Связанные (СИ)

— Бежала от своего хозяина, будто у неё на хвосте сидели все духи этого леса, — понимающе кивнул его спутник, приглаживая пышные усы.
— Не могу её винить. Будем зажигать свет?
— Не стоит. — Усатый поднял голову к небу. — Ночь светлая, обойдемся как-нибудь.
Молодой гвардеец потянул за шнурок, развязывая шлем, и задумчиво потер подбородок. Чего он никак не мог взять в толк, так это почему король Герран отправил их на поиски этой девчонки: она вовсе не производила впечатления могущественного слуги Сальвийского духа. Само её появление походило на глумливую шутку — а после нелепого побега, он и вовсе не знал, что думать.
— Мартон, не спать! — На плечо опустилась тяжелая рука.
— Да, капитан! — машинально вытянулся он.
Капитан усмехнулся и уверенно зашагал вперед, заметно прихрамывая и подтягивая раненую ногу. Молодой гвардеец вздохнул и последовал за ним.
В человеколюбие своего короля Мартон не верил. В том, что король Герран не упустит случая отомстить за публичное оскорбление, юноша даже не сомневался и с самого начала ожидал, что его включат в один из поисковых отрядов. Правда, на деле всё оказалось даже хуже, чем можно было предположить: на поиски отправили только его самого и раненого Эйдона. Но какой в этом смысл? Если они ошиблись, и девчонка действительно представляет опасность, то капитан почти наверняка погибнет.
— О чем задумался? — спросил Эйдон, примерно через четверть часа, останавливаясь у залитой лунным светом прогалины.
— О том, зачем тебя отправили вместе со мной, — честно признался Мартон, кивком указывая на раненую ногу.
— Не бери в голову. — Махнув рукой, капитан оперся спиной о дерево. — Не впервой быть в опале за то, что позволяю себе спорить с королями ради их же блага. А нога… кристалл приложил. Уже почти не болит.
— Вижу я, как она «почти не болит», — проворчал Мартон, и вдруг спросил: — Что мы на самом деле здесь делаем?
Молчание затянулось. Наконец Эйдон в упор посмотрел на своего подчиненного и сухо проговорил:
— Приказ простой: вернуть девушку обратно. По возможности мирно. Если откажется — оценить угрозу и действовать по обстоятельствам.
Теперь Мартону стало понятно, зачем здесь капитан — кто ещё мог бы принять такое решение?
— Её хозяин убил четверых, — напомнил он. — Взглядом. Если у неё есть хотя бы часть этой силы…
— Веселее, Мартон, — сказал Эйдон безо всякой улыбки и, проведя рукой по щеке, добавил: — А совсем неплохо для того, кто правит всего несколько дней, а? Вернемся мы или нет, а Его юное величество выигрывает при любом раскладе. Не удивлюсь, если все присутствующие при разговоре вскоре получат не менее опасные назначения.
Они снова замолчали. Эйдон извлек из-за пояса тяжелый длинный пистолет, за цепочку выудил из-под рубахи небольшой металлический ключ и, закрутив колесцовый замок, принялся неторопливо заряжать оружие. Мартон, глядя на него, удивленно покачал головой: кажется, что несмотря на внешнее спокойствие, от разговоров об их задании не по себе стало даже капитану.
От нечего делать Мартон прошелся из стороны в сторону и напряженно огляделся по сторонам. В окружающем их лесу было что-то неправильное и, похоже, теперь он понял, что именно: тишина. Где-то рядом шумел родник, но по иронии судьбы именно из-за этого гнетущая тишина чувствовалась ещё сильнее.
— Я вот чего не понимаю, — сказал Мартон, чтобы разорвать давящий кокон тишины. — Все эти люди… почему именно… так?
Капитан пожал плечами.
— Не знаю. Может, хотел показать, что мы целиком в его власти.
— А способа попроще у него не нашлось?
С мягким щелчком Эйдон закрыл полку пистолета. Он уже хотел было заткнуть оружие за пояс, как вдруг резко вскинул голову и замер на месте.
— Слышишь? — одними губами прошептал он.
Мартон закрыл глаза и почти сразу кивнул. Он услышал.
Слабые, почти неразличимые в шуме воды, всхлипывания.
Осторожно, почти не касаясь земли, Мартон скользнул вперед. Эйдон взял оружие наизготовку и быстро, насколько позволяла раненая нога, направился следом. Он нагнал Мартона только на середине неприметной тропки, петляющей между зарослей и спускающейся прямо к роднику; молодой гвардеец выглядывал из-за толстого ствола дерева и напряженно рассматривал темный силуэт, склонившийся над водой.
 
Гвардейцы обменялись короткими знаками.
— Эй, — позвал Мартон, выходя из своего укрытия.
Темный силуэт вздрогнул. Сгорбился. Задрожал, как если бы он целиком состоял из раскаленного летним зноем марева. Девушка — в этом больше не было сомнений — шмыгнула носом.
— Я тебя не трону, — как можно мягче проговорил Мартон, делая шаг вперед.
Незнакомка вздрогнула и мгновенно развернулась к нему. Луна высветила бледное лицо с черными провалами глаз и всклокоченными волосами. От девушки не осталось и следа — странное существо опиралось на неестественно вытянутые конечности с длинными тонкими когтями; чуть подавшись вперед, оно склонило голову набок и пристально уставилось на Мартона. Рта у чудовища не было, но это не помешало ему издать короткое угрожающее шипение, не предвещающее ничего хорошего.
— Рах! — заорал Мартон и отскочил назад, вытягивая из ножен палаш.
Существо, названное рахом, без какого-либо толчка бросилось вперед. Одновременно с этим раздался короткий щелчок. Миг — и тропинка осветилась яркой вспышкой и заполнилась грохотом выстрела.
Рах скрылся в клубах зеленоватого тумана.
— Назад! Отходим на прогалину! — прокричал Мартон, увлекая Эйдона за собой.
Гвардейцы выбежали на середину поляны; призрака нигде не было видно. Мартон воткнул оружие в землю и принялся рыться в поясной сумке, выбрасывая всё лишнее прямо на землю.
— «Плачет»! — в сердцах бросил он и крепко выругался. — Конечно, плачет! Они же завесили всё амулетами, не подойдешь!
Тем временем Эйдон вынул бутыль из толстого стекла, наполненную темной жидкостью. Аккуратно вынул пробку, протолкнул внутрь небольшой, с фалангу указательного пальца, кристалл, и энергично потряс бутыль. Вскоре поляна заполнилась мягким рассеянным светом — не слишком ярким, но достаточным, чтобы не бояться оступиться.
— Я попал в неё, — напомнил Эйдон, укладывая светильник на землю.
— Так просто она не отстанет.
Мартон нашел то, что искал: невзрачный кожаный мешочек, плотно набитый чем-то сыпучим и перевязанный у горловины сразу несколькими узлами.
— Оставь меня и отходи, — флегматично предложил капитан, пригладив усы.
— Не дождешься, — буркнул Мартон, сосредоточенно сражаясь с неподатливыми узлами. Когда стало понятно, что зацепить шнурок ногтем не получается, он коротко выругался и принялся срезать узлы о лезвие палаша.
— Значит, будем драться, — всё так же равнодушно проговорил Эйдон. — Что я должен знать?
— Нужно ставить охранный круг. Если повезет, загоним её внутрь и привяжем к месту. Если нет, тогда придется пробиваться к границам её владений.
— Что ещё?
— Здесь она хозяйка, так что не подходи к деревьям, держись подальше от теней. На открытой местности ей придется проявиться, здесь у нас больше шансов. И ещё кое-что… Давай оружие.
Эйдон не стал задавать лишних вопросов: в конце концов, если Мартон знает, как бороться с мороком, ему и карты в руки. Он подставил лезвие Мартону, и тот быстро посыпал его крупным темно-красным порошком. От прикосновения к металлу кристаллики растаяли, и вскоре клинок оказался покрыт прозрачной маслянистой жидкостью.
— Убить этим раха не получится, но повод для размышлений у неё появится. Руби по конечностям, так ты её немного замедлишь, — напутствовал Мартон, похожим образом обрабатывая и своё оружие. — И будь внимательнее: иногда рах может заставить человека видеть то, чего нет на самом деле.
Краем глаза Эйдон заметил, как на поляну заструится тонкий ручеек мерцающего зеленоватого тумана. Время вышло.
— Возвращается, — предупредил он и несколько раз рассек воздух палашом. Тяжелое, неповоротливое оружие было слишком длинным, чтобы сражаться им в пешем строю, но сейчас этот недостаток превратился в преимущество.