Седьмая из рода проклятых (СИ)

Будьте вы все прокляты!
Будьте вы все прокляты!
Будьте вы все прокляты!
  
Часть 11
 
Утром Галя еле встала. Всё тело болело, и совсем не было сил. Еле передвигая ноги, девушка поплелась на кухню.
— Доброе утро, садись скорее за стол, я тебе чаю целебного заварила. — Марфа заботливо налила в большую чашку настой тёмно-зеленого цвета. — Сейчас попьёшь, и силы вернутся. Будешь у меня как новенькая.
— Бабушка, а как ты узнала, что мне нехорошо? Я так ужасно выгляжу? — Галя тяжело села на стул и согрела ладони о горячие бока чашки.
— Вот дурёха, ты ещё спроси откуда я знаю, что у тебя дочка родится, — старуха по-доброму рассмеялась и погладила Галю по голове. — Пей чай, он хоть и не вкусный, но зато очень действенный, сейчас почувствуешь.
Галя приблизила чашку к носу и втянула терпкий запах разнотравья. Густой тягучий аромат попал в горло и девушка ощутила вяжущую горечь. Несмело она сделала маленький глоток и непроизвольно скривилась. Очень горький.
— Ну рассказывай, — пытливо смотрела на неё Марфа, — узнала во сне, что хотела? Всё разглядела, поняла почему?
— Да, бабушка, всё увидела, всё поняла, — грустно вздохнула Галя. — Теперь тошно от увиденного, правду ты говорила, иногда лучше в неведении жить, чем правду знать.
— Что же такого тошного ты увидела? — допытывалась Марфа.
— А знаешь, ведь и верно ведьма наш род прокляла, дочь её утопилась по нашей вине. Прапра оказывается спесивая девка была, про других не думала, всё по её должно было быть, вот и доигралась. А главное — это всё для неё шуточки были, веселилась она так, над людьми издеваясь. И пастух тот ей не нужен был совсем, она просто доказать хотела, что лучшая. Только зачем?
— Вот оно как бывает, — задумчиво произнесла старуха, — чувствовала, что там тяжелое что-то. Просто так семь колен не проклинают.
— А что же теперь будет? А вдруг твоя сила окажется слабее ведьминого проклятья? А если я умру? — Галя полными слёз и безнадёги глазами смотрела на Марфу.
— Чему быть, того не миновать, — начала с присказки старуха, тяжело вздохнув. — Такой исход тоже возможен, но если тебя это успокоит, обещаю — дочку твою не брошу и позабочусь о том, чтоб семья у неё была любящая, чтоб судьба сложилась. Не забывай, я ей силу свою передам. Так что защита у неё будет хорошая.
— Спасибо, бабушка, но всё равно мне так страшно, — Галка снова заплакала.
— Вот ты сопли развела, чего думаешь не о том. Наперво о хорошем надо думать, звать добро, приманивать своими мыслями. А плохое само придёт, если судьбой положено, не надо о нем раньше времени. — Марфа заглянула в глаза Гали. — А вдруг судьбинушка твоя увидит, что ты счастлива, да передумает тебе горя накладывать, улыбнётся и благом обрызгает. Думай о хорошем, — старуха ободряюще похлопала по плечу и встала из-за стола.
— Уходишь? — спросила Галка.
— Да, к Ефимьевым пойду, беда у них, позвали помочь.
— Это к той женщине, что недавно отца схоронила?
— Да, к ней, мать её слегла после похорон, а врачи руками разводят, пойду я посмотрю.
Галя допила горький чай и решила пройтись. В деревне уже осень, урожай с огорода собрали, по грядкам на задах куры бегают, дома делать нечего. Девушка оделась потеплее и пошла по улице в сторону леса. Настроение улучшилось, силы волшебным образом возвращались, Галина чувствовала себя прекрасно.
Проходя мимо, она с любопытством разглядывала деревенские дома, клумбы под окнами, заборы. Через штакетник, которым был огорожен почти каждый двор, было всё видно. С Галей здоровались, спрашивали как дела, как здоровье, как Марфа. Девушка улыбалась и по-доброму поддерживала беседу.
Дойдя до конца улицы, Галка уже хотела повернуть обратно к дому, но вдруг увидела собаку, ту самую таксу, которая напугала её по дороге к остановке. Псина сидела на углу крайнего забора и смотрела в упор на Галю.
— Ну привет, — поздоровалась с ней девушка, — меня ждёшь? Опять облаять хочешь?
Такса наклонила голову набок, будто внимательно слушала.
 
— Дай поглажу тебя, может подружимся? — Галя протянула руку к таксе ладонью вверх. Собака понюхала и разрешила себя погладить.
— Хороший пёсик, хороший, — приговаривала Галка проводя рукой по гладкой блестящей шерсти собаки от головы до самого хвоста. Вдруг пёсик вскочил и побежал в сторону леса, часто оглядываясь.
— Ты меня зовёшь куда-то? За тобой идти?
Галя по тропинке двинулась за таксой. Лес был проходной и не густой, так, пролесок. Собака не останавливаясь семенила маленькими лапками дальше. За деревьями виднелся большой луг. Чем ближе Галка подходила, тем более знакомой ей казалось это место. Она почти вышла из-за деревьев и тут увидела, что по лугу с той стороны леса к ней приближается размытая фигура человека. Собака побежала навстречу этому полупрозрачному силуэту, а Галя в ужасе замерла. Она уже видела и этот лес, и этот луг, и этот силуэт. Где же, где? Она никогда ещё сюда не ходила, откуда она знает это место?
В памяти яркой картинкой всплыл сегодняшний сон. Всё в точности как там, только без пастуха и без коров. В очертаниях силуэта на лугу Галина узнала Дарью.
  
Часть 12
 
Галка смотрела на приближающуюся фигуру, не в силах отвести глаза. Руки и ноги будто занемели и не слушали хозяйку, Гале хотелось развернуться и скорее убежать, но неведомая сила словно приковала, не давая пошевелиться.
Дарья была точь в точь как в сегодняшнем сне, тот же расшитый сарафан, косынка белая, только волосы тиной и ряской запутаны, да кожа голубоватого оттенка. Полупрозрачная фигура неминуемо приближалась. Сердце у Гали билось так быстро, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. И вдруг, когда до Дарьи оставалось ещё метров десять, Галка услышала прямо в голове спокойный тягучий голос.
— Не бойся, я к тебе не со зла, а за помощью.
Ноги Галки подкосились и она села прямо на землю. Страх будто рукой сняло. В голове не осталось не одной мысли, Галя вся превратилась в слух.
— Я Дарья, та самая ведьмина дочка, узнала? — продолжал вещать голос внутри головы.
— Узнала, — еле прошелестев губами ответила Галка.
— Помоги мне, Галочка. По воле матушки моей, я после твоей смерти должна буду возродиться, став вместо неё ведьмой. А я этого не хочу, уйти хочу, устала маяться, полтора века уже жду.
— А чем я то смогу помочь? — мысленно удивилась Галя.
— Проклятие матушки сильное, но разрушить его можно. Сожги идолок, что в избе нашей стоят, сожги до пепла, да развей его по ветру. И себя от смерти спасёшь и меня от злой доли освободишь. Сделай так.
Дарья стояла уже в паре метров от Гали, полупрозрачная фигура девушки парила над землёй, слегка покачиваясь. Глаза Дарьи были закрыты, выражение лица ничего не отражало, но Галка всем сердцем чувствовала бесконечную боль и тоску исходящую от призрака.
— Прости нас, прости… — прошептала Галина.
— Я зла на вас не держу, об одном прошу, избавь меня от проклятия. На небушко хочу. Ждут меня там. А если ведьмой стану, никогда туда не попаду.
— А как я ваш дом найду? Куда идти надо? Ты хоть направление укажи.
— Пёс знает, приведет тебя туда. Только жечь нужно в полночь при полной луне, так вернее будет, — Дарья исчезла, а у ног Галки остался пёсик, преданно смотрящий на неё.
— Пойдем домой, — позвала она с собой псинку, вставая с земли. — Сейчас всё бабушке расскажем, она нам поможет, или подскажет что-нибудь.
Галка направилась в деревню, а пёс побежал рядом. Выйдя из пролеска, по тропинке они дошли до деревни. Пёс остался на том месте, где Галя его встретила. Как она не звала, как не приманивала, такса с места не двигалась.
— Ладно, тогда здесь жди, надеюсь дождешься.
Дома Галку ждала обеспокоенная Марфа.
— Ты куда пропала то? Уже обедать пора, а ты гуляешь? Я что-то вся изнервничалась, на душе прям так неспокойно было, — Марфа крепко обняла Галю и тут же отпрянула.