Император желает услышать "Да" (СИ)

– Как ты смеялась над местными дамами? Да, видел, – кивает молодой человек.
– Я не… – прикрываю рот, понимая, что признаться в истинной причине моего смешка я точно не смогу.
– Всё в порядке. Мне без разницы, насколько ты высокомерна. Ты имеешь на это право, – звучит неожиданный ответ, а мой спутник на этом балу начинает медленно продвигаться вперёд.
– Постой, – пытаюсь его остановить, – почему ты считаешь, что я высокомерна?
Это… это было довольно странно.
– Ты всерьёз задаешь мне этот вопрос или это такая попытка увести тему от моей похвалы? – северянин встречается со мной взглядом, и мне становится не по себе.
– Я стараюсь выжить. Не более, – почему-то произношу.
– Если бы «ты не более, чем старалась выжить», ты бы не унижала всех своих соперников на соревновании, – спокойно парирует Гоу’хан, – но я повторюсь: всё в порядке. С твоим уровнем силы, ты можешь позволить себе делать это. Однако, будь сдержанней рядом с членами боевых единиц: вот, там твоё самодовольство могут не оценить. Я уж не говорю о генералах Грозовой Дюжины.
– Спасибо за совет, – чуть наклоняю голову, погружаясь в свои мысли.
Выходит, вот, как это выглядит со стороны. Не затравленная цаянка, а гордая и самодовольная девица с востока, бросающая вызов всем – на глазах правителя севера.
Удивлена, что Джай не прожарил меня до костей прямо на Арене. Хотя, по-моему, ему понравились мои выкидоны… этого Первого генерала вообще не поймёшь.
– Кстати, симпатичное платье. Я, было, допустил мысль, что ты придешь в форме… хорошо, что ошибся, – произносит Гоу’хан, когда мы подходим к залу, где должен был проходить бал.
– Платье? Да… благодарю, – киваю, выплывая обратно в реальность.
– Кажется, я открыл тебе больше, чем планировал. Но я был уверен, что ты прекрасно понимаешь, что делаешь. Я вновь ошибся, – протягивает северянин, и, признаюсь, я вновь была в смятении.
– Скажи мне, кто ты? – удивленная, перевожу на него взгляд и…
Растерянно осматриваюсь по сторонам.
Куда он пропал?!
– Ная, – слышу знакомый мягкий голос со стороны и разворачиваюсь лицом ко Второму генералу и… целому залу, наполненному знатью севера.
Взгляды большинства были колючими и недружелюбными, вынуждавшими меня внутренне собираться, непроизвольно готовясь к бою.
Тем ценнее было находить среди морозного воздуха теплый островок.
– Ты ослепительна в этом наряде, – улыбается Ро’ун и предлагает руку.
Мне предстояло выйти в центр и прилюдно выслушать похвалу Его Величества, однако, одна мысль о том вынуждала трусливо сжимать ладони…
Потому что в этом наряде я не чувствовала себя защищенной перед Ним. Напротив. На меня волнами накатывала глупая сентиментальность: возможно, именно в этом зале мы должны были встать друг напротив друга и станцевать наш первый танец, как муж и жена.
Как глупо! Почему я вообще думаю об этом?!
Заставляю себя сосредоточиться на белых волосах генерала. И иду вперёд. Игнорируя пристальное внимание императорского двора, пропуская мимо ушей шепот недоброжелателей. Не думая о том, куда пропал Гоу’хан, который должен был быть рядом.
Встаю напротив императора, сидевшего на троне, и отключаю все свои чувства.
Для меня не имеет значения, что он мне скажет. Всё это – представление для его окружения. В нём нет искренности, в нём нет и не может быть никаких открытий для меня. Потому – дождаться завершения речи и вежливо поклониться правителю севера, после чего тактично скрыться с его глаз в толпе после начала танцев… казалось мне идеальным решением.
Я не учла одного. Точнее – самого главного. Самого Каяна.
И когда Его Величество оказалось напротив меня, признаюсь, я была удивлена настолько, что не смогла этого скрыть.
– У нас нет этой традиции, потому что женщины редко выставляются для соревнований на Арене и ещё реже побеждают на них… – протягивает тот, глядя на меня своими холодными, непроницаемо черными глазами.
О чём он говорит? Почему стоит передо мной?
– Ная, поклонись императору и поблагодари за оказанную честь, – слышу голос Ро’уна, обеспокоенного моим затянувшимся бездействием.
 
– Думаю, она способна реагировать без подсказок, – с легким холодом бросает Каян в сторону моего покровителя и, не давая мне времени совершить весь церемониал, подхватывает за талию и увлекает за собой вглубь зала.
Все вокруг тут же начинают разбиваться на пары, воодушевленно присоединяясь к столь хаотично начавшемуся празднику и стараясь не смотреть в сторону Второго генерала, а я превращаюсь в безжизненную куклу, которую в положенном правилами, порядке перетаскивают с места на место без особого увлечения процессом. Я даже не уверена, кто из нас был более отстранён в этот момент.
– Ты боишься меня, – неожиданно слышу негромкий, но четкий голос над своей головой, – это нормально.
И что мне ответить на это? «Ладно»? «Угу»? Или «Рада служить Его Величеству Императору Го»?
– Ненормально то, что ты боишься меня до потери пульса. Он сейчас едва прощупывается, – продолжает Каян, а я с ужасом замечаю, что его указательный палец давно покоится на моём запястье…
Как давно он там?!
– В тот день я напугал тебя своей жестокостью? – интересуется Его Величество.
А что мне отвечать на это?!?!
– Нет, – выдавливаю, ощущая, как ещё больше вытягивается спина и отклоняется корпус; я неосознанно прокладывала расстояние между нами и ничего не могла с этим поделать.
– Тогда откуда этот страх? – с сухим любопытством уточняет Каян.
– Его Величество слишком добр к своей ничтожной слуге, – отвечаю без эмоций.
– Тебя это пугает? – поднимает бровь Каян.
А я уже откровенно ничего не понимаю – что ему нужно от меня?!
– Его Величество проявляет слишком много заботы к своей ничтожной слу…
– Забота Ро’уна тебя не пугает, – перебивает меня Каян.
Не справляюсь с собой и встречаю его взгляд. Вопрос «и что?» удается сдержать внутри, но взгляд меня выдаёт.
– Макот одобрил тебя. Ты оправдала доверие Второго. Выиграла соревнование среди новобранцев. Тебе больше нечего опасаться: я не убью тебя и даже позволю доказать свою верность. Так почему ты бледнеешь при взгляде на меня, а твой пульс сбивается и почти прячется от одного только моего прикосновения?
– Его Величество уделяет слишком много внимания этой…
– Ты злишь меня, – резко останавливается Каян, а я покрываюсь гусиной кожей с ног до головы.
Потому что его мощная энергия пробивает меня насквозь.
Мне не справиться в схватке с ним.
Не сейчас.
Возможно – вообще никогда.
– Я вас боюсь, потому что чувствую вашу силу, – решаю быть честной, глядя ему в глаза.
И, – странное дело, – взгляд Каяна смягчается.
– Действительно интересный случай, – спокойно произносит тот, вновь начиная танцевать и совсем не замечая, как вместе с ним начинает двигаться весь остальной зал.
Около минуты мы танцуем в полном молчании, а когда мелодия подходит к концу, император произносит:
– Мне противна твоя кровь, но импонирует твой подход. В стрессовой ситуации ты проявляешь свою силу... Тот, кто воспитал тебя, достоин уважения: боевой дух – редкость среди женщин.
– Благодарю Его Величество за комплимент, – выдавливаю из себя слова, не в силах поднять взгляд даже на уровень его подбородка.
Если бы он знал, кого сейчас хвалит…
– Прояви себя хорошо во время горного похода, – завершает наш танец Его Величество странным пожеланием, и мне ничего не остаётся, как склониться в почтительном поклоне.
– Если сможешь доказать мне свою верность, – неожиданно протягивает он, когда я нахожусь в полусогнутом состоянии, – я окуплю все твои старания.
 
Что это вообще значит? С какой целью он говорит мне это?
Киваю, не решаясь поднять глаз, выпрямляюсь, разворачиваюсь и отхожу подальше. Мысли крутятся в голове, но одна заполняет собой всё пространство: если Каян распустит слух о том, что в его ближайшем окружении появилась верная ему цаянка, это ударит по моей репутации.