Портал. Книга 1 (СИ)

— Святой отец — я прервал его монолог — а откуда вам такое известно? Вы же здесь сидите безвылазно?
— Ты же не думаешь, что я единственный менталист, оставшийся на Урехте? — посмотрел тот на меня слегка прищурившись — у нас есть святой орден и мы с братьями иногда обмениваемся некоторой информацией.
Ага, а этот святоша не так-то и прост. У него есть связь с другими анклавами? Еще я много чего узнал из рассказов святого отца. К нам в лабораторию заглядывал то один, то другой общинник. Нас не прерывали, даже Киртус куда-то ушмыгнул по своим надобностям. Мы наверное уже беседуем с отцом Филаретом часа три, вернее я его только слушаю, жадно впитывая информацию о планете, куда я попал.
Только сейчас я увидел, что мой одежный баул и рюкзак стоят здесь в лаборатории, у двери. Я оценил деликатность детей, без разрешения хозяина не трогать чужих вещей и мне это понравилось. С каждой минутой у меня все больше и больше появлялось желание помочь этой общине, всем, чем смогу. По словам святого отца, эта община, а вернее детский дом находился с самого начала, где-то в центре Сольвеллы, столицы государства Дрездор.
Раньше в этом государстве с особым пиететом относились к детям, особенно оставшихся без родителей, поэтому в Дрездоре все детские дома снабжали по высшему разряду, как говорится все лучшее детям. Когда началось нашествие взрослые, особенно военные старались детей спрятать. Поэтому по глубоким бункерам много детей выжило, но и очень многие детские дома погибли.
Но, со временем, когда остатки расы Салитов повылазили на поверхность, отношение к детям несколько изменилось, каждый старался уже выжить, в первую очередь заботясь только о себе. Но, много осталось еще тех, кто помнит, кто такие дети. Вот некоторые главы кланов до с их пор это помнили и предупредили остальных, что дети неприкасаемы.
Некоторые, особо похотливые пытались ослушаться такого приказа, потому что в детском приюте созревали юные девушки, похожие на цветущие бутоны Лалорики (подобие нашей розы). Но, главы кланов твердо держали свое слово и на таких любителей юных дев, всегда находились охотники за головами. Однажды таким любителем оказался глава клана Харков.
Они взяли себе название этого хищника, быстрого и безжалостного и клан был довольно сильным. Так вот, тогда между собой объединились три клана и стерли Харков с лица земли. Вот после такого местного геноцида, больше ни у кого не возникло желания трогать детей. Так, что святой отец не зря говорил, что они находятся под защитой Господа! И переехали сюда из разрушенной Сольвеллы, на окраины уцелевшего города-спутника Бирк.
Как раз в лабораторию сунула мордочку любопытная Мона и прокричала всем «обед!» Обед состоял из жидкой каши и куска рыбы. Я тоже большой любитель ловли рыбы и здесь оказывается рыбу ловят на местном озере. Живности в округе осталось мало, а вот рыбы в озере было много, но рыбачить там нужно очень осторожно. Почему? В озере жили мутировавшие хищники, которые охотились не только на обитателей озера, но и на самих рыболовов. Много было случаев, когда рыбаки просто пропадали с концами и никто не мог найти даже их останков. Никто, никогда не видел хищников, обитающих в озере.
После обеда я наконец сдал из рюкзака все продукты Халии, жене Уге, которая по совместительству работала еще завхозом. Отдал ей тюк с одеждой, на что она сказала спасибо, даже у меня было два куска мыла одно туалетное и другое хозяйственное. Себе оставил только один сухпай, а во фляжку наберу воды из артезианской скважинии, когда буду уходит из общины. Блин надо будет им как-нибудь принести шампуни, мыло, зубные щетки и зубные пасты.
У меня было запасная щетка и даже Халие свою зубную пасту отдал. Сутки как-нибудь вытерплю до портала. После обеда мы с отцом Филаретом продолжили беседу. Мне он дал почти весь расклад, по Бирку, кто чем дышит, сколько кланов в самом городе. Посмотрел я на самодельные одноразовые ружья, аж меня скривило от такого огнестрела.
Такое я мастерил в своем далеком детстве, называемое «поджиг». Обыкновенная медная трубка, сплющенная на одном конце и примотанная к какой-нибудь деревяшке. Сбоку дырка для затравки, где фитилем поджигается порох. Ствол забивается меркой пороха, затем туда суют всякие мелкие железяки или мелкую гальку и забивают пыж. Затем горящий фитиль подносят к боковине трубы и раздается выстрел, после которого все впереди заволакивает вонючим дымом.
 
Клан Ром научился выделывать только дымный порох, с ума сойти технология! Я попробовал сделать из такого примитива выстрел. Блин, чуть без рук не остался. Зато Уге с таким восторгом рассматривал мой тигр, особенно ему понравились патроны к нему, а на мой восемнадцатизарядный Глок он смотрел с таким благоговением, что подумал, в следующий раз принесу свою охотничью нарезную сайгу и подарю Уге. Конечно дал ему пострелять и из глока, и из тигра.
Боеприпасы к сайге такие же, как и у тигра 7,62 мм. Надо бы и ребятам вместо этого убожества притащить свои две пятизарядные вертикалки, плюс к ним боеприпасы, сколько утащу и машинку для снаряжения патронов, капсюли, плюс гильзы латунные и порох бездымный «сокол», а не ту дрянь, что суют в эти страшные трубки. Блин, вот сколько всего надо в следующий раз притащить.
Опять же нужны продукты, моющие средства. Походу все это здесь в дефиците. Мне выделили на ночь одно спальное место и когда ко мне среди ночи подошли две молоденькие девчонки, тощие, одна кожа и кости, сказав что их прислала ко мне Халия на ночь, то я их буквально выпинал от себя. Блин, нашли педофила! Утром я все высказался Халии, что я об этом думаю, так что та убежала вся в слезах.
Потом пришел Уге и мне объяснил, что никто сейчас ничего не делает просто так. Женщин сейчас мало и все они в дефиците, поэтому они и подумали, таким образом «расплатиться» со мной этими девочками. Тьфу, я еще раз выругался и объяснил этому убеленному сединой суровому воину, что я вообще-то тоже любитель женщин, но не детей. В конце мы поняли друг друга. Святой отец на наши перепалки не явился, наверное стыдно стало, а может это моя проверка на «вшивость», кто этих святош разберет.
Еще у меня был вопрос, когда зашло местное солнце и стало темнеть, то всюду в подвале загорелся свет, как-будто кто-то включил рубильник. Тарахтенье, вроде бензогенератора я не услышал и электрических проводов тоже нигде не наблюдается. Ну, тогда я пошел выяснить откуда они берут электричество? И от выясненного у меня опять случился когнитивный диссонанс.
Уге мне объяснил, что у них еще со старых времен имеется запас резервных аккумуляторов, да и они постоянно меняются с Гизами. Их поисковики постоянно натыкаются на склады в Сольвелле с такими батарейками. И он конечно показал мне сам источник, похожий на нашу крону. Блин, увидев такой маленький источник энергии, который мог до полугода снабжать всю общину электроэнергией я был не сказать в шоке, а очень удивлен, как такая технология соседствует с таким примитивизмом?
И тогда я понял, что значит в Урехту пришел апокалипсис. И какова была мощь инсектоидов, что задавили такую сильную цивилизацию, как Салиты, если они, по моим меркам, превышали земную технологию в несколько раз. Хорошо, что наша Земля находится в совершенно другой вселенной или галактике. А, какие эскапады выписывал Киртус вокруг моего планшета с дроном это не описать словами.
Ладно, пришлось ему подарить и дрон, и планшет, а за это Киртус мне подогнал две «неиссякаемые» батарейки, подсмотрев каким вольтажом запитывается планшет и получив мои объяснения, что такое электрическая сеть и запитка в 220 вольт, он буквально на коленке смастерил мне переходник и переключатель.
У них вроде параметры вольтажом, с земными не совпадали. Потом я испытал одну такую батарейку у себя в комплексе, в Новых Васюках. Эта, так сказать маленькая батарейка запитывала весь комплекс, все, находящие там холодильники и механизмы.
Собираясь уже домой, меня пронзила мысль. Хм, почему это отец Филарет не задал мне ни единого вопроса откуда я здесь появился и кто я вообще такой? В то время, как от остальных, от их бесконечных вопросов не было отбоя? Этот вопрос, уходя к себе в бункер я и задал нашему монаху.