Хтонический ужас (СИ)

Мечники ушли в прошлое.
И всё же, я верен себе. Любые приспособления для убийства ближнего должны быть освоены. От карандаша и молотка до крупнокалиберного пулемета. Иначе какой я, нахрен, жрец бога смерти?
В тир я тоже записался.
И за три месяца научился очень нехило стрелять из своего одержимого пистолета, даже без помощи запертого в ловушке элементаля.
…Винтовая лестница ведет в глухой металлический колодец, оснащенный лампами дневного света и датчиками движения. Я не сразу дорубаю, где притаился ридер. Ага, вот зеленый индикатор, а под ним крохотное черное окошечко. Прикладываю карту…
…и цилиндр распадается на несколько сегментов.
Изогнутые части колодца, с шипением разомкнувшись, втягиваются в пол. Передо мной простирается… комната с размытыми границами. По правде говоря, мне еще не доводилось видеть таких помещений. Очертания углов смазаны, глаз упирается в однородную серость, имеющую дальнее сходство с водой.
Мне от такого дерьма сносит крышу.
Стою посреди этой неопределенности, а внутри поднимается паника…
Собираю волю в кулак, ищу хоть какие-то ориентиры. Ага, спираль лестницы. Делаю шаг вперед — и сегменты цилиндра восстанавливаются, отрезая полигон от внешнего мира. Сквозь потолочную аморфность проступают световые панели — второй ориентир.
Третий пункт системы координат — Акира.
Девушка сидит, поджав под себя ноги, в тридцати шагах от меня. В полной экипировке для кендо. Разве что мэн, специфический шлем с зарешеченным забралом, лежит на ускользающе-дымчатом полу. Мне уже доводилось играть в эти игры — в той самой секции, о которой я говорил выше. Ничего общего с СМЕ бамбуковые мечи и деревянные катаны не имеют. Сучка хочет устроить мне проверку. Это в духе ее гребаного самурайского семейства. Посмотри на человека в бою, чтобы понять, каков он в жизни.
— Илья-кун.
Легкий полупоклон.
Я кланяюсь в ответ.
Что ж, посмотрим. Не придется ли тебе пожалеть об отнятом у меня времени, дорогая. Нельзя испытывать терпение Джерга до бесконечности.
— До моего отца дошли слухи, что ты увлекаешься фехтованием, — произнесла Акира, не меняясь в лице. — Окажешь мне честь?
— С превеликим удовольствием, — я замираю в условном центре. — Однако считаю нужным предупредить, что мои навыки весьма скромны и не идут ни в какое сравнение с мастерством рода Нисимура.
— Льстить ты умеешь, — скупо улыбнулась девушка. — Посмотрим, насколько хорошо владеешь бокеном.
О, как.
Даже не синаем.
Акира тянется рукой к полу и проводит по чему-то незримому. Иллюзорная дымка развеивается — я вижу обычные стены, обшитые каким-то пористым материалом. А еще — ниши, в которых притаились оружейные стойки. Бамбуковые синаи, дубовые и буковые макеты катан — бокены. Изогнутые деревяшки, лакированные и отполированные до блеска. Красные, черные и коричневые. Широкий ассортимент. А вот и ниша с комплектом снаряжения для поединка.
Приближаюсь к нише и начинаю облачаться.
Акира не смотрит в мою сторону, но я понимаю, что испытание началось. Умение обращаться с доспехами — первый признак, отличающий дилетанта от истинного бойца. Темно-синие штаны-хакама и куртка-кендоги идут первыми. Я снимаю с себя лишнее, остаюсь в нижнем белье. натягиваю всю эту азиатскую хрень. После этого берусь за сам доспех. До — на туловище, котэ — на руки. Тарэ — на пах и бедра. Всё на завязках, никаких пуговиц, липучек и прочей херни. В самом конце берусь за мэн, защищающий голову, плечи и горло. Там целая система, состоящая из кожаных полос и стеганой ткани. Хорошо, что в зале царит приятная прохлада — стандарт для подобных помещений. На лоб повязываю тенугую — тканевую полоску, мешающую поту стекать в глаза.
Зал расчерчивается в линейку металлической решеткой.
Подхожу к стойке с деревянными мечами. Выбираю увесистый дубовый бокен черного цвета. Рукоять плавно переходит в лезвие, гарды нет. Макет настолько совершенен, что его сложно отличить по форме от оригинала.
Оборачиваюсь.
Моя противница уже на ногах. Голова и плечи защищены мэном, лицо скрыто забралом. Удерживая меч двумя руками перед собой, Акира неспешно двинулась по кругу.
 
— Ты не включила защитное поле, — отметил я, зеркально отражая движения девушки.
— Никакой магии, — сказала Акира. — Классический поединок без праны.
— Условия?
— Бой до трех очков. Регламент — пять минут. Если наберешь хотя бы одно очко, а время поединка истечет, ты победил. В общем, ничего нового.
— Начнем, — сказал я.
И тронул сенсор таймера на ближайшей стене.
В перчатке это делать не очень-то удобно, кстати.
Акира занесла меч над головой, приняв стойку дзедан-камаэ. Я сделал вид, что ухожу в защиту, выставив оружие перед собой. Острие — на уровне носа.
Сходимся.
Акира с криком атакует, нанося рубящий удар сверху. Отступаю, прогибаюсь в спине и тут же контратакую. Девушка принимает давление на рукоять, скручивается в тугую пружину и отталкивает меня, разрывая дистанцию. Скрещиваем кончики мечей. Серия молниеносных выпадов и парирований. Выворачиваю кисти, бью рукоятью меча по защищенным перчаткой пальцам девушки. Доворот — касаюсь лезвием решетки мэна. Отступаю.
— Неплохо, — признает Акира.
И тут же идет на сближение.
Стремительный бросок с поднятым мечом.
Я отступаю, быстро перебирая босыми ступнями по полу. Ухожу вправо, вычерчиваю смертоносную дугу на уровне живота Акиры. Девушка непостижимым образом избегает этой ловушки, молниеносно сбросив скорость и сменив опорную ногу. Круто, надо учесть ее маневренность.
И всё же, Акира проиграет.
Потому что ей не доводилось сражаться за свою жизнь. Я вырос в мире, где малейшая ошибка приводит к выпадающим из тебя внутренностям или фонтану крови из сонной артерии. Неточность — это смерть. Даже жрецы Нергала умирают на поле боя.
Турнир — не война.
Знание этого въедается в таких как я на глубинном уровне.
Акира вновь заносит бокен над головой, и я коротким взмахом поражаю ее левую руку. Два-ноль. Расходимся, замираем в базовых стойках. Я не вижу лица своей спарринг-партнерши, но понимаю, что она злится. Плебей из низших слоев общества не должен делать то, что делаю я. И ведь самое удивительное, что здесь нет фантастики. Я просто слегка точнее и чуточку быстрее. Мои победы не умаляют достоинств оппонента — технически Акира очень хорошо подготовлена. Просто она мыслит иначе. Это как расстреливать врагов в компьютерной игре. Ты всегда можешь сохраниться и начать заново.
Мой разум не умеет сохраняться.
Дистанция — три метра.
Острие моего меча направлено вниз и вправо. Акира заводит меч за спину и по широкой дуге атакует в шею. Отступаю, бью в живот и тут же — в голову.
Всё.
Поединок завершен.
Кланяемся, расходимся.
— Как ты это делаешь? — не выдерживает японка. — Я тренируюсь с детства. Это…
— Недопустимо, — хмыкаю я, снимая мэн. — Тебя можно понять.
Я вижу ее глаза.
Ярость улеглась, на смену пришло уважение к противнику. То уважение, которым и не пахло в лицейском вестибюле, когда мы впервые встретились.
— Не издевайся, — попросила японка.
— Я и не думал. Дело не в подготовке, она у тебя безупречная.
— Тогда в чем? — девушка быстрее меня справилась с доспехами и пошла останавливать таймер. Я про себя сделал отметку, что защитное поле вырубилось, когда азиатка прикоснулась к узору на деревянной половице. Очередная татуировка, принявшая образ рисунка. Вот вам и мир без артефактов.
— Ну… даже не знаю, как объяснить, — я водрузил бокен на стойку. — Тебе доводилось участвовать в уличных драках?
— Нет.
— А убивать кого-нибудь?
— Нет.
— А чувствовать дыхание смерти?
Акира молчит.
— В этом всё дело, — я начинаю переодеваться в спортивный костюм.
Ловлю на себе пристальный взгляд девушки.
— Можешь переодеваться, не подсматриваю, — бросил я через плечо, натягивая футболку. — Что у нас дальше в программе? Кулинарный конкурс? Презентация фотоальбомов? Кровавый ритуал вуду?