Император желает услышать "Да" (СИ)

– Ваша… – потрясенная, перевожу взгляд на даму.
– Мачеха, – отвечает Каян.
– Бедное дитя, – смерив меня быстрым взглядом, протягивает вдовствующая императрица, – ты напугана?
– Очень, – брякаю, не задумавшись.
– Хочешь находиться здесь? – продолжает обстрел та.
– Хочу сбежать отсюда как можно скорее, – делюсь от чистой души своей.
– У тебя ещё есть голова на плечах, мальчик мой? Или там только военные построения остались? – тут же переключается на пасынка вдовствующая императрица.
– Матушка, выбирайте слова, – вежливо предупреждает Каян.
– Ты не можешь взять силой принцессу востока и ходить дальше, как ни в чем не бывало! – с лёгкой прохладой в голосе отбивает та.
– Никто не собирался её… – начинает, было, Его Величество.
– Ты хочешь сделать её своей любовницей, хотя она того не желает. Это, по-твоему, называется – «добровольное согласие»? – припечатывает сынка вдова императора.
– Всё намного сложнее, чем вы думаете, матушка! – четко проговаривая слова и при этом глядя ей в глаза, произносит Каян.
– Ты безусловно прав: всё намного сложнее, чем ты думаешь. И ты не можешь руководствоваться эмоциями, ставя под удар весь север из-за своей неумной жажды отомстить!
– «Неуемной жажды отомстить»? – переспрашивает Император отстраненным голосом, – Вам напомнить, под каким ударом был север двадцать лет назад, когда её дед пришёл на наши земли со своей неуемной жаждой?..
– Её дед! Не она! Посмотри на эту девушку – это ей ты мстишь за все свои обиды! А её дед давно умер! – повышает голос вдовствующая императрица, указав перстом на меня, после чего в спальне устанавливается тишина… – Каян, я не влезала в твои дела, потому что ты делал их хорошо. Ты не только поднял с колен всю страну, ты поднял боевой дух северян – а это многого стоит! Ты создал самую мощную армию и запугал почти весь материк. Но вспомни, что происходит с испуганным зверем, загнанным в угол?
– Ты про Цай? – сложив руки на груди, спокойно уточняет Каян.
– Ты буквально играешь с огнём, сын, – произносит вдова императора.
– Они уже не так велики, как раньше, – отводит взгляд Его Величество.
– Это государство магов с многотысячелетней историей! – чеканит женщина, невольно услащая мой слух, – И тебе не хватит ресурсов на его полное уничтожение! А если ты не в состоянии стереть их всех с лица земли – даже не начинай с ними войну: их месть будет стоит нам дорого.
Так… ладно… с усладой слуха я поторопилась…
– Я не оставлю север неотомщенным, – твердо произносит Каян.
– Ты для этого его возрождал? Чтобы затащить в великую войну между потомками древних богов? – демонстративно изумляется вдовствующая императрица.
– Ну, с чего вы взяли, что…
– Потому что на помощь востоку придёт юг! А потом запад! Никто не захочет жить в мире, где одна страна уничтожает другую и запугивает всех остальных! – вновь повышает голос вдова императора, – Ты многого добился, Каян. И теперь тебе нужно продемонстрировать всем, что ты не помешанный на мести психопат, а умный правитель, с которым можно договориться. Для начала, ты не будешь неволить любимую внучку Теона.
– Это вас…
– Ты и так растоптал её репутацию! – вновь повышает голос дама, – Будь же милосердным и дай ей возможность сохранить хоть каплю своего достоинства! У тебя много женщин. Устал от знакомых лиц – я пришлю тебе новых. Но принцессе востока ты должен дать право выбора. Ты меня понял?
– Так весь вопрос в её согласии? – чуть погодя, уточняет Каян и отпивает из горла, не отрывая от меня тяжелого взгляда.
– Если тебе так проще думать… то да. Второе – ей нужно выделить комнату. Она не может жить в твоих покоях!
– Она моя наложница, – как маленькому ребёнку, поясняет мачехе Каян.
– Она принцесса Цай, а не твоя собака! – вновь чеканит по слогам вдовствующая императрица.
– Я хочу свою комнату! – решаю подать голос.
– Кто бы сомневался, – холодно усмехается Каян.
– Девочка должна иметь место, где она может спрятаться от всех… – произносит дама и замолкает, напряженно глядя на своего пасынка.
 
– Ну, давайте, продолжайте свою мысль, – предлагает ей Каян, – «спрятаться от всех вас» – вы же это хотели сказать? Мы же для вас что-то вроде бездушных убийц, так?
– Бездушных? Не знаю. Убийц? Определённо – да, – кивает вдова императора.
– Мы стали такими не по своей воле. Мы стали такими ради вашей безопасности! – бросает ей в лицо Каян.
– Ты думаешь, что ты один пострадал от тех событий? – неожиданно сухо уточняет женщина, перестав наводить суету, – Думаешь, твою боль ничто не превзойдет? Каян, не будь ребенком: мы все получили свою долю из общей чаши! У тебя хотя бы был север, готовый слушать любое твоё слово и поддерживать любое начинание! А у этого ребёнка из-за сложностей наследования в Цай вообще ничего не было, кроме обрывка от чужой техники, добытой для неё покойным дедом. И её ты хотел унизить из-за растоптанной двадцать лет назад гордости?.. Той самой гордости, которую ты уже давно возродил и в своём сердце, и в сердцах всех жителей севера!.. Остановись уже. И оцени – чего добился. В противном случае ты не только похоронишь весь свой труд, ты закопаешь глубоко в землю всю нашу славную историю.
…
– Я вас услышал, матушка, – без эмоций отзывается Каян, спустя некоторое время, – и я… выделю комнату для своей наложницы, а также не стану неволить её, пока она не даст своего согласия. На этом всё? – и он поднимает на мачеху безучастный взгляд.
– Её кузена ты должен вернуть на родину целым и невредимым.
– Матушка! – на этот раз Каян повышает голос.
– Он ей в подмётки не годится! – вновь довольно грубо указав на меня своим перстом, замечает вдовствующая императрица, – Верни его в Цай, и мы разрушим эту страну его же хлипкими руками! Почему ты не способен смотреть чуть дальше своего прекрасного носа?.. Право же, не так я тебя воспитывала! – всплеснув руками, восклицает эта опасная во всех смыслах женщина…
Она же даже не видела Аэрона! Откуда он знает, насколько он бесполезен?!
– Хорошо, я задумаюсь над вашими словами, матушка. На этом-то, надеюсь, всё? – устало уточняет Каян.
– Всё, – кивает его мачеха, – принцессу я забираю с собой. Нечего ей делать в твоей спальне.
– Матушка… – предупреждает Его Величество.
– Ты согласился проявить милосердие по отношению к ней? Вот, и славненько: весть о твоём великодушии разлетится намного быстрее хулы, – отмахивается та, подходя ко мне и подхватывая под локоток, – и, поверь, такой образ правителя принесёт пользу всему северу.
– Я ещё не выделил ей покоев…
– Я уже обо всём позаботилась, – щелкнув пальцами, отвечает вдовствующая императрица, и перед ней раскрывают двери верные слуги, – гордая принцесса, способная бросить вызов генералам Грозовой Джины, находящаяся под защитой нашего Бога и скрывавшая свою личность так долго, находясь в самом центре столицы… Ты не достоин касаться её сейчас, мой бездушный сын – потому что ты ещё не способен оценить её, – выходя из императорской спальни, протягивает женщина и выводит меня за собой, игнорируя недовольство Каяна. – Она будет жить в самом тихом крыле, и я выделю ей свою охрану! Приятных снов, Ваше Величество…
– Благодарю вас, – негромко произношу, следуя за этой властной и величественной женщиной.
– Не стоит, милочка. Я лишь отсрочила неизбежное, – по-деловому сообщает мне вдова императора, – но кто-то должен был ему всё это сказать: мальчик заигрался в свою отсроченную месть и начал терять берега. Что ж, это было неизбежно в отсутствии надзора и при наличии такой огромной силищи… А теперь скажи-ка мне, ты и впрямь поразила молнией императорскую ложу?
 
– Я… – протягиваю, слегка растерявшись, – похоже, что да.
– И Макот действительно защитил тебя от гнева Каяна? – продолжает наседать эта «добрая тётушка».
– Защитил, – киваю чуть уверенней, – правда… по-моему, мне запрещено распространяться об этом…