Император желает услышать "Да" (СИ)

– Возможно, им стоит остаться без ответа. Многие знания – многие печали, Ваше Высочество, – впервые позволив себе лёгкую усмешку, отзывается монах.
М-да... это изречение настолько лишено свежести, что образ древнего ордена, полного загадочных мудрецов, в моей голове и в данный момент разрушен окончательно…
Но, постойте-ка, не он ли говорил мне, что я не должна быть слепым котёнком, лишенным информации?!
– А как же моя мотивация? Разве я не должна знать причин, по которым моя жизнь была разрушена? – жестким голосом произношу, прекрасно отдавая себе отчёт в том, что дядя меня слышит.
Даже желая, чтобы тот меня слышал в этот момент!
– Вопрос в том, разрушена ли ваша жизнь? – протягивает монах, глядя на меня с лёгким озорством в глазах, ставших на мгновение яркими, как пламя, – Найдите ответ на этот вопрос, Аянэ Тэра.
И с этими словами он покидает постоялый двор, не оборачиваясь.
А всё, о чём я могу думать, глядя ему в спину… это стоит ли ему напомнить про забытый в комнате колпак?
…
– Что это значит? Почему он так демонстративно проигнорировал меня? – слышу полный недовольства и даже нескрываемого гнева голос дяди.
– Возможно потому, что вы так демонстративно проигнорировали его нежелание общаться с вами? – не поворачивая головы, отвечаю.
– Ты стала слишком дерзкой, племянница. И, кажется, совсем потеряла страх, – предупреждает Керон.
– Вероятно вы правы, дядя, – соглашаюсь, – я потеряла страх, когда узнала, что мой отец был отравлен, – и я поворачиваюсь, и заглядываю ему в глаза.
Понятия не имею, было ли это его приказом.
В данный момент это даже не важно: дядя получил выгоду от смерти папы и сделал всё возможное, чтобы я никогда не обрела силу – только за это я могу убить его на месте, не испытав раскаяния!.. Могла бы… хотела бы… отворачиваю голову, прикрывая глаза.
Я не должна превращаться в Каяна. Я не имею на это права.
Потому что слишком часто критиковала императора Го за тот же самый образ мышления…
– Ты получила аудиенцию у Верховного Монаха и решила, что можешь разбрасываться необоснованными обвинениями? Свобода плохо на тебя повлияла, – цедит дядя, давая знак страже – покинуть помещение, – впрочем, и на такую тебя найдётся управа.
– Что вы имеете в виду? – спрашиваю равнодушно.
Вряд ли он ещё чем-то сможет испугать меня. Я изменилась. У него больше нет никаких точек давления на меня.
– Вечером в столицу прибудет делегация с севера. Похоже, император Го возжелал вернуть сбежавшую наложницу и хорошенько наказать её за наглость – что ж, не буду ему мешать. Это… дело семейное, – холодная высокомерная усмешка искажает лицо правителя Цай, после чего он разворачивается и покидает постоялый двор.
– Он… едет… – выдавливаю из себя, потрясенно глядя куда-то вперёд.
– Даже не вздумай сбежать. Цай не должен отвечать за твоё непослушание, – добавляет Керон бесстрастным голосом и громко закрывает за собой дверь.
  
Глава 23. Только ради тебя
 
Возвращаюсь во дворец на деревянных ногах. Страх ещё раз в жизни встретить Каяна был так велик, что я старалась даже не думать о подобной возможности.
А сейчас, выходит, это не просто «возможность», это факт – мы с ним встретимся здесь, на моей территории, в Солнечном дворце… и в качестве кого мы предстанем друг перед другом?
…
Что я вообще могу противопоставить праву императора Го забрать меня обратно на север?
Дядя чётко сказал, что не будет ему мешать. Старейшины и приближенные лорды поддержат его в любом случае: не зря они столько лет правят востоком вместе.
Выходит… за меня тут и заступиться некому?
– Ну, что, где твоя показная самоуверенность? Где задранный подбородок? – слова Сайоры, брошенные где-то в коридоре дворца, вырывают меня из размышлений, вынуждая поднять голову и встретиться с той глазами, – Гордая принцесса востока сдулась, стоило мужу упомянуть о приезде императора Го. Интересно, твой хозяин позволит Аэрону высечь тебя плетью за непослушание? Обязательно спрошу его разрешения сделать это на сегодняшнем пиру в честь делегации севера!
 
– Пир в честь делегации? – свожу брови, глядя на неё всё ещё рассеянным взглядом.
– Естественно! Такие гости редко заезжают к нам, – скалится Сайора, которой крайне нравилось следить за выражением моего лица.
– Такие гости по всем правилам военного положения вообще не должны быть допущены в столицу, но вы пропускаете их в самый дворец, полагая, что цель императора – я?.. – смотрю на неё, как на ненормальную, – Не знаю, в курсе ли вы, дражайшая тётушка, но Каян способен убить всех гостей в зале, просто щелкнув пальцем. Надеюсь, приветствовать нашего врага придут все приближенные дяди? Я бы вам ещё посоветовала позвать всех своих подруг – ну, и сына не забудьте. Да и сами обязательно приходите.
– Ты!.. Да как ты смеешь?! – мгновенно ощетинившись, восклицает Сайора.
– Не понимаю сути претензий: это ведь вы зовёте врага востока к себе в дом, а не я, – безразлично протягиваю, а потом прохожу мимо.
В покоях меня уже ждали прислужницы, желающие исполнить свою святую обязанность – подготовить овечку на заклание хищнику, хозяевам на радость. Не имея душевных сил слоняться без дела и предаваться рефлексии, решаю не упускать возможность в последний раз ощутить себя принцессой. И позволяю им творить со мной всё, что было запланировано.
Таким образом убив время, прохожу в свою спальню, чтобы облачиться в платье, и застываю.
– Другой вариант, – произношу ровным голосом, с трудом, но взяв гнев под контроль.
– Другого варианта нет, Ваше Высочество, – отвечает одна из служанок, низко склонив голову.
Иду к своему шкафу и распахиваю его. Ещё утром он был полон нарядов на любой вкус – однако, сейчас пустовал.
– Значит, останусь в том платье, что носила сегодня, – хочу вернуться за ним в купальню, как две служанки перегораживают мне ход.
– Его уже забрали и унесли. Платье для вечера приготовлено супругой правителя. Невежливо будет отказываться, – произносят они четким голосом.
– Вы что, бессмертные? – спрашиваю у тех без эмоций.
– Надеемся на понимание принцессы! – и вся группа служанок склоняется в самых низких поклонах, почти сгибаясь пополам.
– Вон из моих покоев, – прикрывая глаза, произношу.
– Ваше Высочество…
– Вон! – рявкаю на них так, что девушки вздрагивают и выбегают в коридор.
Затем подхожу к белому платью, рукава которого были сделаны из плотного кружева, как и зона декольте… глубокого декольте, из-под которого будет видна часть ожога.
Прикасаюсь к ткани на рукавах… да, такое грубое на ощупь кружево ещё нужно поискать. Под ним мои свежие раны однозначно дадут о себе знать…
– Что ж, не следовало расслабляться, – произношу вслух, глядя на наряд сверху вниз.
Самое смешное, что на здоровом теле это платье будет сидеть прекрасно, подчеркивая все достоинства хозяйки и останавливая на ней взгляды гостей. Но на мне оно подчеркнёт лишь все уродства, приобретенные за годы моих тренировок и противостояния сильным мира сего.
Одеваюсь и подхожу к зеркалу.
…
Находясь на расстоянии в десяток метров, я ещё смогу всех обмануть – прикрыв ожог на груди своими волосами, которые мне пришлось спешно распускать и перекидывать на левую сторону. Но вблизи картина будет печальной.
– Надеюсь, Джай будет не сильно злорадствовать, – протягиваю бездумно и выхожу из покоев.
Весёлый пир должен начаться с минуты на минуту.
В коридоре передо мной встают два стражника, без каких-либо слов предлагая смириться с конвоем и следовать в сторону «праздника».
 
Полагаю, дядя решил, что я попытаюсь сбежать через главный вход. Болезный, он не в курсе, что нынче я ходок через окна. В Холодном дворце расстояние до земли могло бы меня покалечить, но в Солнечном – я имела все шансы спрыгнуть вниз и пересечь всю дворцовую территорию до стены, отделяющей резиденцию правителя от столицы, на своих двоих. Так что, пожелай я сбежать, я бы это сделала.