Край мира (ЛП)

— Ты не хочешь быть на хорошей стороне, да?
Рю не стал отвечать на такое.
Молчание затянулось. Рю не знал, что еще сказать. Если Акира не хотел слушаться его совета, он мало что мог сделать. Когда наступит завтрашняя битва, он постарается спасти как можно больше жизней.
Рю уже собирался подбодрить Акиру, когда почувствовал это. Рэй тоже уловила. Они переглянулись с удивлением в глазах. Акира заметил это.
— Что такое?
Рю посмотрел на Акиру.
— Это Ренцо. Он меня зовет.
Акира переводил взгляд с одного клинка ночи на другого. Он сказал Рэй:
— Правда?
Рей ответила:
— Он немного драматичен. Ренцо действует как маяк, излучающий свою энергию, чтобы любой человек с чувством знал, где он. Однако тут Рю прав. Его зовет Ренцо.
— Что ты собираешься делать? — Акира задал Рю его же вопрос.
Ответ Рю был уверенным:
— Я сделаю то, что сказал. Я собираюсь убить его.
ГЛАВА 30
Морико ехала без остановки. У нее не было ни еды, ни воды, но это было менее серьезной проблемой, чем погоня, которая, как она была уверена, последует. Возможно, они не бросились за ней сразу, но они придут. После того, что она сделала, охотники начнут охотиться, и ей негде будет спрятаться. Они могли позволить своей жертве расслабиться.
Она мчала на север и восток. Она не знала, почему Безымянный и его команда охотников были так близки к Трем Сестрам, но была им благодарна. В лучшем случае, она рассчитывала, что перевал — это два или три дня быстрой езды.
Ближе к вечеру она увидела их за собой. До них было еще далеко, но они догоняли. Она не удивилась. Они знали, как управлять своими лошадьми, гораздо лучше, чем она.
Это превратилось в гонку между ней и охотниками. Ее самая большая проблема заключалась в том, что она не знала, как далеко была от перевала. Она повернула к предгорьям, надеясь найти местность, которая дала бы ей преимущество. Она не думала, что была достаточно близко к заставе, чтобы убежать от охотников, и ей не хотелось еще одного сражения на открытых равнинах. Если она собиралась снова драться, ей нужна была помощь. Ее взгляд постоянно блуждал по предгорьям и преследующим охотникам.
Когда солнце начало садиться, Морико отчаялась. Она уже ехала по холмистой местности. Она была близко к горам, но ее лошадь устала. У Морико не было зерна, ничего, чтобы накормить зверя. Что еще хуже, ее догоняли. Как только охотники увидели, что она ехала в предгорьях, они разделились на две группы. Одна группа продолжала следовать за ней, гнала ее по холмам. Другая группа пересекла прерию, воспользовавшись равниной, чтобы набрать скорость и подрезать ее.
Насколько она могла судить, за ней охотились четверо. Она была впечатлена. Речь Безымянного звенела в ее голове. Не было причин отправлять больше двух. Больше двух никогда не требовалось. Но сегодня он послал четверых. Четверо против одной, и это были не дети. Это были охотники, которые путешествовали лично с Безымянным. С точки зрения клинка ночи, четверо противников — это мало, но она знала, что четверо из личного круга Безымянного быстро с ней справятся. Она ехала быстрее.
* * *
Настала ночь, и Морико оказалась в ловушке. Двое охотников, пересекших прерию, были перед ней, преграждая ей путь к форту. Двое ехали за ней, преследуя ее с решимостью, одновременно впечатляющей и удручающей. У Морико было три варианта. Она могла отправиться глубже в горы, полагаясь на труднопроходимую местность. Она могла спуститься на равнину и попытаться обогнать своих противников, или она могла остановиться и драться.
О драке не могло быть и речи. Она устала, все расплывалось по краям. Она была обезвожена, голодна и ранена. Сражаться с любым из охотников было бы почти самоубийством без преимущества. Сразиться со всеми четырьмя было гарантией ранней смерти. Прерия на юге тоже была плохим вариантом. Охотники уже показали, что они быстрее нее на своих лошадях. Она могла продлить неизбежное, но на равнине ее конец был бы неизбежен.
Поэтому она повернула к горам, не зная, что искала, но надеясь, что что-то изменит ситуацию. Она ехала быстро, еще раз подогнав лошадь. Конь тоже был истощен, но ему оставалось лишь немного продвинуться вперед. Местность становилась каменистой и узкой, со всех сторон вздымались отвесные скалы. Её поездка почти закончилась.
 
Морико искала какое-нибудь преимущество. Ее сердце колотилось. Она чувствовала, как позади нее охотники затягивают сеть все туже. Выбора не было. Она выбрала долину и поехала по ней. Ей конец. Обратного пути не было. Вскоре лошадь стала двигаться медленнее, чем могла. Морико слезла, немного подумала и привязала лошадь к дереву. Если она вернется этим путем, ей понадобится средство передвижения.
Она двигалась по долине так быстро, как позволяла местность. Земля была неровной, а луна представляла собой лишь полоску, оставляла тени, указывающие ей путь через незнакомую местность.
Морико остановилась. Она прошла, может быть, половину лиги, но что-то было не так. Она огляделась. Одна тень была темнее окружающих теней. С любопытством Морико двинулась туда. Тень оказалась пещерой, зияющей чернотой, которую ее взор не мог разглядеть. Она направила чувство. В пещере ничего не было, но охотники отставали от нее на несколько сотен шагов. У нее не идей лучше, поэтому она вошла.
Ее проглотила тьма. Она не выросла в горах или равнинах. Она знала тьму в глухих лесах своей юности, но не такое. Эта тьма была реальной, присутствие, которое она чувствовала, тьма касалась ее кожи.
Морико проглотила свой страх и пошла дальше в темноту, всеми своими чувствами ища информацию. Она двигалась медленно, ее руки скользили по стене. Она попыталась дотянуться до другой стены или потолка, но ничего не нашла. Пещера, или система пещер, была большой.
Она перестала пытаться увидеть, ее чувство взяло верх, и Морико обнаружила, что она ощущала форму пещеры. Слабо, но жизнь росла даже тут. Летучие мыши, проснувшись, висели встревоженно под потолком, прислушиваясь, чтобы понять, угроза она или нет. На стенах от струй воды вырос лишайник. Этого было мало, но это было что-то, и в темноте даже самый слабый свет вселял надежду.
Ее чувства не были точными, но она хорошо понимала форму пещеры. Позади нее вспыхнул свет, который быстро погас после быстрого бормотания на азарианском. Морико не знала, что было сказано, но догадывалась. Они доверяли чувству больше, чем своему зрению, в пещерах. Она поняла. Зрение было ненадежным. Свет отбрасывал тени, скрывающие опасности. Чувство никогда не врало.
Но, ее сердце забилось быстрее, чувство можно было обмануть. Здесь она могла их одолеть. Она позволила своему присутствию мягко потянуться из нее, будто она пыталась контролировать это, но безуспешно. У них должна быть возможность выследить ее, но будет нелегко. Если бы было слишком просто, они могли подумать, что это ловушка. Она углубилась в пещеры, радуясь тому, что они тянулись без конца.
Охотники следовали за ней под гору. Она подавляла волнение. Важно было сосредоточиться. У нее было преимущество, но она не могла недооценивать своих противников. Это были самые опасные люди, которых она когда-либо встречала. Морико двигалась так быстро, как только могла, доверяя своему чувству. Достигнув развилки, она сделала ход.
В ее сознании глубоко запечатлелись воспоминания об охотниках, вынюхивающих ее. Возможно, дело было не только в их чувстве, но и в обостренном восприятии в целом. Она сняла одежду и бросила ее в одну из ветвей пещеры. Затем она полностью подавила свое присутствие и прошла несколько шагов вниз по другой ветви, спрятавшись в углублении в стене.
 
В пещерах не было возможности отследить время, но казалось, что всего несколько мгновений спустя она услышала и почувствовала четырех охотников у ветки. Она дышала осторожно, как можно тише. Она вошла глубоко внутрь себя, удерживала все внутри. Если они что-нибудь почувствуют, ловушка будет разрушена. Она услышала шмыганье из пещеры.