Слишком борзая! (СИ)

— Угу. Из космоса прилетели, миллионы лет назад, — потеплел взгляд Милены.
— Так и знал, что не было никакого метеорита. Это вы так припарковались, — хмыкнул я, празднуя свою победу.
Разумеется, она сама себя загнала в эту ловушку, поделившись со мной своими планами и мечтой. Тем не менее, это не исключает того, что у меня почки откажут в тот день, когда эта ведьма сероглазая узнает о моей маленькой лжи.
К тому времени как благопристойная часть вечера подошла к концу, мой мозг уже начало припекать. И вовсе от бесконечной болтовни Милены — её слушать, как ни странно, мне нравилось. Особенно рассказы о преступлениях, которые удалось раскрыть не при помощи мощнейших новых технологий, а по незначительным, казалось бы, не имеющим важности деталям. Если бы такой детектив вел расследование дела Энтони, возможно, смог бы доказать причастность Холли к смерти Паркера.
Кровь кипела в венах от того, что с каждой минутой становилось всё труднее сосредоточится на диалоге, да и вообще на чем либо, кроме её алых губ, тонкой белой шеи и колышущейся груди. С ума уже схожу от желания вновь овладеть ею, почувствовать сладковатый вкус и вдоволь насладиться роскошными формами.
Фантастически волшебный вечер обещал перейти в еще одну незабываемую ночь. Но когда мы уже ждали счет, собираясь уходить, в зал ресторана вошли три типа. Двое из них были одеты в форму местной полиции, третий от обычных граждан отличался только очень высоким ростом и при этом худым телосложением.
— Просим оставаться всех на местах и приготовить документы к проверке! — громко гаркнул длинный и худой.
Милена обернувшись на секунду, тут же повернула голову к окну и с недовольством пробормотала:
— Клоуны! Тим, нам нужно уходить.
Проследив за ее взглядом, я узрел на улице двух парней, непринужденно коптящих небо. Один из них стоял ко мне спиной и разглядеть я его не мог, а вот типа в капюшоне узнал мгновенно. Тот самый, что неделю назад вырубил меня в лесу.
Первым желанием было потребовать у Милены объяснений происходящего, но рисковать я не стал. Она же чокнутая, потащит меня сейчас выбираться через служебный выход или окно женского туалета.
— Слава, выведи нас, — коротко бросил я в трубку теперь уже своему собственному водителю и охраннику.
Услышав мой приказ, Милена сморщила носик и обреченно уронила голову на подставленные ладони.
— Это плохая идея, Тимошка, — вздохнула девчонка.
— Разберемся, — бросил я купюры на стол, вставая и помогая встать своей спутнице. — Как ты меня назвала? Тимошка?
Вячеслав махнул какой-то корочкой представителям власти и спокойно распахнул двери ресторана, выпуская нас на улицу. Убойный капюшон-невидимка и его напарник все так же расслабленно стояли у байков и смотрели в нашу сторону сквозь зеркальные очки-авиаторы. Какие-то они одинаковые и идеального телосложения, словно их, как роботов, на одном заводе клепали.
— Даже не думайте, понятно? — будто знает их намерения, с вызовом произнесла Милена, вцепившись в мой локоть.
Потом передумала и схватила за руку. Еще раз передумала и, повернувшись, демонстративно прильнула к моим губам.
Чувствую, что меня нагло используют в непонятных целях, но Тимошка возражать не желает.
Положив ладонь на узкую талию, я притянул мою сказочную девочку к себе ближе и едва не заскулил от радости. Соскучился по её поцелуям, словно век не виделись. Пожалуй, этот поцелуй был слишком горячим. Особенно для меня, не привыкшего к таким откровенным ласкам на публике.
— Тимми, расскажешь нам, как поживает твоя невеста Холли? — заданный одним из типов вопрос, словно выстрел в спину, мгновенно остужает мой пыл.
Еще подернутый пеленой взгляд Милены беспомощно ищет ответ в моих глазах. Не теряя и секунды времени, заталкиваю Милену в машину и ныряю следом, захлопывая дверь. Боковым зрением слежу за парнями, но они и с места не сдвинулись. Мельком заметил и ухмылку капюшона. Крутанув языком зубочистку и загнав ее в угол рта, он насмешливо растянул губы. От этого оскала по спине пробежал холодок. Не потому что он меня напугал, а потому что он выглядел так, будто я добровольно прыгаю в ловушку.
 
Парни проводили увозящий нас автомобиль взглядами, вроде не планируя преследовать.
Повернувшись к Милене, встретился с еще одной ультра-опцией её серых глаз. Решительный, леденящий душу взгляд впился и удерживал, словно колючая проволока. Капюшон оказался прав, я действительно почувствовал себя в капкане.
— Поясни, — тут же начался допрос.
— Все в порядке, Малышка, — взяв её холодную ладошку в свои руки, заверил я.
— Какой универсальный и бесполезный ответ, — иронично выгнула брови Милена.
— Спрашивай, — вздохнув, разрешил я, сомневаясь, что найду правильные ответы.
Рассказать ей всё я попросту не могу. Слишком многое на кону. Слишком многое уже сделано.
— Невеста Холли действительно существует?
Существует — не то слово. Живет припеваючи и ни в чем себе не отказывает, транжиря огромные страховые выплаты за смерть Паркера.
— Я взрослый мужчина. До встречи с тобой у меня была жизнь, Милена.
— Ты солгал мне? — настойчиво переспросила Милена, впрочем, сомневаясь лишь потому, что осознавать собственную доверчивость неприятно.
— Все совсем не так, Милена! Холли была девушкой… женой моего лучшего друга. Я и знаком с ней не был, только на свадьбе видел. А спустя неделю мой друг трагически погиб, — впервые заговорил я об Энтони с посторонним человеком.
Это совершенно на меня не похоже, но я уже махнул рукой на все странности моего поведения рядом с этой женщиной.
— И что? Его жена досталась тебе по завещанию? Ты явно юлишь и уходишь от ответа, Тимми! — безапелляционно приговорила Милена, будто очередного маньяка на допросе пытается расколоть.
— Я не могу рассказать тебе все сейчас, Малышка. Просто поверь мне.
Еще один бесполезный набор слов. Кто вообще способен просто поверить? Особенно уличив во лжи.
Мои попытки уйти от прямого ответа и так говорят сами за себя, но для полного провала, конечно же, вмешался закон подлости. Телефон в моем кармане начал трезвонить без остановки. Можно было выключить, не вынимая его из кармана, но мой сыскарь в юбке уже прочла имя на смарт-часах.
— Ответь, наверное, что-то важное, раз так настойчиво звонят.
Отвечать в присутствии Милены очень не хотелось, но непривычная настойчивость Холли давала пищу тревожным мыслям.
—Тимми! Ты что, совсем одичал там? До тебя невозможно дозвониться! — принялась пилить меня Холли.
— Я занят. У тебя что-то срочное? — впервые так холодно я позволил себе ответить Холли, но ситуация меня раздражала и притворяться хорошим парнем не было настроения.
— Твои родители в госпитале!
Нотки обиды и недовольства в голосе Холли пролетели мимо, я мгновенно похолодел от услышанного.
— Что случилось?
— Я не знаю. Помощь вызвали соседи, найдя обоих в бессознательном состоянии. Врачи мне ничего не могут сообщить, так как я не родственница, приезжай и разбирайся.
— Да, конечно. Сегодня же вылечу. Спасибо, милая,— пробормотал я, отключая вызов.
Я вновь ощутил, как на меня надвигаются каменные стены. Так всегда бывает, когда выбивающие из колеи события начинают рушиться на мою голову одно за другим. Затылок адски скрутило, и к вискам будто прижали раскаленное железо.
— Боже… какая же я дура, — будто сквозь толщу воды слышу голос Милены. — Остановите, пожалуйста, здесь.
Уже громче произносит она водителю. Хрупкая ладонь покидает мою руку и серебристый взгляд перестает сверлить мое лицо.
Нахмурившись, я наблюдаю, как девчонка гордо покидает салон автомобиля, не оборачиваясь на меня и не сказав больше ни слова. На каком-то пустыре, где до ближайших домов километра три топать.
Обычная женская блажь — убежать из машины на пустынной дороге в глухом месте и, обиженно надув губы, ломать каблуки, ожидая, когда за ней вернутся и начнут умолять сесть в машину.