Император желает услышать "Да" (СИ)

– Алинэ, они тебя слышат, – напряженно произношу одними губами и не сразу понимаю, что так и не сказала этого вслух.
Потому что понимала – кто охранял главный зал Холодного дворца, и кто находился в прямом подчинении императора севера, которого я даже разглядеть с такого расстояния не могла.
Всё это были высокоуровневые убийцы, владеющие техникой Физического Превосходства, как и я.
Нет…
Скорее всего они все были сильнее меня – и вчера незнакомец с черными, как смоль, волосами наглядно продемонстрировал мне это.
Откуда они знают об этой технике?!
…дед!..
Чего ты не рассказал мне о той войне?!
– Герцогиня Даронская, – громко представляет мою подопечную посол, низко кланяясь императору.
И мы вынуждены повторить за ним ритуал.
Я полагала, владыка севера одарит Алинэ хоть какой-то приветственной речью, но гробовое молчание, воцарившееся в зале после нашего поклона, чётко показало уровень дружелюбия по отношению к свободному герцогству Дарон-Гицы.
– Герцогиня, – посол разворачивается к моей подопечной, почтительно склоняя голову, – прошу, передайте договор, направленный Его Величеству герцогом Даронским.
Алинэ послушно передаёт документ, на этот раз не усомнившись в том, что тот дойдёт до императора: вон, ведь, он – сидит прямо перед нами на троне!
Усилием воли опускаю взгляд. Нельзя мне туда смотреть.
Посол берёт договор и несёт прямо к трону своего господина. Затем зал вновь погружается в тишину. Потому что император читает договор.
Услышав знакомый стук каблучков, понимаю, что посол возвращается с решением Его Величества, и ободряюще улыбаюсь Алинэ.
– Император ознакомился с договором. О решении Его Величества касательно этого дела вам сообщат позже. А сейчас мы просим вас вернуться в гостевой дворец, – говорит посол и указывает изумленной не меньше меня, юной герцогине на выход.
Откровенно недоумевая, Алинэ как-то неуклюже разворачивается в сторону дверей, забыв отвесить монарху положенный поклон. Я тоже стараюсь сдержать внутри возмущение подобным приемом, но, встретив взгляд посла, вспоминаю о собственных обстоятельствах…
– А вас мы просим задержаться, – произносит он, когда видит мою готовность покинуть зал вместе с подопечной.
– Но Ная… – Алинэ разворачивается ко мне, желая увести с собой из этого воистину Холодного дворца.
– Герцогиня Даронская, – осекает её посол и голосом, и взглядом, – с этой проблемой позвольте разобраться компетентным людям.
Алинэ буквально выводят из зала, и за её спиной с грохотом закрывается дверь. А я продолжаю стоять, глядя ей вслед, и напряженно думать о том, как посол сформулировал свою фразу…
«С этой проблемой»
Что он имел в виду? Сати оказалась сводной сестрой Его Величества? Какую такую проблему я создала, что её будут разбирать на уровне императора?!
Поворачиваю голову в сторону пьедестала с троном и застываю, боясь пошевелиться: у первой ступени мраморной лестницы теперь стояли двое… и если один из них был мне не знаком, то второй оказался моим мучителем с кухни!
Оба северянина были не старше тридцати лет, оба имели субтильное телосложение, но не казались слабыми от слова «совсем». Напротив – от них исходила странная, волнующая меня, сила… Тот, что стоял справа, был одет в белый удлинённый камзол и такие же белые штаны. Даже его волосы были белыми, зачесанными назад и открывающими вид на благородное лицо с утонченными чертами. Черными был лишь высокие сапоги и пояс с фамильным кинжалом.
Знать.
Самая высокая.
Выходит, и черноволосый, одетый в форму того же кроя, только черного цвета, – тоже был из приближенных к императору?!
Что здесь происходит?!
– Генералы, – кланяется этим двоим посол, а я перестаю дышать.
Эти двое были из… Грозовой Дюжины?!
Два великих генерала севера стоят передо мной, чтобы решить «мою проблему»?
КИНАМИ! ВО ИМЯ ВСЕХ ДАРОВ, ВОЗЛОЖЕННЫХ К ТВОЕЙ СТАТУЕ МОИМИ ОТЦОМ И ДЕДОМ… ЧТО ПРОИСХОДИТ?!?!
Перевожу взгляд на посла у дверей, желая получить ответы.
 
Они же не могли узнать – кто я? Моих портретов нет даже в Солнечном дворце! В лицо меня знает только знать столицы моей родины и дворцовая стража! Но, даже если бы кто-то рискнул передать мой портрет на словах, он потерпел бы крах: в государстве Цай все имеют схожие черты! Разве что мои – отличаются благородством и принадлежностью к правящему роду… ну, и кожа у меня белее снега, а глаза – тепло-карие… талия слишком тонкая даже для стройных цаянок… а волосы – мягче пуха, как говорил дед ещё при жизни…
Мои волосы!
Они всё ещё были распущены: я же не успела их заплести, отвлеченная архитектурой Холодного дворца!
– И что же мне с тобой делать? – слышу глубокий, какой-то до жути пленительный голос, и отвожу взгляд от посла, переводя его на…
…вот, тут я действительно застываю без движения, – без возможности даже вдохнуть воздух и отреагировать хоть как-то…
…потому что моей реакцией станет вздох восхищения, а я не могу себе его позволить!
Я не задавалась вопросом – как он оказался подле меня так бесшумно?
Я не пыталась понять – почему он почтил своей близостью простую служанку герцогини, почти вышвырнутой из зала минутой ранее?
Я могла лишь напитываться красотой молодого императора.
Красотой, которая могла лишить сна и покоя. Красотой, которая отныне навсегда отпечатается в моей памяти.
Гладкие, словно шёлк, темно-русые волосы, частично подобранные драгоценной заколкой на теменной зоне; две мягкие пряди, обрамляющие лицо и придающие тому ещё большей скульптурности; выразительные темно-карие глаза с удивительным кошачьим разрезом, обрамлённые черными ресницами; прямой нос и чувственные губы… идеальной формы голова и длинная шея, острый выпирающий кадык…
Что я делаю? Я нагло рассматриваю его?..
Резко поднимаю взгляд и встречаюсь глазами со своим женихом.
…он тоже всё это время внимательно рассматривал меня?..
– Её навыки несовершенны, – неожиданно протягивает черноволосый, критично оценивая меня.
– Её можно обучить, – мягко парирует генерал с белыми волосами.
– Допустим, но что ты сделаешь с внешностью? – продолжает черный.
– К ней привыкнут со временем, – отвечает белый и переводит взгляд на императора, – мы не можем разбрасываться такими данными.
– Она всегда будет напоминать мне… – подаёт голос мой жених, вглядываясь будто в самую мою суть… и вдруг резко обрезает все концы своего интереса, так и не завершив предложение, – Нет, просто избавьтесь от неё, – качнув головой, отдаёт сухой приказ и отворачивается от меня.
– Вы не можете сделать этого! – вырывается из меня, а спина в дорогом камзоле, расшитом серебряными нитями, напряженно застывает.
  
Глава 4. Выбор, от которого зависит жизнь
 
В следующую секунду я лечу на пол от жестокого удара по лицу.
– Ты говоришь в присутствии императора. Помни о манерах, – протягивает черный генерал, спокойно убирая руку, ударившую меня, за спину.
Волосы, упавшие на лицо, скрывают на нём выражение полнейшего потрясения…
Он ударил меня при нём…
Я лежу на полу с горящей огнём щекой!..
Простоволосая… неузнанная… в платье служанки…
…
Я просто не имею права сейчас раскрывать себя! Дед перевернётся в земле от такого позора!
…
– Это дитя не виновато в том, что вызывает у тебя определённые ассоциации, – ровным голосом обращается к императору белый генерал.
И от моего внимания не уходит тот факт, что он обращался к нему на «ты»…
 
Как и то, что моё лицо у императора ассоциируется с чем-то неприятным…
– Она дикая и невоспитанная, – бросает через плечо мой жених, даже не взглянув в мою сторону.
– Когда тебе успели разонравится эти характеристики? – протягивает белый генерал, мягко взглянув на своего… друга: теперь это было очевидно.