыв приложить родовую печатку. Возможно, такие предосторожности были излишними, но мне не хотелось, чтобы кто-то засунул свой любопытный нос в мои дела.
- Яичницу, тосты и апельсиновый сок, - сказал, уже выходя за дверь.
В конюшне отыскал 948.
- Отнесешь этот пакет кирия Лии и отдашь лично в руки, понял? – приказал, протягивая запакованный оттиск в трясущиеся руки голема.
- Да, кириос, - склонился до самой земли. – Ожидать ответа?
- Хм…, - на несколько секунд задумался, - спроси, будет ли он и если нет, то возвращайся в поместье.
- Слушаюсь, кириос, - еще раз поклонившись, голем поспешил к стойлу с единственной беспородной лошадью в конюшне, предназначенной как раз для таких поручений.
Скормив Риву несколько яблок, я поспешил вернуться к утренним упражнениям и начал с привычного бега. Обычно спорт позволял мне избавиться от тягостных мыслей, попросту проветриться. Но сегодня все проблемы, которые навалились за прошедшие несколько дней, никуда уходить не собирались. Они метались в голове шумным, жужжащим роем. Почему “ор эйн соф” не произошел? Что за ключ спрятала Сейя? Почему не рассказала мне о нем? Что за таинственный символ был внутри треншальтера? Совпадение ли, что восстание големов произошло аккурат в день нашего совершеннолетия? Связано ли как-то все происходящее с давней и таинственной смертью родителей? Эти и множество других вопросов не давали мне покоя. Остановившись у статуи Гейи, в задумчивости стал рассматривать красивое молодое лицо богини, вечно мягко улыбающейся, высеченное из грубого куска мрамора. При взгляде на покровительницу всего живого где-то внутри начало медленно разливаться спокойствие и умиротворение. Если мы не сможем решить проблему сами здесь, в Мирте, то нам помогут Боги. Паломничество оставалось последним вариантом, но от этого не менее возможным.