Связанные (СИ)

— Я спрашиваю, кто это?
— Что-то случилось, господин капитан? — Управляющий приблизился к столу короткими семенящими шагами.
— О, да. Можете сами полюбоваться.
Несколько мгновений спустя Бравил, бледный как мел и с трясущимися от ужаса губами, отскочил от тела так быстро, словно оно вот-вот должно было взорваться.
— Великие силы! — поражённо прошептал он. — Клянусь, я не знал о…
— Великие или нет, — с кривой усмешкой Эйдон постучал пальцем по столу. — Но я задам вопрос в третий, и в последний раз, после чего мы продолжим разговор в более непринуждённой обстановке. Итак, что вам известно об этом человеке?
— Если вы знали и не сообщили… — прошипел Бравил.
Проняло даже сына управляющего — мучимый неизвестностью, он последовательно переводил взгляд с неожиданно посуровевших гвардейцев на своего отца и далее на перепуганных крестьян.
Коренастый бородач шумно сглотнул и вдруг торопливо, словно боялся, что в самый последний момент решимость его оставит, вскричал:
— Никто он! Никто, приблуда! Два года тому прибился, ну! У всполья поселился, вдову пригрел. Знахарствовать стал, травничать, сироту вон в ученицы взял…
— А между делом читал проповеди? — жестко добавил Эйдон.
Коэн побледнел и, заикаясь страха, затараторил вслед за барадачом:
— Н-н-не читал! Не читал! Х-х-хворых поднимал, эт-т-то было, да. Н-н-нечисть р-разную они вместе от-от-отгоняли с ученицей-то е-е-евойной. Много её стало, нечисти-то, а охотники ещё к-к-к-когда придут…
Эйдон набрал в грудь воздуха и медленно выдохнул. Слишком легко перегнуть палку, и тогда от крестьян им больше ничего путного не добиться — а их помощь ещё могла пригодиться.
— Этот человек вас обманул. Вашей вины в этом нет, если, разумеется, вы не станете лгать, чтобы выгородить мертвеца. Помогите установить все факты, и тогда вашей деревне ничего не будет угрожать. Как и Формо, — после небольшой паузы добавил он.
С плеч крестьян слово упала тяжелая ноша. Впрочем, само большое облегчение испытал никто иной, как управляющий Бравил, которого наконец перестало трясти.
— Эта ученица, — продолжал Эйдон. — Она осталась в деревне?
— Она-то? Да вон лежит, — буркнул низкорослый крестьянин. — Суо звали. Радовались ещё за неё все. Суо-то с детства чудов всяких видела; думали девка в уме повредилась. А потом этот-то пришёл, сказал, что сила у ней есть, чудов всякий видеть, значит. А там, — он указал на русоволосого парня, — Там жених её лежит. По весне думали свадьбу сыграть, а тут вон оно как вышло-то, ну.
Стоило ему договорить, как Мартон на мгновение закрыл глаза, заиграл желваками. Когда же он снова посмотрел на капитана, взгляд юноши переполняла холодная ярость.
— Можете идти, — вздохнул Эйдон. — Возвращайтесь в предместья. Ждите нас и не позволяйте никому приближаться к тому месту, где вы обнаружили тела.
С этими словами капитан резко развернулся и направился к выходу. На улице, вдохнув, наконец, полной грудью, он присел на крыльцо и принялся рыться в сумке в поисках трубки и кисета с табаком.
— Это она, — с ходу заявил Мартон, едва показавшись из дверей кладовой. — Говорю тебе, это она! По-другому и быть не может!
Эйдон пожал плечами и взял небольшую паузу, невозмутимо попыхивая трубкой и вглядываясь куда-то вдаль.
— Зачем? — наконец, спросил он, выпуская струйку сизого дыма.
— Всё сходится! Сам посуди: кто мог её раскусить, кроме девчонки со способностями к магии и этого… «знахаря»? Заметили что-то странное, попытались выследить — за это и поплатились. Или светлость сама их прикончила, не дожидаясь, пока им удастся что-нибудь выяснить.
— А третий? — с сомнением покачал головой капитан. — Жених этой Суо?
— Не знаю, начал геройствовать, подвернулся под горячую руку, пошел куда ни следовало…
— Скорее все они оказались не там, где следовало, --- задумчиво подытожил Эйдон. — Нужно подумать.
Однако погрузиться в размышления ему не позволили: в ворота вбежал мужчина в цветах ополчения Формо и со всех ног припустил по пустынным улицам в сторону крепости.
 
— Что ещё случилось? — флегматично поинтересовался Эйдон, едва ополченец, держась за бок и хватая ртом воздух, остановился у крыльца.
— Ещё! — выдохнул тот. — Ещё двоих нашли!
 Глава 12 
 Охота на охотника 
Впервые за долгое время Кристина оказалась в полном одиночестве. Осознание этого простого факта обрушилось на неё внезапно, заставив обхватить плечи руками и зябко поёжиться от ощущения внутренней пустоты и отчуждённости. Ничего не изменилось — но одновременно с этим изменилось многое. Словно окружающий мир разом потерял в красках, стал пресным и блеклым, а доносящиеся с улицы звуки потеряли остроту и отдалились, как если бы она надела плотные наушники. Кристина неуверенно двинулась вперёд; осторожно, расставив руки в стороны, словно больше не могла доверять глазам и уверенно ориентироваться в пространстве.
Так, борясь с взбунтовавшимися органами чувств, Кристина добралась до окна и выглянула наружу. Ничего интересно увидеть не удалось: только пустой двор и всё те же малолюдные улицы Формо; что бы ни случилось, участники событий решили продолжить в другом месте — и не слишком далеко, судя по тому, что Хель до сих пор не вернулась. Делать было нечего, и девушка побрела к накрытому столу, чтобы занять себя чем-нибудь более осмысленным, чем нетерпеливое ожидание новостей: позавтракать.
Под металлической крышкой уместилось несколько лёгких закусок, тарелочка с фаршированными сыром и чесноком баклажанами — во всяком случае, Кристина искренне надеялась, что это были именно они — и пузатый графин с какой-то приятно пахнущей травяной настойкой. Не совсем то, что требовалось человеку после нескольких дней, проведённых в дороге, но для начала, решила Кристина, этого было вполне достаточно. Продолжая дело Хель, девушка разделила свою порцию на две части и разложила её по тарелкам, наполнила настойкой один из бокалов и перелила содержимое в другой — пусть всё выглядит так, будто гости хорошо провели время.
Вскоре жизнь заиграла новыми красками — даже несмотря на то, что Кристине по-прежнему приходилось бороться с вероломным предательством органов чувств, которые упорно не желали работать так, как им полагалось. Время шло, и с каждой минутой ощущения становились всё более противоречивыми и непонятными: в какой-то момент Кристине даже показалось, что пространство спальни будто бы исказилось, вытянулось вдоль невидимой оси, наискосок уходящей куда-то вниз — в сторону двора и…
«И Хель», — девушка широко распахнула глаза, с трудом проглотила липкий ком в горле — но внезапный испуг уже избавил её ото всех неприятных ощущений.
— Я закончила. — Воздух в самом тёмном углу спальни подёрнулся зыбкой рябью, и оттуда на свет шагнула светловолосая девушка в тёмно-зелёном платье.
— Хорошо, — Кристина потёрла пересохшее горло и потянулась за бокалом с травяной настойкой.
— Что-то произошло, пока меня не было? — Голова Хель медленно склонилась набок.
— Да так, потом расскажу, — отмахнулась Кристина, но вдруг передумала и подняла взгляд на свою собеседницу. — А тебе не кажется, что с комнатой что-то не так?
— Нет, — ответил та, добросовестно оглядевшись по сторонам.
В чём нельзя было отказать Хель, так это в умении спокойно реагировать на любые, даже самые нелепые вопросы — без удивления, насмешки или осуждения. И Кристина была ей за это искренне благодарна.
— Наверное, показалось… Так какие новости?
История, рассказанная призраком, не вызвала у Кристины никакого энтузиазма. Даже более того, она напугала девушку до мурашек: как и любой другой человек она боялась смерти. Не только своей, но и чужой — особенно чужой, поскольку ничто не напоминает о конечности собственного бытия лучше, чем новости о бедолагах, уже встретивших свой конец. И что самое неприятное: что бы ни убило всех этих людей, оно до сих пор скрывалось где-то рядом.