Ревизор Возвращение в СССР 7 (СИ)

– Ты воду наливала? – улыбаясь, спросил я.
– Да, – мама с вызовом посмотрела на меня.
– Заметно…
– А что? – спросил Ахмад.
– Да она почти горячая.
– Поля! – укоризненно воскликнул Ахмад. – Мы ребёнка закаляем или моем!?
Не стал вмешиваться. Милые бранятся – только тешатся. Ахмад сам разбавил воду в тазу холодной и вылил её на визжащую от восторга Аришку. Мама с полотенцем хотела подхватить её, но малышка с восторженными визгами рванула от неё в траву босыми ногами прямо по холодной росе. Маму чуть кондратий не хватил, пока она её поймала.
С озабоченным видом она утащила ребёнка домой. Привыкать ей, похоже, долго придется к новому режиму воспитания ребенка. Но главное, что Ахмад идею всецело поддержал. Никуда мама не денется теперь. И за здоровье Аришки буду более-менее спокоен.
Попрощался с Ахмадом и пошёл к себе. Меня самого ещё водные процедуры ждут.
В школе отпросился на четверг у Кириешки, передав записку от бабушки. На одной из перемен решали с парнями, кто пойдёт сегодня в больницу готовиться к экзаменам со Славкой.
– Давайте я схожу. Пусть попробует мне отказать… – предложил Тимур, выразительно похлопывая правым кулаком себя в левую ладонь.
Ну что тут скажешь? Убедительно. На том и порешили.
После уроков зашёл к директору, хотел обсудить варианты сдачи экзаменов одновременно со всеми для Славки на случай, если ему гипс не успеют снять. Пришлось немного подождать, пока он освободится.В целом, Игорь Иванович с пониманием отнёсся к моей обеспокоенности, похвалил за неравнодушие к проблемам друга.
С устными экзаменами, на его взгляд, вообще, нет никакой проблемы: пусть сдаёт вместе со всеми. А вот с письменными – вопрос. Тут, на самом деле, есть даже несколько вариантов выхода из положения. Директор не раскрыл мне, что это за варианты. Сказал, что ему надо сначала проконсультироваться в РОНО.
– Как у Станислава, вообще, настрой? – спросил меня директор, когда я уже собрался уходить.
– Переживает очень за Эмму.
– А она как?
– Её в Брянск перевезли в областную больницу.
– Это я знаю.
– Мозговая активность есть, но в себя не приходит.
– Да… Покатались… – с досадой произнёс Игорь Иванович.
– А вы слышали, что авария произошла из-за того, что люк с колодца сняли? И Славка на мотоцикле в открытый колодец влетел, не заметив.
– Конечно, слышал.
– Милиция нашла того, кто люк украл.
– Слыхал...
– А то, что этот «товарищ» сейчас пытается клептоманией прикрыться, слыхали?
– Да какая это клептомания?! – возмутился директор. – Клептомания – это когда ненужные мелочи воруют. А тут люки тяжеленные! И, насколько я слышал, он их как стройматериалы использовал. Какая же это клептомания?!
– Вот и я о том же. У него под сотню люков нашли, годами воровал. Дети разбились! А он теперь справкой прикрыться рассчитывает, – подливал я масла в огонь, надеясь, что у директора школы есть ресурс, который можно использовать против этого мнимого клептомана. В конце концов, Игорь Иванович в РОНО консультироваться собирался по Славкиному вопросу, может, и про клептомана ему есть где упомянуть. И вообще, чем больше народу будет в курсе, тем больше шансов, что похитителю люков не удастся соскочить с ответственности.
Поблагодарил его, попрощался и пошёл на работу.
Отметившись в бухгалтерии, отпросился сразу на завтра у Ирины Викторовны, пока помню. Разобрался с путёвками и пошёл к Сатчану с новой «комсомольской инициативой» – секция самбо для трудных подростков и всех прочих желающих.
Галия была занята чем-то очень важным. Чмокнула меня в щёку между делом и, кивнув на дверь в кабинет Сатчана, сказала:
– Он у себя.
Специально не стал говорить комсоргу, что речь идёт о брате Галии. Просто представил его как знакомого дембеля-десантника. Сатчан, ожидаемо, захотел сначала лично с ним познакомиться, может даже в деле на него посмотреть.
– Он нас на общественных началах тренирует по утрам на школьном стадионе у Первой школы. Приходи как-нибудь часам к семи! Всё своими глазами и увидишь, – предложил я.
 
Сатчан задумчиво уставился на меня. Наверняка никуда он не пойдёт. Не царское это дело.
– Посмотрим, – неопределённо ответил он и подкинул мне несколько газетных номеров.
Ну, как говорится, наше дело – предложить.
Ладно… Что тут у нас?..
Комсомольская правда, Брянский рабочий, Советская культура. Передовица Комсомольской правды посвящена празднованию девятого мая... Опа! Сатчан на фото! Развернул другие газеты, пригляделся, и в других газетах про нас написано с восторженными отзывами. Посмотрел на Сатчана и поймал его хитрый довольный взгляд. Оказалось, всё это время он внимательно наблюдал за мной и моей реакцией.
– А! Видел бы ты себя сейчас! – радостно воскликнул комсорг, заметив, что я обратил, наконец, на него внимание. – Не ожидал? Скажи честно!
– Нет. Ну я, на самом деле, на это надеялся, – ответил я ему. – Дело-то действительно хорошее.
– Да! И в Москве очень понравилось! – подмигнул мне Сатчан и с довольным видом забрал у меня газеты и разложил их аккуратно перед собой.
Оставил его чахнуть над «своей прелестью» и вышел к Галие.
– Как дела, дорогая?
– Всё хорошо, – загадочно улыбаясь, она обняла меня за шею. – Мама выздоровела…
– Что?! – я отодвинул её от себя на вытянутые руки. – Как?
– Ей пришлось, – Галия рассмеялась в голос. – Папу после обеда на работу проводила, а он ключи свои дома забыл, вернулся и застал маму в ванной за стиркой постельного белья. Пришлось ей резко выздороветь.
Вспомнив, что Галия вчера отпросилась с работы и прощалась со мной с каким-то загадочным видом, подумал, неспроста всё это.
– Это ты, что ли, всё подстроила? – догадался я.
– Ты как сказал, что папе нервничать нельзя, у него работа опасная, так я за него волноваться сильно стала. И правда ведь, ему в огонь прыгать, если что, людей спасать – а он мрачнее тучи из-за маминой «болезни» ходит. Марату говорю: надо что-то делать. Он предложил ключи у него из кармана вытащить, когда он на обед придёт, чтобы вышло, вроде как, он их сам у зеркала положил и забыл. Я во дворе дежурила. Как отец к дому вернулся за ключами, я Марату отмашку дала, он специально курить на лестницу вышел, дверь входную открытой оставил. Батя беспрепятственно домой и вошёл неожиданно для мамы…
– А дальше что?
– Марат не стал сразу возвращаться в квартиру, подождал, пока отец выйдет и на службу уйдёт.
– Разумно. Очень разумно, – похвалил я. – И вы типа не в курсе, что случилось. Просто, мама выздоровела и всё. Молодцы, красиво оформили. А что ж Марат даже не похвастался утром?
– Да ему перед мамой неудобно. Батя такой злой из квартиры выскочил!..
– Ну, это понятно.
После работы проводил Галию до дома, но подниматься к ним не стал. Пусть там всё устаканится сначала, все успокоятся, плохое забудется. Мне с Оксаной и так неприятно встречаться, а тут ее только что на горячем поймали. С нее станется попытаться сдуру на мне сорваться, а Галия тогда что сделает? Правильно, снова вспылит, и потащу я ее чемоданы к Анжеле. Не, она, конечно, девушка приятная, и брат у нее забавный, но мне будет неудобно снова к ней Галию подселять.
– Завтра меня не будет на работе, – предупредил я подругу. – Сестру поеду в Брянск встречать.
Чмокнул её на прощанье.
– Тили-тили тесто!.. – услышали мы из подъезда. – Жених и невеста!..
Соседские ребятишки снова решили над нами подшутить.
– А ну брысь! – цыкнула на них Галия и пошла домой. Но что мне понравилось – голос у нее был при этом довольный. Это, конечно, еще не поход в загс, но что-то вроде неофициального общественного признания наших отношений уже налицо.
Эти шкодники бежали за мной до конца дома и кричали хором дразнилку на весь двор и окрестности.
– Да где вы видите невесту? – не выдержав, спросил я их.
Дети замолчали, лихорадочно соображая. Логический блок выдал им, что да, они крупно облажались. Воспользовавшись этой заминкой, спокойно ушёл от детворы.