Мирка. Дорогу осилит идущий (СИ)
Его основная работа в этом городе подошла к концу. Почти все заговорщики были выявлены, а оставшиеся не представляли угрозы государству, хотя еще могли доставлять мелкие неприятности. С этим разбираться будет уже не он, ведомство дознания большое и нужные люди уже прибыли в городок.
Но сейчас он не мог уехать. Нельзя Ученицу оставлять одну и нужно помочь ей с экзаменами. То, что она их сдаст, если ей не будут мешать слишком завистливые и ретивые, он даже не сомневался. Надо подумать над составом приемной комиссии и пригласить представителей из Наблюдательного Совета, тогда результаты экзаменов подделать будет сложнее.
Проблему он видел в другом. Как, минуя магическую школу устроить ее в Высшее учебное заведение. А может все-таки устраивать в магическую школу, но только в столице. Он как её Учитель и Попечитель живет там, и значит, Ученицу придется переводить туда же. А еще лучше посидеть ей два-три года дома, занимаясь индивидуально, с приглашенными магами. Будет замечательно, если она согласится именно с этим предложением, совсем не хочется на нее давить. Но это будет через триместр, а сейчас перед ним стоят следующие задачи:
Дождаться нового кандидата на должность Ректора Лекарской школы.Инициировать полную проверку сего учебного заведения.Проследить за тем, чтобы бывший дружок не прихватил себе лишнего, и заставить его вернуть прилипшее к его ручкам деньги.
Люди брать чужое боялись, а вот маги иногда преступали нормы этики. Но Ректор, прикрываясь именем бастарда и его дружбой, перешел все границы здравомыслия. Так что дел было действительно много, надо было всё успеть и за всем проследить.
Особенно за Мариэль. Прав был Рэнди, с такой деятельной тессой, скучать ему не придется.
А со следующего дня началась моя индивидуальная гонка за знаниями и если раньше я считала, что нагрузка в школе маленькая, то сейчас готова была от неё взвыть. Как и обещал метр Вазилиус, уроки посещала по индивидуально составленному графику, в основном это были дни зачетов. Два раза в десятину травоведение с первым курсом, два раза зельеварение со вторым курсом, два раза артефакторика снова с первым и три раза лекарское дело с третьим курсом. Остальное наверстывала сидя за огромными фолиантами в библиотеке.
На уроках травоведения все осталось по-старому. Метресс Лючия очень ровно относилась ко мне и мое редкое появление нисколько её не задевало. Лишь бы вовремя сдавала все зачеты. С артефакторикой было сложнее. Метр Овидий сразу усадил меня за отдельный стол. Письменные опросы на его занятиях сейчас стали намного шире, чем прежде и он зорко следил за тем, чтобы выданный артефакт заряжала "от и до" самолично. Прозорливость и настойчивость Лео в освоении подпиткой чужой магией, на данном этапе обучения, спасала меня от отстранения от уроков и последующего отчисления.
С зельеварением вроде никаких проблем не возникло. Прожив у знахарки более десяти лет, я знала больше, чем давали учащимся, да и занятия с дедушкой Салимом многому меня научили. Вот только три преподавательницы - зельевары отчего-то постоянно косо на меня посматривали, часто не соглашались с моим методом приготовления, но сваренные зелья, как правило, засчитывали.
А вот лекарское дело вызывало недоумение. Его начинали изучать только на третьем курсе, и мне пришлось просматривать весь материал и литературу, догоняя группу третьекурсников. Лекари считали себя более значимыми и магически сильнее травников и зельеваров. Поэтому напрочь игнорировали ранее полученные учащимися знания о травах и зельях. Учили лечить только с помощью магии. Правильно проводить диагностику, определять заболевание и исходя из этого, точно вливать силу в определенные точки на теле человека. Спрашивается, для чего мы учились первые два года?
Три учебных десятины промелькнули для меня очень быстро. Мне просто некогда было отвлекаться. Я искала... читала... конспектировала... зубрила.
19. Школьный Лекарский дом.
Объем просмотренной литературы впечатлял, но среди них выделялся один древний фолиант, которые принес метр Вазилиус. Где он его взял, для меня осталось тайной, но точно не в нашей библиотеке. Ценность этого научного труда состояла в том, что там подробно описывалась методика вливания силы, отличная от той, которой нас обучали. И я нашла в ней подтверждение своим мыслям, что лечить только силой - нельзя. Большинство человеческих тел не приспособлено к большому вливанию и принятию чужеродной магии, лучше всего для лечения использовать сочетание: настоев, наговоров, зелий и магии. А наговоры исцеления на настои напоминали заговоры ведьм. Не отсюда ли они почерпнули азы своих ведьминских знаний, постепенно усиливая, изменяя и добавляя что-то свое. И хоть магии во мне было мало, но я потратила день и сделала себе урезанную проекцию этого великого труда, и совсем не важно, что для этого пришлось выпить несколько накопителей.
Мне, к немалому удивлению, удалось сдать все зачеты без больших нареканий. Может, помогла прочитанная куча книг, а может и то, что мой Попечитель присутствовал на некоторых контрольных зачетах, непосредственное наблюдая за их оценкой. По итогам всех проверочных работ Ректору пришлось допустить меня до практики.
И тут снова начались странности. Её мне определили тоже не как у всех. Две десятины я должна была отработать в платном Лекарском доме, при нашей школе, три десятины в Лавке зелий дядюшки Пакса. Последняя десятина отводились на сдачу экзаменов и выпускной вечер. В завершении учебного года школа проводила большой бал выпускников и обычно на него приглашалась вся верхушка местного городского бомонда.
По успешному окончанию месяца обучения и допуска к практике вечером, на мансарде, устроили маленькое пиршество. На нем присутствовало два первокурсника - Радим и Мирон, три третьекурсника - Сибилл, Зарил, Маркус и я - ни то, ни сё, перемещающаяся между всеми курсами. У меня выдался первый свободный вечер, после трех десятин изматывающего марафона за знаниями, и он казался самым прекрасным за последний месяц, ровно до вопроса Сибилла:
- Мариэль, ты уже придумала, какое зелье будешь улучшать или приготовишь что-то свое, новое?
- Не поняла. Какое зелье надо улучшать?
И в ответ услышала довольно любопытные подробности о предстоящей практике и о допуске к выпускным экзаменам, о которых мне отчего-то забыли сообщить. Справилась с одной проблемой, тут же появились новые, целых две. А кто сказал, что будет легко и без наличия подводных камней?
Выслушала, озадачилась, а потом решила не переживать. Всему свое время, буду их решать по мере поступления.
Первый день практики всегда самый нервный, трудный и непредсказуемый. В нашем платном Лекарском доме, организованном Надиром, я еще не была.
Серое удлиненное здание, примкнувшее прямо к стене, нашла с трудом. Оно стояло уединенно и раньше использовалось в качестве склада. В нем сделали ремонт, перепланировку, разделив общее пространство на отдельные комнаты, добавили окна и двери. Сейчас в нем студенты вели прием, под присмотром местных лекарей. Вот только снаружи его, как и прилегающую к нему площадь, не догадались облагородить, почистить и даже не подумали сделать соответствующую вывеску. Попробуй догадаться сам, что здесь не склад, а лечебница.
Прием одновременно вели три лекаря, у каждого была своя практикующая группа студентов. Так как я была "новенькой" меня посадили на первоначальный прием больных. В мои обязанности входило: проведение диагностики обратившемуся за лекарской помощью, затем, если человеку на самом деле требовалось лечение, я должна была препроводить его до свободного лекарского кабинета, а после взять оплату за предоставленные услуги. Вернее оплату должна была брать тетка, сидевшая вместе со мной в приемной, но ребята сразу предупредили, что та ни помогать, ни подсказывать, ни брать деньги не будет. Она являлась дальней родственницей нашего Ректора и на данном месте сидела, как надсмотрщик. Постоянно строчила на студентов кляузы, в которых нелицеприятно описывала все их действия, и искренне считала основной своей задачей находить недостатки, изъяны и недочеты в работе вверенного объекта.