Связанные (СИ)

— А если вот так… — девушка перехватила молоток за навершие и аккуратно притронулась к «большеголовому» рукояткой. Не прекращая ошарашенно качать головой, она отложила инструмент в сторону протянула к серому руку. По сигналу Хель отпустила «большеголового» — и тот сразу же повис, цепляясь за предплечье, будто ленивец на ветке. Правда, тяжелая голова всё равно тянула его вниз, и духу пришлось удерживать её одной лапой, но на общую устойчивость это почти не повлияло.
— Ничего себе… — девушка подняла глаза на Хель. — Ты знала, что так будет? Я пробовала такое дома, но тогда ничего не получи… эй!
«Большеголовый» воспользовался удачным моментом и вцепился ей в запястье — по крайней мере так это выглядело со стороны, поскольку ни боли, ни каких-либо неприятных ощущений не последовало. Лишь несколько мерцающих лиловых капель выступило на коже — и тут же исчезли, слизанные тонким языком. Глаза серого вспыхнули ослепительным оранжевым пламенем, всё благодушие мгновенно испарилось, и обезумевший дух принялся жадно рвать Кристину клыками, явно намереваясь добыть ещё.
Та вскрикнула и изо всех сил затрясла рукой, чтобы стряхнуть взбесившегося «большеголового», но серый, несмотря на свои размеры, оказался невероятно сильным и не собирался отпускать добычу. Невидимый барьер рухнул, и подвал наполнился алчным рычанием и отвратительным лающим хохотом. Со всех сторон в темноте зажглось с десяток алчных огоньков — вдохновлённые примеров своего сородича, серые подбирались ближе.
«Не двигайся», — безмолвное требование раздалось в голове, но было уже поздно: Кристина запаниковала и что было сил принялась отдирать «большеголового» от так полюбившегося ему запястья. Перед глазами мелькнуло что-то тёмное — Хель попыталась пронзить наддающего, но слишком боялась задеть Кристину, чтобы бить наверняка, а потому остановила удар в самый последний момент.
Между тем один из серых забрался по стеллажам полок и, дождавшись удобного случая, попытался запрыгнуть девушке на спину — и тут же, рассечённый на несколько частей, отлетел в сторону. Остальные серые бросились по углам, но даже не подумали сбежать из подвала — что бы эти существа в ней ни увидели, они желали этого большего всего на свете; настолько, что начисто потеряли даже намёк на инстинкт самосохранения.
— Да отстань ты! — закричала Кристина.
Как раз тогда девушка сообразила, что у неё в руках по-прежнему лежит тяжелый деревянный молоток. Уложив руку на стол рядом с телом жреца, она подняла оружие над головой.
Однако серый не собирался дожидаться своей судьбы — быстро расцепил захват и просился в сторону. Забравшись мертвецу на грудь, он засеменил было к дальней части стола — и неожиданно остановился, когда его задняя лапа наполовину погрузилась в тело мертвеца и застряла внутри, будто в трясине. Хель тут же оказалась рядом, чтобы закончить, но одновременно с этим опустился и деревянный молоток. «Большеголовый» извернулся всем телом, уворачиваясь от удара. Ему это удалось, но в дело вступила врождённая неуклюжесть — серого занесло на повороте, и он с перепуганными писком завалился на бок, извиваясь и дёргаясь в бесплотных попытка вырваться из ловушки. Несколько долгих секунд спустя он увяз, а затем и окончательно утонул в теле мёртвого жреца. Последней скрылась тонкая серая лапа, напоследок царапнув когтями воздух.
— Что это такое? — ошарашенно выдохнула Кристина, медленно опуская молоток. — Так и должно быть?
— Не знаю. — Хель тут же возникла рядом, разглядывая Кристину неподвижными и абсолютно чёрными глазами, в которых была написана старая как мир пословица о слишком любопытной кошке.
— Да сама понимаю, — поёжилась под её взглядом Кристина. — Просто…
Она резко смолкла, щелкнув челюстью и едва не откусив себе язык, когда почувствовала, как на запястье смыкается холодное кольцо. На какое-то мгновение тело парализовал ужас — а затем Кристина истошно заорала и что было сил рванулась назад, пытаясь вырвать руку из мертвой хватки жреца. Тот и не думал отпускать, и девушка не задумываясь наотмашь ударила его молотком. Удар сопровождался глухим хлюпающим звуком, от которого к горлу подступила неудержимая тошнота; от толчка со стола слетела лампа, погружая подвал в полутьму, наполненную длинными ломанными тенями.
 
Крик превратился в сдавленный писк; но в тот же самый момент в дело вступила Хель. Одним ударом она отсекла мертвецу кисть; и Кристина тут же почувствовала, как что-то ухватило ей за талию, как пятки бьются о каменный пол и как в спину с грохотом врезаются жесткие полки стеллажа с продуктами — призрак без особых усилий оттащил шокированную девушку прочь. Подвал заволокло грохотом вываливающихся банок и кувшинов, удушающими запахами каких-то приправ, мёда, вяленого мяса, копчёной рыбы, крови и чего-то, напоминающего растворитель для краски.
С помощью уцелевшей руки жрецу удалось справиться с покрывалом, он неуклюже сполз со стола и закачался, попытаясь удержаться на ватных ногах. Одновременно с этим Кристина сморщилась от нестерпимой боли, как от тысячи иголок, вонзившихся по всему телу, и содрогнулась от ощущения, будто через неё на огромной скорости пронеслось сито — Хель не стала терять время и прошла насквозь. Мгновенно сблизившись с мертвым жрецом, призрак пробил грудь мертвеца насквозь, забрызгивая всё вокруг густой черной кровью. Жрец пошатнулся, но даже не подумал останавливаться — наколотый на призрачный клинок у себя в груди, как бабочка на шпильку, он продолжал слепо шарить руками перед собой, явно намереваясь ухватить Хель за шею. Без особого успеха — его конечности просто проходили сквозь её тело, не встречая сопротивления, пока Хель со склонённой к плечу головой изучала нового для себя противника.
«Зомби», — пронеслось в голове у Кристины. Она замахала руками, замычала что-то нечленораздельное в надежде, что Хель правильно всё поймёт.
Она поняла.
Облако зеленоватого дыма тут же прошло сквозь жреца; и почти сразу же на его голове материализовались две тонкие кисти. Миг — Хель проявилась у него за спиной целиком; другой — и она с ужасающим хрустом свернула мертвецу шею.
На мгновение подвал погрузился в тишину, нарушаемую лишь лязгом перекатывающейся по полу лампы. Затем его заполнило восторженное улюлюканье «большеголовых» — несмотря ни на что, жрец дернулся всем телом и упрямо потянулся к Кристине. Их разделяло всего несколько широких шагов, и, если бы Хель не удерживала мертвеца на месте, он был рядом уже через пару секунд.
Девушка облизнула пересохшие губы. Хрестоматийный способ остановить ожившего покойника не сработал, но других идей у неё не было. У Хель, судя по всему, тоже — в противном случае она бы уже попыталась что-то сделать. Зато идеи были у «большеголовых» духов: сообразив, что Хель прикована к месту, они выбрались из своих укрытий и крадучись направились к своей жертве.
Покрепче стиснув рукоять молотка, Кристина повертела головой в поисках такого места, где можно было не ждать нападения сзади. Первый шок прошел, и теперь она не собиралась без боя сдаваться каким-то неуклюжим уродцам. На глаз прикинув расстояние и скорость серых, она рванулась к ближайшей стене, подальше от жреца. Однако её платье отнюдь не было рассчитано для такого манёвра — не успев сделать и пары шагов, девушка запуталась в длинной юбке, оступилась и с грохотом повалилась на пол.
Серые только этого и ждали — с диким клокочущим хохотом сразу четверо «большеголовых» не разбирая дороги бросились вперёд. Именно их безрассудство и спасло Кристину: за то время, пока она уселась на полу и нащупала рукоятку молотка, добраться до неё сумел лишь один серый, остальные попросту не сумели удержать равновесие или запнулись о катающиеся по полу бутылки и черепки от разбитых кувшинов. Недолго думая, Кристина ударом молотка отправила серого в полёт к самому дальнему углу. Едва ли это причинило ему хоть какой-то вред, но девушка выиграла немного времени, чтобы подняться на ноги.
Между тем, судя по нарастающему покалыванию по всему телу и разгорающемуся в животе пламени, Хель решила больше не церемониться. Стоило ей получить от кривящейся от боли Кристины достаточно силы, как призрак сразу же перешёл в атаку. Первый удар пришелся в правое колено, второй — в левую голень, и одного этого было достаточно, чтобы догадаться, что задумала Хель. План был прост и пугающее эффективен: если противник не желает стоять на месте, значит, нужно лишить его возможности двигаться — самым действенным и надёжным способом.