Хтонический ужас (СИ)
— У демонов есть предводитель? — задал я сакраментальный вопрос.
— Ты же имеешь доступ к нашей библиотеке, — хмыкнул Тобенгауз. — Мог бы изучить опыт предшественников… Скажу так. Нет четкого упоминания о владыке Бездны. Есть основания полагать, что кто-то командует духами. Сущность, как ты изволил выразиться. Эта сущность по своей мощи на порядки превосходит даже хтонов, в которых наши современники не верят.
— Я только и слышу, что разговоры о гипотетических повелителях Бездны. Мы что-нибудь можем утверждать наверняка? Кто такие хтоны, способны ли они пробраться в наш мир, чего от них ждать, какие интересы они преследуют?
— Правды никто не скажет, — Тобенгауз пожал плечами. — Единицы одаренных, сумевших пережить столкновение с Четверыми Призывателями, толком не понимают, что произошло. Даже патриархи родов замолкают при упоминании хтонов. Я годами считал современных призывателей жалкими дилетантами, способными разве что спектра в автомат запихнуть. Похоже, это мнение было ошибочным. Инги наткнулись на некие записи, сделанные Четверкой незадолго до падения. В этих записях подробно расписан процесс призыва хтонов. Нет лишь одного — рекомендаций по управлению. По этой причине Инги не спешат с окончательной сборкой хтонической пушки.
— Боятся потерять контроль?
— Именно.
— Так что же случилось сегодня?
— Не сегодня, — вздохнул Тобенгауз. — На днях. Тебе Глеб рассказывал про спиритические допросы?
Качаю головой.
— У нас есть экзорцист, умеющий общаться с бесами. С теми, что заточены в ловушках.
— Сложно, — я поморщился. — Одержимые пистолеты вступают в мысленный контакт с хозяином.
— Эти ловушки созданы призывателями, — напомнил Тобенгауз. — В них нет предустановленного ментального фильтра. Знаешь, мы ведь изгоняем духов, а не ставим их себе на службу.
— Зря, — вырвалось у меня.
— Таковы заветы основателей, — отрезал главный демонолог. — Не тебе их оспаривать. Так вот, наш спиритист допросил элементаля, выловленного в Сатанинском Каньоне. Мы выяснили, что армию Бездны возглавляет существо по имени Ниимб. И этот Ниимб отдал приказ расправиться с тобой, Илья.
— Со мной?
— Они и раньше к тебе присматривались. Не знаешь, почему?
— Я избранный.
— Всё шутишь.
— Александр Трифонович, мне это не нравится. И я ума не приложу, почему твари из Бездны на меня ополчились. Из-за хтонической пушки?
— И я так думаю, — согласился Тобенгауз. — Лидеры конклавов полагают, что ты быстро развиваешься и вскоре сможешь выполнить миссию, возложенную на тебя Департаментом. Уничтожить Ингов. Боюсь, это не входит в планы Ниимба. Я думаю, демоны хотят использовать призывателей. Хтоны вселятся в наше оружие, развяжут чудовищную войну и попытаются навязать мир на собственных условиях.
— Они сумеют вырваться из ловушек? — не поверил я.
— Ловушек для хтонов не существует, — категорично заявил экзорцист. — Если призыватели думают, что сумели сконструировать нечто подобное, то глубоко заблуждаются. И это заблуждение опасно.
— А от меня вы чего хотите, Александр Трифонович?
— ДТД готовят рейд в одну из аномалий. Говорят, нашли площадку, где Инги строят супероружие. Тебя возьмут в группу. И не только тебя. Пойдешь с другими демонологами. Легенда — задание от конклава. После переброски объединитесь с экспедиторами и карателями Адамсов.
— Карателями? — уточнил я.
Элитное подразделение клана. Чистильщики, единственная задача которых — уничтожать тех, на кого укажут. Я слышал о них, но не был уверен в правдивости слухов.
— Я не повторяюсь.
— А я им для чего?
Тобенгауз пожимает плечами:
— Меня не просветили.
Ладно.
Переосмыслю это в тишине квартиры.
— Когда?
— Точная дата не разглашается. Думаю, через месяца полтора. Не раньше. Я тебя вызвал, чтобы донести свою позицию. Сейчас интересы ордена и ДТД совпадают. Лидеры конклавов посовещались и решили избавиться от призывателей. Первыми будут Инги. После этого мы возьмемся за Хантеров и Го. Высшие экзорцисты уверены, что призыватели затеяли собственную игру. Мы даже не исключаем их сговора с Ниимбом. Я не знаю причину, но ты — ключевая фигура в этой войне. Ниимб в курсе. Две недели вы с Полиной проведете в каюте, не защещенной магическими ритуалами. Уязвимость очевидна.
— И?
— Я пришлю Сандру Тимановскую. Удостоверься в том, что она получила доступ к твоей каюте.
— А так можно?
— Нам — можно.
— Добро.
Какое-то время мы с Сандрой были любовниками, но потом расстались. И вот — новая встреча. В условно рабочей обстановке.
Я распрощался с Тобенгаузом и переместился домой.
На часах — шесть вечера.
Из лоджии открывается чудесный вид на бушующее море. Исполинские валы захлестывают пляж, променад тоже затоплен. Вьюжная круговерть скрадывает детали, но я вижу побелевший город.
Тотальная обреченность.
Зазвонил телефон.
Глава 3. «Симфония неба»
— Господин Невзоров?
Петра Крафта я узнал сразу. Начальник отдела межклановой борьбы звонил мне крайне редко, предпочитая вести дела через рядовых экспедиторов. И всё же, у меня хорошая память на голоса.
— Здравствуйте, полковник.
— Я вас не отвлекаю?
— Не вы первый.
Многозначительное молчание.
— Я бы хотел переговорить в неформальной обстановке.
— Где? — беру быка за рога.
— Кофейня «Эфиоп». Вы там часто бываете с друзьями, так что адрес называть не буду.
Да, «Эфиоп» мне полюбился. Там работает бариста-аутист, который зациклен на рецептурах. У чувака всё выверено до грамма, а варка рассчитана чуть ли не посекундно. Более вкусного кофе я нигде еще пробовал. В «Эфиопе» можно и чай заказать. И молочный коктейль. Я заглядываю туда на выходных с Вейл, Окси и Полиной. Иногда с Климом и Софией. Расположилась кофейня в подвале старого многоквартирного дома, большая часть апартаментов в котором сдается посуточно.
— Время? — смотрю на часы.
Пять минут седьмого.
— Я уже там.
— Буду через десять минут.
— Договорились.
Короткие гудки.
— Ты на балконе собрался жить? — сестра носится по квартире.
Всюду разбросаны шмотки, тетради, карандаши, разная девчачья мелочевка.
— Мне еще кое-куда надо смотаться.
Иду в свою комнату, чтобы переодеться. На полпути вспоминаю, что забыл снять ботинки. Гадство, опять работа. Избавляюсь от ботинок в прихожей, слушая ворчанье сестры:
— Вот как одеваться? У нас холодно, а летим на юг. Получается, шорты, футболки и всякое такое? Легкие кроссовки, наверное… или вот эти мокасины… блин…
— Это корабль, — напомнил я, открывая дверь спальни. — На закрытых палубах климат искусственный.
Отгораживаюсь от надоедливого бубнежа дверью.
Быстро переодеваюсь. Форму — на вешалку в шкаф. Для сегодняшнего вечера мне подойдут обычные джинсы, рубашка и шерстяная жилетка. Курткой или пальто не заморачиваюсь от слова «совсем». Я же не пешком…
— Помоги мне! — сестра топает ногой.
— Как? — стараюсь побыстрее завязать шнурки.
— Посмотри на эти вещи, — девочка указала на груду тряпок, разбросанных по кровати. — Что выбрать?
— Оденься потеплее — мы телепортируемся на пирс. А с собой бери минимум вещей. Если что-то потребуется — купишь на месте. Там куча магазинов.
— Так просто?
— Не вижу причин усложнять.
Сказав это, незамедлительно исчезаю.
И материализуюсь в продуваемом вьюгой переулке.
Передо мной неоновая вывеска: ЭФИОП. Буква «О» стилизована под кофейное зерно. У верхней ступеньки лестницы, ведущей в подвал, намело целый сугроб. Ныряю под навес — в уши и щеки вгрызается ледяная стужа. Ветер выбивает слезы из глаз. Да, это не Валдорра…
Отряхиваю налипший на подошвы снег и вхожу в кофейню.
Здесь — иная реальность.
Из глубин «Эфиопа» доносится тихая этническая музыка — что-то в африканском стиле. Барабан, заунывные напевы… Подвальчик заточен под стиль лофт — декоративная кирпичная кладка, трубы под потолком, висящий на стене велосипед, какие-то абстракции… Штук шесть столиков и барная стойка, за которой хозяйничает Никита — тот самый бариста-аутист. Я слышал, что заведение принадлежит родителям Никиты. Весьма заботливым родителям. Чуваки подметили, что их сын любит готовить кофе и сделали ему подарок на день рождения. Совместили хобби с прибыльным бизнесом.