Стрела в печень (СИ)
Семёновский полк чуть меньше. В нём три батальона, но тоже все на лошадях. И бомбардирская рота похлипче, только двенадцать малых шестифунтовых пушек.
Измайловский полк, в принципе, равен Семёновскому, то есть, три полноценных батальона, но у этих две бомбардирских роты. Одна с теми самыми шестифунтовыми маленькими пушчонками, а вот вторая с солидными орудиями. Это были самые новые орудия. Только пару десятков всего выпущено на заводе Моториных. Понятно, что принцип на всех один — это Единороги без каких-либо украшений с конической формой окончания отверстия ствола и с длинной ствола 7.5 калибров. Назывался новый Единорог -½-пудовый. Имел он калибр, если в миллиметры перевести — 152 мм. Действие снарядов ½-пудового единорога было сильнее действия снарядов сравниваемых с ним пушек и равнялось действию снарядов 1-пудовой гаубицы, но в скорости заряжания и дальности стрельбы единорог превосходил гаубицы в 2 раза. Вес орудия с лафетом был чуть больше тонны, и шестёрка лошадей с ним справлялась.
Четвёртым гвардейским полком был Георгиевский. Тут всего намешано. Два полноценных батальона лёгкой иррегулярной башкирской конницы. Плюсом к ним тоже конный батальон егерей. Отдельно есть снайперская рота. В ней собраны на самом деле меткие стрелки со всей России и ещё и больше года обучаемых Иваном Яковлевичем непосредственно. Им выданы пули Петерса на этот поход, но без пулелеек, всего по сотни пуль. На всякий пожарный взята расписка о хранении государственной тайны, но и без неё люди замотивированы и понимают, чем может болтовня или предательство закончиться. Длина ствола у их штуцеров максимальная, что смогли Демидовы сделать — метр. Прицельная дальность больше трёх сотен метров, можно и четыреста сказать, но без оптики это утверждение бессмысленное, ничего за четыреста метров уже не видно, но по бегущим на них колоннам противника или артиллерийскому фургону попадут.
Гренадёрская рота, тоже собранная по всей стране, с помощью ремней, посылает полукилограммовую гранату на сотню метров почти, по крайней мере, семидесятиметровый рубеж преодолевают все двести человек. Гранаты не простые. В последний год удалось и своими силами изготовить цветные фейерверки и закупить у Китая. Пришёл первый караван с заказанным весной прошлого года в Кяхту и за год купцы сумели этот спецзаказ в Ригу переправить. Так что, взрываться гранаты будут зелёными и красными огнями трупы противников подсвечивая. Посмотрим, стоила ли овчинка выделки. Будет ли психологический эффект громе кинетического от разлетающихся осколков. В Георгиевском полку артиллерия тоже есть. Это две роты шестифунтовок. Полк мобильный и перегружать его огромными орудиями тяжёлыми Иван Яковлевич не стал.
Ну, и куда без кавалергардов. Кто-то же должен красиво вступать в Варшаву, блестя кирасами и касками. Их к этому времени набралось без малого четыре сотни. Неизвестно, что они смогут показать в бою, а вот показать красивую обёртку точно смогут.
Глава 20
Событие сорок шестое
Интрига составляет силу слабых. Даже у дурака хватает всегда ума, чтобы вредить. Уильям Шекспир
Козни строят враги. Интриги — приятели. Владимир Михайлович Хочинский
Последние десять почти лет русская армия не воевала. Каспийский поход Петра можно считать последними более-менее воинственными действиями. Десять лет мира и вымирание ветеранов в Низовом корпусе должны сыграть свою отрицательную роль. Наверх вылезли родственнички, принцы всякие с герцогами иностранными. Если флот загубили в Реале Пётр второй и Екатерина первая, то и армию это моровое поветрие не обошло стороной. Сапоги не сгнили с пищалями, но раз нет войны, то и продвижения по лестнице служебной нет, не растут чины и жалование, не дают наград, не получается душеньку в рубке потешить. Приличные иноземные офицеры стали разбегаться, может и чуть медленнее, чем на флоте. Армии нужна война, как и империи. Империя без войн и расширения территории погрязнет в дворцовых склоках и взяточничестве.
Из тех полков, что сейчас ведут к Варшаве Иван Яковлевич Бирон, к Данцигу Пётр Петрович Ласси и к Кракову Карл Иванович Бирон только Георгиевский полк за последние десять лет принимал участие в боевых действиях. Ну, как в боевых, в набегах на Речь Посполитую. Паны же и думать не могли, и представить не получилось бы, что в эту игру можно вдвоём играть. Они думали, что на русские земли можно совершать набеги, грабить дворян, угонять крестьян, разорять православные церквушки, а им за это будет ай-я-яй и деньги от магнатов. Так и было в Реальной истории. Столетие почти было. И тут вдруг бац и Бирон решил, что долг платежом красен. Георгиевский полк и в 1731 году ходил в набеги, и в 1732 году, причём, сделали выводы из первого похода, что пятьсот человек — это избыточное количество, и потому, послали шестьсот. Но двумя отдельными группами. Обе возглавляли Бироны. Один Карл, второй — Густав. В 1732 году кроме двух отрядов, резвившихся в Речи Посполитой, один под командование самого Петра Петровича Ласси пошёл не на Запад и не на Север, как два первых, а строго на Юг и уничтожил восемь становищ кубанских татар и разорил окрестности Азова. Одеты всё это время гвардейцы были в башкирские одежды и основную численность сих отрядов башкиры и составляли. Чего уж решили там крымчаки, Брехт не знал, но в тот год на Бахмут в набег никто не ходил, без сомнения, между собой татары сцепились. Со стороны Польши тоже больше набегов не было. Повыбили желающих. В последнем походе Карл Иванович дошёл аж до Каменец — Подольска и пригнал в Россию чуть не пять тысяч человек, которых Брехт почти всех переправил в Забайкалье. Обошлось это казне в огромные деньги, но зато теперь в тех местах проблем с продовольствием не будет. В Забайкалье на юге и пшеница, и рожь отлично вызревают, а кроме того, с ними отправилось пару десятков окончивших двухгодичные курсы молодых селекционеров с несколькими подводами семенного картофеля. Уж картошка там точно будет расти, а значит, даже при самом плохом раскладе народ с голоду не умрёт. Овец там и местные потихоньку разводили, и Брехт получше, в Англии добытых, туда переправил. Кроме того, с переселенцами и около сотни коз отправили. Уж эти вредители везде выживут.
Китайцы везут со своих югов хлопковую и шёлковую ткань, а вот шерстяной или сукна у них нет, и они её с удовольствием меняют. Почему бы не сделать ход конём. В смысле — овцой и козой. Развести там приличные стада и научить крестьян стричь этих животных. Если ткань шерстяную делать на месте, а не тараканить её через всю страну на себе, то себестоимость её будет не велика, а взамен из Китая пойдут вполне дорогие шёлковые ткани. Осталось малость. Увеличить в Прибайкалье и в Забайкалье население, чтобы и продовольствием караваны обеспечивать и овец с козами развести, и чтобы хватило ещё и на рабочих на ткацких фабриках. Пять тысяч отправленных украинцев — не выход, нужны десятки и десятки тысяч. А лучше — сотни этих тысяч.
Выдвижению русских армий… дивизий, скорее, предшествовало несколько событий. Тех же самых, что и в реале произошли. Эта сволочь неблагодарная — Август Сильный берега попутал полностью.
Понимая, что мало ему осталось времени небо на этом свете коптить и что большинство польских магнатов сейчас настроены против него, он решил о сынке и наследнике позаботиться. И придумал этот гад совсем не выгодную для России партию в чапаевцев. Август Сильный предложил разделение Речи Посполитой между ним и Пруссией. Август отправил послание Фридриху-Вильгельму с предложением отдать тому Польскую Пруссию, Курляндию и часть Великой Польши, а остальные земли присовокупить к Саксонии, которая становилось бы наследным королевством. 31 декабря 1732 (11 января 1733) года в Кросно король встретился с прусским министром фон Грумбковым (так называли послов тогда), но переговоры были прерваны из-за обострения болезни короля. Через четыре дня в Варшаве король слёг, 18 (29) января у него началась лихорадка, и утром 21 января (1 февраля) 1733 года курфюрст саксонский и король польский Август Сильный скончался.