Ядовитый плющ (СИ)

Только бы меня не начали ни к чему принуждать. Илео Эл Сивер сказал, что привязку нельзя создать насильно. Хочется верить, что он не солгал и я не проснусь однажды в каком-нибудь ритуальном круге, навсегда связывающем меня с некромантом.
Желудок негодующе забурчал, сообщая о том, что было бы неплохо и пообедать. Я глянула на хронометр и поняла: обедать уже поздно. Увлеченная зельем, проторчала в лаборатории почти весь день, и время близилось к ужину. Поэтому, быстро закончив уборку, я сложила в шкаф защитную униформу и отправилась к себе.
Но стоило только зайти в гостиную, мне навстречу вышла Марджи.
– Эсса Арсэлла, – она присела в реверансе. – Гельма Ард Ренна приглашает вас на ужин.
– Что? – я замерла на месте.
– На ужин, – чуть улыбнулась горничная. – Через полтора часа.
Я моргнула, лихорадочно придумывая, что на это ответить. Напасть какая-то. Семейство Ард Ренна атаковало со всех сторон. И меня это только раздражало. Общения с беловолосым некромантом на сегодня хватило с головой. Хотя было бы интересно познакомиться с женщиной, ради которой принц Вилард отказался от престола. Но терпеть ради этого общество Гелларда…
– Эсса просила передать, что там не будет никого, кроме вас двоих, – сообщила Марджи, словно прочитав мои мысли.
– Ну если никого… – обреченно пробормотала я.
– Вы как раз успеете принять ванну и сменить платье.
Я повела носом и хмыкнула. От меня несло убойным духом ржавчины, тухлых яиц и почему-то чеснока. Да, стоило бы отправиться ужинать с Геллардом Ард Ренной, чтобы этими запахами отбить ему аппетит. Но его мать обижать не хотелось. Так что и правда лучше принять ванну.
К счастью, времени мне хватило и на ванну, и на подбор платья, и даже на легкий перекус, который принесла Марджи, чтобы я до ужина не умерла с голоду. И, когда время подошло к семи, горничная повела в покои эссы Гельмы Ард Ренны. То есть, в королевское крыло. Где же еще могли жить ближайшие родственники короля?
Как и всегда, гвардейцы провожали нас внимательными взглядами, но не останавливали. А один из них вежливо открыл двери покоев, к которым меня привела Марджи. С затаенным любопытством я ступила в гостиную, оформленную в зеленоватых тонах.
– Арсэлла, – Гельма Ард Ренна с улыбкой поднялась мне на встречу. – Рада, что ты приняла мое приглашение.
Я присела в реверансе.
– Брось эти условности, – махнула рукой эсса. – Мы не на великосветском приеме.
– Как скажете, – согласилась я, выпрямляясь и украдкой рассматривая женщину, с которой была знакома только по голосу.
Надо сказать, эсса Гельма совсем не походила на грозного некроманта. Невысокая и очень стройная, с копной вьющихся золотисто-каштановых волос, светло-карими глазами и россыпью веснушек, она выглядела неожиданно юной и хрупкой. Пошитое из дорогой ткани, но при этом простое синее платье, похожее на мое, делало женщину совсем тонкой. Да, если не знать, сколько ей лет и какой силой обладает милая эсса, можно очень здорово обмануться на ее счет. Но я издалека ощутила мощную ауру темного мага и прониклась.
– Проходи, – снова улыбнулась эсса Ард Ренна, демонстрируя забавные ямочки на щеках. – Все уже готово.
Я подошла к накрытому столу и выдохнула, увидев, что он накрыт на две персоны. Значит, тут и правда больше никого не будет, кроме нас двоих. А ведь какая-то часть меня все-таки подозревала, что приглашение – просто способ столкнуть с Геллардом.
– Сегодня все вокруг оказались ужасно заняты, – со смешком пожаловалась эсса. – Словно никто по мне и не соскучился вовсе. А ведь меня целый месяц не было в столице. Я возила своих студентов на практику.
– Вы преподаете? – спросила я, постепенно расслабляясь.
– Да. Некромантию в Королевском университете.
– И вам нравится?
– Очень, – кивнула эсса Гельма. – Здорово наблюдать за тем, как из первокурсников, немного нелепых, неловких, ничего не знающих, вырастают настоящие некроманты.
– Наверное, учиться у вас интересно, – пробормотала я.
– Учиться вообще интересно.
– Мне не довелось.
 
– Знаю, – кивнула Гельма. – Вилард рассказал о тебе.
– О, не сомневаюсь, – вырвалось у меня ироничное.
Эсса-некромант немного грустно улыбнулась. Подождала, пока слуги расставят тарелки с горячим, и, когда мы остались одни, спокойно сказала:
– Я понимаю, почему ты воспринимаешь всех нас в штыки. Геллард не скрывал, как повел себя, когда вы встретились.
– Правда? – удивилась я.
– Да. Мой сын умеет признавать ошибки. И умеет их исправлять. Просто дай ему шанс.
– Это все только потому, что из меня может получиться якорь, – пробормотала я, глядя в тарелку.
– Кто знает, – пожала плечами эсса Гельма. – Возможно, будь вы обычными магами, все равно не смогли бы остаться равнодушны друг к другу.
– Вы пригласили меня сюда, чтобы попросить за Гелларда?
– Прости, – женщина извиняюще улыбнулась. – Нет, совсем нет. Но я не удержалась. Все же он мой сын. Я уже едва не потеряла его однажды и не хочу переживать это снова.
– Едва не потеряли?
– Ты знаешь, как Марр выбирает своих жнецов? – неожиданно поинтересовалась эсса.
Я молча покачала головой.
– Он толкает возможного жнеца за Грань, – в глазах Гельмы мелькнула горечь, – и смотрит: выкарабкается тот или нет. Если выкарабкается – получает силу. Нет – гибнет, потому что недостоин.
– Что значит «толкает за Грань»? – спросила я осторожно.
– Это значит – почти смерть, Арсэлла. Гелларду было пятнадцать, когда все случилось. В день зимнего солнцестояния. Четыре дня непрерывной лихорадки, судорог и бреда. Четыре дня ужаса и отчаяния. Ведь что еще можно ощутить, когда даже Майло Феррант – темный целитель, способный практически на все – говорит, что ничем не может помочь?
– Представляю… – выдавила я.
Что поделать, мне негде было научиться нормально выражать сочувствие и участие. Хотя совсем не сложно проникнуться болью женщины, когда-то чуть не потерявшей любимого ребенка.
– Геллард справился, – продолжила она. – Только мой страх никуда не ушел. Тогда я боялась, что сын не пройдет испытание Марра. Потом – что не сумеет обуздать неожиданно огромную силу. Сейчас – что не сможет удержаться на этой стороне и однажды навсегда останется там, где царит только мертвый холод. Поэтому я как можно чаще говорю сыну, что люблю его. Пусть я не могу стать настоящим якорем, но мне хочется верить, что моя любовь облегчает ему дорогу домой с той стороны.
Я опустила голову.
– Прости, – выдохнула Гельма. – Я не хотела давить на тебя, но в итоге все равно выходит, что давлю.
– Если только совсем чуть-чуть, – пробормотала себе под нос, не удержавшись.
Но я не сердилась на нее за это. Наверное, потому, что понимала: именно так и должна вести себя настоящая мать. Все же Гелларду повезло с семьей. В отличие от меня…
– Ты уже освоилась во дворце, Арсэлла? – перевела тему эсса Гельма.
– Не везде, – призналась я честно, – и не во всем.
– Не переживай. Мне поначалу тоже было непросто.
– Правда? – искренне удивилась я, ведь Гельма Ард Ренна происходила из рода весьма знатного и явно приближенного ко дворцу.
– Правда. Наша семья никогда особенно не любила светскую жизнь. Я выросла в поместье, почти не бывая в столице. Потом приехала в Солистир, учиться в Королевский университет, но и тогда больше интересовалась учебой. А когда получила диплом, отправилась служить некромантом в крепость у хребта Артан.
– Как же вы познакомились с эссом Вилардом? – вырвался у меня слишком личный вопрос.
Но Гельма охотно ответила:
– Там и познакомились. – Ее улыбка стала очень мечтательной. – Однажды Вилард приехал туда под видом проверяющего. Меня назначили к нему помощником. Почти месяц мы вместе расследовали одно хитрое дело и постепенно полюбили друг друга. – Гельма ненадолго замолчала. – Когда я узнала, кем на самом деле был мой любимый мужчина… Это оказалось очень больно, ведь мне было хорошо понятно, что будущей королевой Виароссы станет светлой. Но Вилард нашел выход.