Отличница для ректора. Запретная магия (СИ)

– Ты можешь открыть мне портал? С каких пор?
Бросив на меня косой взгляд, Кристиан увиливает от ответа:
– Николас, не испытывай моё терпение. У тебя есть ровно три минуты.
– Ну что ж. Я рискну, – хмыкает тот.
И через несколько мгновений из сверкающего золотистыми всполохами портала выходит лорд Фаджио. Шагнув в комнату, он демонстративно себя ощупывает.
– Надо же, всё на месте. А ты и впрямь поднял уровень, – одобрительно усмехается императорский дознаватель Кристиану и, уже обращаясь ко мне, приветствует: – Доброй ночи, леди Гвидиче.
– Доброй ночи, – отзываюсь я, в который раз поражаясь, насколько красив этот человек. Красив и опасен. В его присутствии я испытываю непреодолимое желание бежать до самого поместья.
Нервным жестом убираю от лица волосы, чем вызываю повышенное внимание со стороны лорда Фаджио. Взгляд его приковывается к моей руке.
– Как любопытно. Кольцо снова в деле. Более того, оно снова на пальце Гвидиче.
  
Глава 17
 
– Николас… – начинает Кристиан, который даже и не думает подняться с моей кровати, хотя бы ради приличия, но императорского дознавателя не так просто сбить с мысли.
– Вы двое, неужели вы думали, что я не вспомню про историю рода Гвидиче? – усмехается лорд Фаджио. – Вынужден признать, что сообразил я не сразу, однако, кольцо на пальце леди, подсказывает, что мои выводы верны.
Я хмурюсь, сдаётся мне, лорд Фаджио имеет в виду какую-то другую историю моего рода, отличную от известной мне, потому что я в упор не понимаю, на что он намекает. А он определённо намекает. И не доходят его намёки только до меня. Взгляд, брошенный на Кристиана, говорит, что ему всё предельно ясно. В отличие от меня.
И при чём тут кольцо?
Мне абсолютно не нравится, что меня разыгрывают втёмную.
Я, конечно, тоже хороша. Взяла и поверила на слово лорду Натори. Самому высокородному из высокородных. Он не может не манипулировать, такова наша натура. Кажется, пришла пора вспомнить, что и мои корни уходят достаточно глубоко, чтобы затеять собственную игру.
Видимо, что-то отражается на моём лице, потому что Кристиан смотрит на меня с лёгким беспокойством. Предчувствует грядущие проблемы? Что ж, дам ему последний шанс объясниться, а там всё будет зависеть от того, что он расскажет.
А то, право слово, обидно!
Главный императорский дознаватель подозревает меня в соучастии в какой-то афере, а я ни сном, ни духом. Непорядок. Подозрения должны быть заслуженными.
И вообще, я стремительно обрастаю сомнительными традициями: Натори предо мной регулярно раздевается, а Фаджио я встречаю лёжа. Никуда это не годится. Коту под хвост пошли мои намерения быть тише воды, ниже травы.
– Сейчас твои домыслы не имеют значения, – прерывает лорда Фаджио Кристиан.
– Да ну? Ладно. Тогда я готов внимать воистину важным сведениям, если это ты считаешь незначительным.
– Николас, повторяю, на Джемму совершили нападение, у неё ментальный блок.
– Что ж, давай посмотрим. Нет, не надо сферу, – останавливает Кристиана, запустившего руку в карман, дознаватель. – Я сам.
И в голосе его слышно такое предвкушение, будто он собирается поймать меня на чём-то. Однако ж, мне скрывать нечего. Пусть проверяет.
– Расслабьтесь, леди Гвидиче. Подумайте о чём-нибудь отвлечённом, например, о цветочках…
Как назло, мне отчего-то вспоминается роза, обнаруженная утром в волосах. Ничего не могу с собой поделать и краснею. Физически ощущаю, как краска приливает к лицу.
– Прелестно, – тянет лорд Фаджио.
Интересно, он считывает и это воспоминание?
Однако императорский дознаватель никак не комментирует, только удовлетворённо хмыкает.
– Могу сказать, что блок действительно кривой, и это не удивительно. Я думаю, ни для кого не секрет, что настоящих менталистов не так много, и, к сожалению, в нынешнее время ни один из них не обучается и не преподаёт в академии. Лишь имитаторы, владеющие техниками внушения. Посему, полагаю, снять блок мы сможем, как только наша леди восстановится после топорного вмешательства. Нам повезло, что действовал дилетант, а не кто-то вроде меня или Хозяина Верских островов. Поговаривают, кстати, что он тоже увяз в этом деле. Так или иначе, сутки всё же стоит подождать. Впрочем, я могу пошлифовать границы блока, и, возможно, вы что-нибудь вспомните. Как вы на это смотрите, леди Гвидиче?
 
– Я смотрю на это с надеждой, – бурчу я.
Каждый раз, когда лорд Фаджио обращается ко мне, мне слышится какой-то непонятный подтекст.
– Не торопись, – одёргивает его Кристиан. – Кроме блока, сфера показала, что магическое истощение искусственного происхождения также имело место быть.
– Лорд считает, что в этом вина моей подруги, – ябедничаю я. – Катарина у него на подозрении. Садитесь, лорд, – снова запоздало вспоминаю я о хороших манерах.
– А кто у нас Катарина? – живо интересуется лорд Фаджио, пристраивая свой зад на моём многострадальном стуле, который жалобно скрипит под этой горой мускулов.
– Катарина Смионе, пятая ступень Третий факультет. Она имела неосторожность приготовить для меня восстанавливающее зелье…
– Минуточку. Восстанавливающее зелье? Дельтиго тоже принимал что-то подобное.
– Дельтиго пользуется услугами какого-то другого зельевара… – отрезвляю я полёт мыслей лорда.
– А вот тут есть один нюанс, – щурится дознаватель. – Дело в том, что приятель-зельевар Рамиса, как раз из тех выпускников, что стали жертвами. И в этот раз ему давала снадобье неизвестная девушка, дежурившая в целительском крыле.
– Но это не обязательно Катарина!
– Согласен, но очная ставка не помешает, – охотно отвечает на это лорд Фаджио.
И несмотря на то, что я понимаю необходимость проверить абсолютно любую версию, меня злят подозрения в адрес лучшей подруги.
– Опустим вопрос, зачем бы ей понадобилось меня травить, но даже если предположить, что Катарина сошла с ума и из ненависти решила меня извести, то что нам делать с тем фактом, что она не имеет ментальных способностей? Вообще никаких!
Лорды смотрят на меня как капризную маленькую девочку.
– Ты меня сегодня разочаровываешь, Джемма, – укоряет меня Кристиан. – Если ты наконец подумаешь хорошенько, то поймёшь, что действует явно не одиночка, а целая группа людей – адептов или мэтров. Я не исключаю, что вполне возможно Катарину ввели в заблуждение. А может она и действительно ни при чём. Но совпадения в этом деле слишком подозрительны. Я совсем не в восторге от того, что приходится подозревать девушку, однако, пока единственное, что вас с Рамисом объединяет, это приём восстанавливающего зелья и учёба на Седьмом факультете. А так как мы уже знаем, что факультет не имеет значения, то остаётся проверить это зелье.
Мне становится невозможно стыдно. Кристиан говорит абсолютно очевидные вещи. И я, так гордившаяся своими способностями к анализу, вполне могла бы прийти к таким же выводам. Но не пришла. Возможно, дело в реакции на ментальное воздействие, но в глубине души я понимаю, что во мне что-то отчаянно сопротивляется даже мысли о том, что это могла быть Катарина.
– Что скажете, леди Гвидиче? – с усмешкой спрашивает лорд Фаджио, заметив борьбу на моём лице.
– Когда я не принимала зелье Катарины, приступов не было, – скрипнув зубами, вынуждена признать я. – Но я всё равно не хочу верить, что она в этом замешана.
– Именно, Джемма. Не хочешь. Предлагаю тебе надеяться, что мы ошибаемся.
Настроение, и без того неважное, портится окончательно.
– Я попробую исследовать остатки в своём флаконе, если Рамис тоже выпил не всё, могу сравнить состав. Сейчас у меня достаточно материала для эксперимента. Осталось только получить мой магслепок. Но пока у нас нет доказательств, я отказываюсь считать Катарину врагом.
– И не надо. Будет намного хуже, если ты вызовешь подозрения внезапным охлаждением.
– Ни о каком охлаждении не может идти и речи, – отзываюсь я. – Завтра мы с ней идём за платьем для этого проклятого бала.