Агентство "Экзорцист": RUBEDO (СИ)

— Нет, химии и физики.
Директриса нахмурилась.
— Зачем вам это?
— Просто хотел бы взглянуть.
— Тайна следствия?
Глория усмехнулась, давая понять, что принимает это за шутку.
— Допустим.
— Хорошо. Тогда нужно подняться на четвёртый этаж.
Через три минуты директриса указала на дверь, выходящую в рекреацию.
— Вот кабинет физики. Это лаборантская, — добавила она, берясь за ручку двери поменьше. — Будете смотреть?
— А где кабинет химии?
— Здесь, рядом, — директриса указала на соседнюю дверь.
Зазвенел звонок, заставив Глорию вздрогнуть от неожиданности. Тут же в дальнем конце коридора распахнулась дверь, и из неё высыпала орава вопящих учеников.
— Давайте посмотрим, — поспешно сказала полицейская, явно желая, как можно быстрее, укрыться от несущейся на нас живой лавины.
Директриса открыла дверь, и мы вошли в узкое помещение с одним окошком. Вдоль стен стояли шкафы и столы, на которых размещались коробки, штативы и химическая посуда.
— Это лаборантская, — пояснила директриса. — Ума не приложу, что тут может быть интересного.
Она остановилась на пороге, сложив руки на груди. Мы прошлись по комнате, осторожно заглянули в пару коробок, обнаружив там наборы колб и пробирок, открыли один за другим шкафы, прочитали надписи на этикетках попавшихся на глаза реактивов.
— Кто имеет сюда доступ? — спросил я.
— Учитель и лаборант.
— И больше никто?
Директриса усмехнулась.
— В учительской есть набор запасных ключей. При желании любой может взять нужный и войти сюда.
— Я заметил в коридоре видеокамеры. Они снимают эту часть коридора?
— Конечно.
— Можно посмотреть записи?
— Какие записи?
— Вы же ведёте видеосъёмку?
Директриса приподняла брови.
— Разумеется, нет. На это никаких винчестеров не хватит. Камеры здесь только для наблюдения. Я могу, конечно, включить запись, но никогда этого не делала.
— Значит, мониторы стоят в вашем кабинете?
— Да.
— Я их не заметил.
— Они в соседней комнате.
Я подошёл в двери в коридор. Снаружи доносились вопли и топот ног.
— В чём дело? — спросила директриса. — Какое отношение к убийствам имеет кабинет химии?
— Нам нужно поговорить с учителем, — сказала вместо ответа Глория.
— Мистер Пикол! — директриса сделала шаг к двери в кабинет и приоткрыла её. — Зайдите, пожалуйста.
Через десять секунд перед нами предстал внушительных габаритов мужчина в сером свитере, красном университетском галстуке в полоску и брюках свободного покроя, заправленных в сапоги на шнуровке — сменной обувью он явно пренебрегал.
— Лейтенант Глостер, — представилась, опережая директрису, Глория. — Могу я задать вам несколько вопросов?
— А в чём дело? — нахмурился великан.
Его рыжеватые брови сошлись на переносице, образовав прямую линию.
— Мне поручено дело об убийствах. Погибли две женщины, матери учеников вашей школы.
— Какой класс?
— Шестой.
— Я у них не веду.
— Понимаю. Но это касается реактивов.
— Каким образом?
— У вас есть соляная кислота?
— Конечно, — химик шагнул к одному из шкафов, распахнул дверцу и достал с верхней полки склянку объёмом 0,7 литра. — Пожалуйста, — он протянул её девушке.
— Это всё? — спросила Глория, не прикоснувшись к бутылке.
— Ну, да. Если будет надо, ещё сделаю.
— У вас есть необходимая аппаратура? — спросил я.
Химик кивнул.
— Где она?
— В этой коробке, — учитель указал на ближайший стол.
— Не могли бы вы проверить, на месте ли она.
Химик пожал плечами, но коробку открыл.
— Да, всё здесь.
— Давно вы ею пользовались?
— Уже и не помню. В сентябре, наверное.
— Посмотрите, нет ли на ней каких-нибудь следов.
— Что значит следов?
— Мог кто-нибудь воспользоваться ею без вас?
Учитель вздохнул и достал несколько предметов.
— Всё чистое, сухое, — проговорил он, разглядев их на свет. — По-моему, никто не брал. Да и зачем?
— До которого часа работаете вы и лаборант? — спросила Глория.
— Я до четырёх, а она до пяти.
— Где она сейчас?
— Не знаю. Может, в кабинете физики.
— У нас одна лаборантка на два кабинета, — пояснила директриса.
 
— Ладно, спасибо, — Глория кивнула химику. — Теперь я бы хотела поговорить с лаборанткой.
— Пойдёмте, — вздохнула директриса.
Мы вышли в коридор. Перемена ещё не закончилась, и повсюду с воплями носились дети.
— Сюда, — сухо сказала директриса, открывая дверь.
  
Глава 33
 
Войдя следом, мы сразу увидели невысокую женщину в круглых очках, расставлявшую на пластмассовом поддоне металлические рамки. Перед ней лежала груда сине-красных магнитиков, и валялись несколько медных катушек.
— Мисс Кобер, у полицейских есть к вам несколько вопросов, — сходу заявила директриса, садясь на чёрный коленкоровый стул, стоявший возле входа.
— Да? — с готовностью обернулась лаборантка, воззрившись на нас поверх очков. — Полиция? Но с какой стати?
— Это связано с нашими учениками, — нетерпеливо ответила директриса. — Я вам потом объясню. Сейчас просто ответьте на вопросы.
— Хорошо. Слушаю.
— Когда последний раз пользовались химической посудой для изготовления соляной кислоты? — спросил я.
— Если не ошибаюсь, в начале года.
— А потом?
— Не припоминаю.
— У вас свой ключ от кабинета?
— Да, вот он, — лаборантка продемонстрировала ключ на пластмассовом брелоке.
— Вы его не теряли?
— Нет.
— Я ведь говорила, ключи есть в учительской, — с лёгким раздражением напомнила директриса.
— Да, верно. Что ж, наверное, это пока все вопросы, — я взглянул на Глорию, ожидая подтверждения, и она коротко кивнула. — Спасибо, мисс Кобер.
— Что-нибудь ещё? — спросила директриса, когда мы вышли.
Я открыл было рот, чтобы ответить, что хочу поговорить с учащимися шестого «А», но в этот момент распахнулась дверь кабинета напротив, и из него вышел мистер Нокс. Заметив нас и директрису, он кивнул, а затем стал запускать детей в класс.
Наблюдая за этим, я подумал, что кабинет классного руководителя шестого «А» расположен в непосредственной близи от лаборантских, и тот мог спокойно зайти в одну из них и воспользоваться посудой или позаимствовать соляную кислоту. А пропажу части жидкости замаскировать, например, долив в остаток воду.
— Ну, так что? — нетерпеливо проговорила директриса, выводя меня из задумчивости.
— Можно поговорить с учащимися шестого «А»?
— Не думаю. При этом должен присутствовать представитель полиции из отдела по работе с несовершеннолетними, а также необходимо согласие родителей.
Я вопросительно взглянул на Глорию. Та нехотя кивнула, подтверждая слова директрисы.
— Но я имею в виду неофициальную беседу. В конце концов, вы сами можете задавать вопросы, а мы только поприсутствуем.
— Что вы хотите узнать? — недовольно спросила директриса.
— Как они относятся к Уолтер и Мердок.
— Зачем это?
— Дети тонко чувствуют, если у их товарищей дома проблемы. Учителя могут этого не заметить — они общаются с учениками на уроках и в рамках заданий. Но от одноклассников переживания скрыть нелегко.
— Вы психолог?
— Немного, — соврал я. — Профессия обязывает. Ну, так как?
Директриса задумалась.
— Хорошо, — сказала она через несколько секунд. — Напишите свои вопросы. Пойдёмте в кабинет, там будет удобнее.
Когда она отвернулась, Глория показала мне большой палец.
Мы быстро спустились на второй этаж.
— Сколько учеников вызывать? — осведомилась директриса, занимая место за столом.
— Всех. Но по одному. И хорошо бы сделать так, чтобы они после разговора друг с другом не общались.
Директриса нахмурилась.
— Ладно, пишите пока вопросы, — она протянула нам бумагу и ручку. — А я всё организую.